IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 10 до 13 лет
Шляпник

Тихий майский вечер, Париж. Тёплый степенный ветер окутывает всё вокруг, вздымая всё выше и выше в бескрайнее небо, с приходом заката теряющее былую лазурность. До крыши ветхого дома доносятся ароматы специй и трав, продающихся на рынке. Бродячий музыкант играет на скрипке романтичную и плавную, словно течение Сены, мелодию. А флорист всё ходит по бульвару, зазывая покупателей, надеясь на знатных дам, которых очаруют алые розы.

«Разве не это атмосфера Франции? Разве не в этом наша тонкая натура? Когда всё пошло не так? Когда я потерял счёт времени? Когда моя молодость провалилась в бездну воспоминаний?»—думал я, держа в руке потёртую фотографию молодого счастливого часовщика.

Полагаю, я бесполезный человек, ведь я не ценил три величайшие вещи, данные человеку с небес, пока люди не научили меня этому.

Тридцать лет тому назад я шёл с уроков игры на фортепиано, которые брал у пожилого дирижёра. Нотная грамота, конечно, давалась мне нелегко, но ради лишь одного мига звучания клавиш я был готов на всё. Что ж, меня не интересовало время. Стоял ноябрь, пасмурный вечер был весь окутан сумраком. Казалось, что вот-вот — и звёзды появятся из ниоткуда. Капли дождя безжалостно и разъярённо настукивали по крышам домов. Мои дырявые ботинки буквально утопали в лужах. Стоило мне только вылить из них скопившуюся воду, как она набиралась снова и снова, а они жалобно скрипели, будто бы прося о пощаде. Не доходя до арендованной мною каморки, я завернул в узкий переулочек и направился к ветхому, почти развалившемуся зданию в самом старом районе на окраине Парижа.

Через пару минут я всё-таки добрался до двери узенькой комнаты, заполненной всяким хламом.

Дверь была открыта настежь, и с порога доносился запах старых духов, навевающих мне воспоминания о детстве, как будто бы с тех пор они и не выветрились. «Да уж, время идёт, а моя мать не меняется. Вот только запах стал менее насыщенным, блёклым и изжившим себя»,—думал я.

Я прошёл в маленькую комнату, в которой на узкой кровати лежала моя мать-пожилая дама, вынужденная жить в нищете и видеть родного сына лишь пару раз в год, если он, конечно, не пришёл взять денег в долг. Только сейчас я понял, насколько тяжела была её ноша. В этот раз я зашёл тоже не просто так, а по случаю шестидесятилетия матушки. В кармане старых брюк денег у меня хватило бы только на новые ботинки и в лучшем случае на еду, поэтому, надеясь на затуманенный старостью разум матери, я взял какую-то нетронутую свечу в ржавом подсвечнике с туалетного столика, зажёг и поставил к ней на стол. Это и был мой подарок. Я даже не соизволил спросить, как дела у моей матери, выпил на кухне из полуразбитой чашки холодного дешёвого чая и собрался уходить. Поражённая моим равнодушием, пожилая женщина молча смотрела на меня, а в глазах ее стояла невыплаканная боль одинокой старости.

Как бы несуразно это ни прозвучало, но эта история вновь повторилась со мной, только спустя уже десять лет: я снова шёл к ней на день рождения. В этот раз я решил пойти более длинным путём, через центр Парижа. Час назад я закрыл свою лавку. Мне всегда казалось забавным, что мои часы спешили, а мысли, наоборот, опаздывали. Но в тот день я убедился в обратном-они всегда должны идти в ногу со временем…

Я остановился рядом с просторным особняком и не мог оторваться от великолепного вида. Меня неимоверно заинтересовал фасад здания, и я не мог оторваться от этого зрелища, но потом мой взор привлекло нечто иное. Только что вышедший из кареты статный мужчина стоял у входной двери, ожидая кого-то. Через пару минут к нему вышла недовольная пожилая дама, вероятно, его мать. Она явно была не рада встретить собственного сына. Увиденное острой тревожной иголкой кольнуло меня в сердце, но я отогнал это ощущение, потому что в тот момент роскошный вид, особняк и другие привилегии достатка абсолютно незнакомых мне людей, стоявших рядом, занимали мое воображение гораздо больше.

