1
«Жизнь – безумная суета»
Чайковский П. И.
— Идёт весна… Я вижу вокруг себя почти сплошную голую землю, кое-где пробивается трава. Любопытная ситуация: травинки совершают движение вверх, отчаянно прорываются из земли, стараются… У одних получается, у других нет, но они всё-таки двигаются, что-то делают. Так к чему всё это? Я ничего не делаю, я буквально недавно выпала из сонного состояния, сейчас стараюсь прижиться к новым условиям, стою на ещё нерастаявшем льду, просто стою и не двигаюсь вообще, зрение ещё полностью не привыкло к окружающем миру, а крылья не расправились. Тяжело, конечно, но ничего страшного, это пройдёт.
Именно об этом думала бабочка.
Она проснулась от спячки недалеко от обычного многоэтажного дома, построенного из красного и жёлтого кирпича. Вроде красивый, простой дом без всякого декора, как и все ближайшие дома в этом жилом комплексе, выглядит хорошо и органично. К сожалению, если долго смотреть почти на любую вещь в одном и том же месте, она приестся. Только немногие остаются неизменно прекрасными или уродливыми.
Бабочка всё стояла, стояла и стояла… И вот, прямо перед глазами она увидела какое-то большое существо, у него было две большие чёрные лапы, покрытые грязью, над лапами было что-то синее. Внезапно у существа упала серая полукруглая штука, существо наклонилось, и, что-то недовольно шепча, начало отряхивать штуку, оно явно из-за чего-то грустило и было недовольно. У него было два усталых белых круга, в этих белых кругах были голубые круги поменьше, а в этих голубых кругах был совсем маленький чёрный, бегающий кружок. Последний был буквально как зёрнышко мака, как семя, которое пытается спрятаться в коробочке ещё несозревшего цветка посреди других. Кроме бормотания бабочка ничего не услышала. Тем не менее это существо заинтересовало её. Она продолжала наблюдать за его действиями.
И вот существо достало чёрный предмет и начало тыкать в него пальцем, в то же время доставая прозрачную штуку с водой. Существо прижало к голове чёрный предмет и начало что-то говорить:
— Алло, привет.
— Здорово, Архип!
— Как дела?
— Да нормально. Чё, у тебя как?
— Очень скучно. Вот, сейчас подошёл к дому, по учёбе всё стабильно, очень надоело. Всё повторяется.
— Ага, а…
— Погоди, дай сказать кое-что.
— Хё гут!
— Что ты только что сказал? – спросил Архип немного помолчав.
— «Слушаю внимательно» по-немецки. Lerne Sprachen! 1
— Ты настолько много раз говорил эту фразу, что я даже запомнил её! Но нет, скучно. Мне английский больше нравится: как-то привычнее что ли…
— Мы слегка отошли от темы.
— А, ну да! Гулять пойдёшь на выходных?
— Не знаю, я, возможно, в Ряжск уезжаю.
— Всё понятно, ну тогда я тебе позвоню, спрошу чё и как. Хорошо?
— Договорились!
— Всё, давай, тогда будем на связи.
— Будь здрав, брат мой Архип!
— Всё, пока! Удачи.
Архип отключился. На его лице выражалась грусть. Тяжело вздохнув, он пошёл домой.
2
— Я стою второй день, произошло одно изменение: зрение у меня заметно улучшилось, значит я живая! Прекрасное ощущение – думала бабочка.
Тем временем Архип подходит к дому, но как-то медленнее, чем вчера. Бабочка любопытствует. И опять звонок другу:
— Алло, привет. Ну так что? Завтра пойдёшь?
— Привет, Архип! Не, я всё-таки в Ряжск еду.
— А до какого?
— До вторника.
— Ааа, ясно…
Наступило молчание.
— Ну, что можем обсудить? – прервал вдруг молчание друг.
— Да о чём рассказывать-то? Всё стабильно, всё абсолютно одинаково
Друг хмыкнул.
— Знаешь, лет где-то в 14, летом, я сильно увлёкся бумажной анимацией – внезапно сказал Архип.
— Внезапно ты начал…
— Не перебивай. Короче, мне в какой-то момент это надоело.
