Лёня уже не помнит, что он делал дома. Он помнит, как выбежал на улицу и помчался вперед, не видя ничего перед глазами, которые заполонили слёзы. Мальчик рванул в пруд, ощущая его как холодную, огромную каплю, такую же, как в его глазах.
Помнит, как плыл, не помня себя, не слыша ничего, даже голосов, которые доносились из его родного дома. «Ленька, а ну-ка вернись!» Бедняга доплыл до середины пруда. Оглянулся — не вернуться ли?! Нет… Назад пути не будет!
Кувшинки путали, как сети. Хотели остановить Лёню, ну а он продолжал работать руками и ногами. Голубые шорты промокли и стали похожи на тряпку. Жёлтая футболка облепила худенькое тело мальчишки. А вот и земля — Лёня подумал: этот берег такой же тёмный, как сегодняшний шоколадный торт.
Доплыв до так называемого торта, наш беглец вылез. Стуча зубами, залез в первые попавшиеся кусты и почувствовал, как гнев отступает: может, все не так и плохо. Укрывшись посетившей его надеждой, Леня закрыл глаза. Сон наступил резко, давая возможность осознать события сегодняшнего дня.
Опять он в чем-то виноват. Сначала картина нечеткая, но вот резкость увеличивается, и изображение становится цветным, будто краски вспыхнули ярким огнем. Леня видит, как мама ругает его, а он терпит. Терпит уже давно. Воспитательная беседа закончилась, но Леня продолжает чувствовать мамин гнев. Не выдержав злого натиска, он убегает в другую комнату, где дает волю душевной боли.
Как обычно, три минуты Леня беззвучно кричит, но сейчас этот прием ни к чему не приводит.
В этот момент ехидное недовольство в лице мамы, а точнее горе-воспитательницы, в которую она сейчас играет, заглядывает в комнату и, как молния, освещает это место ненавистью: «Ну, раз душевная боль ТАКАЯ сильная, раз у нас ТАКАЯ драма, надо вызвать врача!»
И тут Лёнин вулкан, брызгая слезами, не выдерживает и извергается. Спасибо! Прям легче стало. Боль прошла. Нужно было просто взорваться. Вот и секрет.
Больной, вскочив на ноги, побежал в сторону пруда, окутанного мглой. Сон закончен. В душе темнота.
Мальчик лежит под кустом и спит мёртвым сном, уже без сновидений. Никто не знает, жив он или нет.