« Почему одним судьба дает больше, чем другим?»- вот о чем я рассуждал в тот дождливый день, сидя вечером в старом кресле, глядя на похолодевшее и изнеможенное тело моей матери, которая больше не дышала с самого моего прихода. В руке я держал свечу, подаренную мною десять лет тому назад. Она растаяла, хотя на самом деле мать зажигала её лишь в свой день рождения, когда я не приходил и она пылилась на полке. Но сегодня борьба за любовь и внимание сына была окончена: мать умерла в одиночестве и темноте. Когда всё пошло не так? Когда вместо молодого радостного мальчика ты увидела старика с потрёпанной шляпой? Когда я потушил твою свечу? Скажи мне, матушка? Глотая жгучие слёзы, душившие меня, прижимая к себе огарок свечи, я вдруг отчётливо понял, что, пока я занимался собственными проблемами, потерял что-то очень важное, что-то, освещавшее мне путь, а именно сердце моей матери — человека, давшего мне право на жизнь, которую я провёл впустую.

После похорон тоскливые однообразные дни тянулись один за другим. Даже в выходной я приходил в свою лавку, менял цветы на надгробии матери, казалось бы, ничего не изменилось, но всё будто бы потеряло смысл. Время словно остановилось. Я умираю, а это просто жизнь муторно проносится перед глазами. Продажи значительно понизились, как будто время остановилось не только для меня, но и для других, словно часы попросту не имеют никакого смысла. Но так было не всегда: однажды в мою опустевшую лавку зашёл старик в потрёпанной одежде, когда-то давно, вероятно, она считалась даже аристократичной, но сейчас потёрлась и замаслилась. Казалось, что ему едва бы хватило грошей на самые ржавые часы. Примечательно было то, что, несмотря на вопиющую нищету, его шляпа была сохранна, пусть и пыльна.

Лицо старика казалось безумным, а его взгляд был пустым, будто бы он ослеп от яркой ночной звезды. Мёртвой хваткой в руке он сжимал часы. Я подумал, что он хочет сдать их, но, как оказалось, они были сломаны. Хотелось избавиться от странного посетителя, раздражение почти захлестнуло меня, как вдруг он заговорил.

«В вашей лавке я не случайно…Не гоните меня», — глухой и скрипучий голос звучал умоляюще. Старик рассказал, что на протяжении многих лет он, блестящий светский франт в новеньком фраке с золотыми часами в нагрудном кармане, проезжал мимо моей лавки. И каждый раз, глядя на пыльную витрину с антикварными часами, он любовался своим отражением. Жизнь его тогда летела, как искры фейерверка: все развлечения, которые можно купить за деньги, были им испробованы. Балы, дорогие рестораны, путешествия, казино… Казалось, череде счастливых дней и веренице радостных лиц не будет конца. Вот только время за деньги не купишь.

Однажды, проезжая мимо лавки, он вгляделся несколько внимательней в отражение и ужаснулся: желтое обрюзгшее лицо, потрепанное слишком веселой жизнью для себя, смотрело из пыльного окна. В этот день он проиграл в казино все состояние. И время для него остановилось. Рядом не осталось мнимых друзей и возлюбленных, не было семьи. Как песок, жизнь утекла, а время безжалостно растоптало молодость. Остались лишь старые часы да запыленная шляпа. Их старик решил отдать человеку, которого еще можно спасти от роковой ошибки. А кто же, как не часовщик, должен уметь ценить время?

Он отдал часы и шляпу мне, это оставалось и остаётся до сих пор загадкой для меня. Я не ценил свою жизнь, не ценил время. Но когда удостоился такой высокой награды, не смог поступить иначе, как отблагодарить его. Всё заиграло новыми красками: я продал свою лавку и стал заниматься тем, что по- настоящему было дорого мне–играть на рояле, пусть и на старом, в небольшом театре на окраине Парижа. Я в любой момент мог остаться без жилья, потому что новое поприще не приносило мне ни гроша, но меня всё устраивало. Я всегда приходил вовремя. И будь то нищий, пожилая дама, дети-сироты, я всегда отдавал им последние деньги.

И вот на закате своей жизни я сижу на крыше в весеннем Париже, держу в руке сломанные часы и огарок свечи над потрёпанной шляпой и чувствую, что мне осталось совсем немного. Но я горжусь тем, как прожил время, отведённое мне, ведь ничего не может быть лучше, чем называться Шляпником.

Наша жизнь- это шляпа, она может внезапно измениться, зацепившись за что-то, попросту порваться. Если беречь ее только для себя, она быстро изотрётся, покроется пятнами лжи, фальши, зависти, злобы. Гораздо приятнее отдавать частичку души каждому по чуть-чуть. Всегда помни, что человеку дарованы свыше три величайших вещи: любовь, время, самопожертвование. И даже если однажды твоя жизнь будет изорвана окончательно, отдай тем, кому это нужно, по маленькому куску ткани от своей шляпы жизни, не погаси свечу любви, не разбей свои часы…

Дёмина Елена Олеговна
Возраст: 14 лет
Дата рождения: 29.03.2008
Место учебы: МБОУ "СОШ №226"
Страна: Россия
Регион: Пензенская обл.
Город: Заречный (Пензенская обл.)