Не то чтоб я любил твоих детей: их очи
Не видят ничего, лишь свой унылый рок,
Их ум — ничто, и знать не хочет ничего, —
Но что твоих Демократий раскаты, ночи
Терроров царств, величие Анархий
Мои безумны страсти отражают, словно море
Даруют брата гневу моему — Свобода!
И диссонансы лишь затем, что в них — дерзаний
Отрада для души. Иначе все цари
Кровавой плетью, подлым залпом с корабля
Ограбили бы право наций — я б не дрогнул.
Но всё ж, и всё же…
Эти Христы на алтаре из баррикад —
Бог видит, с ними, в чём-то, я.
Not that I love thy children, whose dull eyes
See nothing save their own unlovely woe,
Whose minds know nothing, nothing care to know,—
But that the roar of thy Democracies,
Thy reigns of Terror, thy great Anarchies,
Mirror my wildest passions like the sea
And give my rage a brother——! Liberty!
For this sake only do thy dissonant cries
Delight my discreet soul, else might all kings
By bloody knout or treacherous cannonades
Rob nations of their rights inviolate
And I remain unmoved—and yet, and yet,
These Christs that die upon the barricades,
God knows it I am with them, in some things.