— Ну…
— И вся суть в том, что я быстро переключился на какие-то другие дела. А назад к анимации вернуться уже не получилось. Завтрак, школа, обед, дз, ужин, какие-нибудь видео, сон и потом все заново! Я не замечаю, как попадаю в этот круговорот рутины, скуки, и бессмыслицы. Выбраться из него – довольно непростая задача, а этот замкнутый круг тем временем надоедает всё больше, больше и больше. Все говорят: «Занимайся тем, к чему лежит душа!», но организм лежит к этой базе! Знаешь? У моей мамы есть игрушка, заяц, которая как антистресс. И когда я её увидел в первый раз, она выглядела симпатично: мятного цвета, с маленькими чёрными глазами, розовым носом и передней частью ушей того же цвета, но время шло, и она запылилась, а все краски стёрлись, ну и человек также начинает замечать, что что-то не так в его жизни именно на этой конечной стадии зайца, а бытовой маховик уже запущен! Короче, мне кажется, рутина засасывает, и чем она больше, тем сильнее втягивает!
— М-да… – задумчиво ответил друг – но я бы посоветовал тебе совмещать рутину и свои увлечения
— Зачем ты мне какие-то банальные советы даёшь?
— Я бы советовал читать, всё-таки это скрашивает как-то скучный день. Кстати, когда ты книги вернёшь? И читаешь ли?
— Да, читаю.
— Какую?
— Я забыл как она называется. Да и чё уж там врать?! Я не читал ничего.
— Ммммммм, понятно…
— Ну то есть, первую читал, но уже давно. Ничего не помню.
— А зачем соврал?
Наступила затяжная пауза.
— Алло! – сказал друг.
— Да-да! Почему соврал? – спросил риторически Архип и замолчал — хотелось самому себе доказать, что я ещё чем-то занят.
— Понятно всё. Ладно, если ничего не читаешь, то можешь вернуть эти книги, напоминаю, «Особое мясо» и «Слепая сова». И я ещё могу посоветовать что-нибудь. Потом как-нибудь прочтёшь.
— Хорошо, давай.
— Ладно, я пойду щас, у меня дела.
— Давай
— Auf Wiedersehen!2
— Пока! Удачи.
Архип положил телефон в карман, достал бутылку воды, и сделав глоток, опустил глаза вниз, он так стоял почти минуту в задумчивой позе, потом вяло пошёл домой.
— Нет! Ты куда?! Стоять! – подумала бабочка – ну вот! Ушёл! Я только начала учить слова! А это кстати, довольно интересно! Как он там в начале говорил каждый раз? «Приевт»? Или «привте»? А всё-таки вот эти все вопросы – это тоже признак жизни. Теперь я что-то делаю, также как и трава вокруг меня! Просто стало настолько скучно, что начала искать занятие, и вот оно нашлось! Интересно всё это однако!
3
— А я всё стою и стою, но по идее скоро должна полететь. Чувствую, что крылья стали более подвижными. Хорошо, что я нашла чем заняться, иначе бы было совсем невыносимо! – думала бабочка.
Архип подходит к дому, в его руках пакет с продуктами. Он подходит всё к тому же месту, но уже останавливаясь так, будто только что прошёл через огромный густой лес. Он садится на асфальт и звонит отцу:
— Алло, привет!
— Здорово!
— Как дела? Как поездка?
— Да нормальная поездка, я же там всего на пару деньков.
— Ну да, тоже верно. Ты ведь завтра вернёшься?
— Да.
— Всё ясно.
— Расскажи чё у тебя?
— Да вроде тоже ничего особенного… Хотя нет! Мне вчера интересный сон приснился!
— Та-ак, рассказывай!
— Мне приснилась муравьиная карусель смерти. Не знаешь что это?
— Не знаю – с любопытством проговорил отец.
— Короче, начну немного издалека: муравьи обычно ходят по определённой тропе чтобы найти еду. Но иногда, один муравей теряет основной след, но натыкается на свой и по запаху начинает ходить по кругу, а другие муравьи за ним, больше запахов – больше муравьёв. Через несколько часов большинство умирает, как-то так… Как-то так.
— Ого! Прикольно!
