***
Этот город от всех отличается только тем,
Что здесь сходят с ума не частично, а насовсем,
И прощаются не на время, а навсегда.
Как уходят вдаль запоздалые поезда,
Старая дверь ворчливо и громко скрипит, когда я открываю ее. Повезло, что не заперто – ключей у меня давно уже нет. Захожу внутрь дома. Все окна плотно занавешены, и в пыльной тишине полупустых комнат царит немного печальный полумрак. Мнусь на пороге, почему-то все не решаясь сделать шаг вглубь. Просто стою у входа и озираюсь по сторонам. На секунду становится страшно, что перепутала дом, но эти мысли удается быстро отогнать. Нет, это точно…
«Моя звезда».
В моей душе тепли́лась мысль,
(скорей всего, та с детства родилась)
Что где-то в космосе великом
Живет одна, моя звезда…
Первая глава романа.
Тихо встает солнце. Оно ласково освещает Южное море, Высокие горы и Зеленую долину. Начинается новый день.
Один из лучей уверенно отыскал среди рощ и полей Зеленой долины маленький поселок, заглянул в окно крайнего дома.
Девочка Кошечка открыла глаза.
— Мама, папа, Ручеек! С добрым утром!
— Котенок, рано же еще, чего не спится, — донеслось из глубины комнаты. ...
Ветер шепчет похотливо,
Море плещется игриво,
И, качая головой,
Таская сани за собой,
Чёрный, мрачный силуэт
Идёт, бормоча: «Мира нет!
В 1662 году нижегородское купечество переживало не лучшие времена, ибо после Медного бунта московское дворянство и правительство во главе с царём-батюшкой обложило нижегородцев невиданными налогами, от чего и страдали купцы. Был среди них и Афанасий Евгеньевич по фамилии Уваров. Торговал он и с Астраханью, и с Казанью, но больше всего с Москвой. На всю страну, да и не только, был известен его хлеб, поташ да рыба. Обладавший немалым состояни…
Он недоверчив до любого мнения,
В краю кричащих медленен и нем.
Но только он внесёт искру сомнения
В фундамент аксиом и теорем.
В краю молчащих он – глашатай света,