— А в принципе особо ничего такого не происходило.
— А как там твоя подруга из Ирана?
— Из Ира-на, – сказал по слогам Архип и задумчиво хмыкнул – всё сложно, пишет, но очень редко. Сообщения плохо доходят. И у неё, и у меня. Мессенджеры плохо работают, понимаешь?
— Конечно!
— Господи, да если я прочту новости мне уже плохо станет. С ума сойду! – ответил Архип с унылой улыбкой.
— А я вообще стараюсь не читать.
— Да я-то тоже, просто иногда захожу в какой-нибудь тгк, и вижу очередную новость, от которой становится мрачно.
— Да, я понимаю тебя.
— Ладно, я пойду тогда домой.
— Обнимаю, дорогой! Фото какие-нибудь присылать отсюда?
— Да, давай.
— Ну всё, тогда пока!
— Пока!
— Я люблю тебя!
— И я тебя тоже – сказал Архип с улыбкой.
Звонок закончился. Архип улыбается ещё немного, очень медленно встаёт и бредёт домой.
— Господи, какая же скука – печально шепчет про себя Архип.
Так прошёл целый день. Всё это время Архип и сидел дома, а бабочка так и стояла до вечера, пока не смогла взлететь. Это стало замечательным событием для неё. Наконец-то она просто перестанет стоять и начнёт трудиться.
Следующий день. Архип гуляет по улице, в какой-то момент он внезапно остановился, достал телефон и записал голосовое к себе в «Избранное»:
«Не очень понятно зачем я это делаю, но плевать. Мне всё надоело! Идёт уже вторая неделя как я ничего не делаю. Хочется начать уже, но так лень, меня действительно засосало в этот круговорот, просто удивительно! Мне кажется, я деградировал за это время. Мысли, казавшиеся простыми, стали сложными. Сейчас мне хочется стать ребёнком, чтобы это перестало быть настолько надоедливым, чтобы вообще ничего не замечать вокруг! Просто вот, «я в домике!» и крыша из рук над головой. Да с другой стороны… Пошло оно всё!»
Последние слова Архип прокричал.
4
На дворе апрель. Резко похолодало, даже снег выпал. Архип гуляет, на его лице улыбка и сейчас он счастлив. Нет уже желания стать ребёнком, нет уже и никаких повторяющихся дней. Он просто счастливо идёт по красивой, заснеженной улице. Ещё немного побыв в этом круговороте, он по совету отца просто начал рисовать (это его увлечение). В день, когда он начал делать, он нарисовал совсем чуть-чуть, на следующий день больше, потом ещё больше, и так постепенно, с отдохнувшим организмом, вернулся к жизни.
Бабочке тем временем было не так хорошо. Ей нужно немного поспать, пока холод не пройдёт.
— Вроде всё готово, – риторически подумала бабочка – но есть что-то, что не даёт мне покоя в этой ситуации. Анабиоз я спокойно переживу, это ладно, укрытие у меня есть. Мне страшно одно… Ещё тогда, в марте, когда я проснулась, то стояла несколько дней, ничего не делая, потому что у меня всё было затуманено, но я ощущала одно: я хочу начать делать, но не могу потому что организм попросту не готов. И вот этого я опасаюсь, этого ужасного чувства, что хочется начать, но не могу. Страшно, что придётся адаптироваться заново, таким способом, ничего не делая… В последнее время много думала и поняла, что моя жизнь довольно цикличная: я впадаю в спячку во время зимы, после неё тружусь, впадаю и тружусь, впадаю и тружусь, и так по кругу. Страшна в этой истории не такая цикличность, страшно, если после «впадаю» я так и не смогу пересилить себя, и спячка продолжится, только в живом состоянии. Как там он говорил каждый раз? По-моему «приевт». Так вот, страшно – это когда ты выпал из спячки и сказал «приевт!», и говорить так до самой смерти. Получается такая «долгая счастливая жизнь», именно её и боюсь, она вызывает привыкание, хоть и неприятное…
Бабочка подумала ещё немного.
— А всё-таки надо… Дай Бог всё получится…
С этими словами бабочка впала в анабиоз.
1 Учи языки! (нем.)
2 До свидания! (нем.)
