Принято заявок
2558

X Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Жизни цвета солнца

«Человек рождается, чтобы радоваться жизни.

Смотри, какое чистое небо, какая весна, смотри, сколько на земле интересного…»

Памяти Владислава Крапивина

посвящается.

Ноготков на даче в то лето было море… По утрам я вылетала из дома к клумбам, выбирала из бахромчатых волн один душистый бутон и закладывала его стебелёк за ухо. Наверное, смешно смотрелось… Но мне слишком нравилось осознание «у меня в волосах собственное солнышко!», чтобы отказаться от этой летней прихоти. Дни текли – беззаботные жёлтые глаза лепестками ловили солнце, раскрывались, провисали к земле, отцветали, оставляя дозревать лишь серединки с семечками, действительно похожими на ноготки того доброго лекаря из русского народного сказания… Грустная легенда… После того, как чудодей был отравлен завистниками, его тело принесло людям последний дар – целебные цветы, выросшие из-под ногтей… Будучи маленькой, я приходила в ужас от этой истории: а вдруг из моих пальцев тоже вырастут цветы!?

Тем летом мне исполнилось семнадцать и, по юношеской наивности, я полагала, что не имею права бояться своего впечатлительного воображения. Зато он боялся…

Он — мальчишка лет пятнадцати, внук новой соседки. Я как раз срывала традиционный цветок с клумбы у изгороди, когда облегчённо громыхнул о землю велосипед, и мальчик с криком «Эге-гей! Бабушка, где ты!? Я приехал!!!», побежал по её саду, смешно раскидывая руки и трогая всё, что попадалось на пути. Сначала мне было ничуть не совестно смотреть на мальчика через металлическую сетку забора. Тут он резко затормозил и вцепился взглядом в меня, стоящую среди моря желтых ноготков. Потом насупился, отвернулся и, медленно переставляя ноги, пошёл в обратном направлении… Мне стало почти стыдно за подсмотренное распахнутое счастье. Я хотела было примирительно улыбнуться, мол «что же тут такого», но мальчишка уже скрылся.

Как раз тогда я начала читать «Убить пересмешника» Ли Харпера, и этот мальчишка, день ото дня, почему-то всё больше напоминал мне маленького Страшилу Редли. Нелюдимого, дикого и неадекватного… Каждый день он прямо-таки шарахался от изгороди, в том месте, где я стояла, когда смутила его. Может это просто какая-то мальчишеская примета, как, например, в книгах Крапивина, желтая нитка на безымянном пальце ноги?

Я решила, что завтра спрошу мальчишку и заодно узнаю, как точно его зовут. Слышала, как соседка кричала то ли Юрик, то ли Юлик… Да и вообще, надо бы извиниться за мой «шпионский провал». Может, он всё же хороший ̶ можно будет с ним иногда болтать. Единственный подросток на улице всё-таки…

Утром, сразу после семейного завтрака, я выбежала босиком по ступенькам нового соснового крыльца, потом по траве и к цветам.

Я совместила имена и позвала: «Юльрик!..»

– Ну привет… Чего тебе? Меня, вообще-то, Юлием зовут, – тут же раздалось за соседскими кустами смородины. Мальчик собирал темные спелые ягоды.

Я сделала вид, что не заметила его неприветливости – может он все еще чувствует себя неловко от того, что я видела его, несущегося и сияющего от детского безудержного счастья… Мне казалось, что мальчики в его возрасте болезненно переносят ситуации, когда посторонний видит их без напускной взрослости, которую они гордо лелеяли и примеряли к себе…

– Тогда рада знакомству! Я – Юля. Забавное совпадение, правда?

Мальчик промолчал.

– Юлик, я пришла извиниться за то, что видела, как ты… – мне вдруг расхотелось признавать свою вину. – Что я такого сделала? Почему ты так груб!? Некрасиво так разговаривать! Подойди!

И зачем я тогда так глупо сказала… Как старшая сестра, воспитывающая малолетнего брата…

– Не могу… – он говорил с неохотой, как-то через силу.

– А в чём дело? – сразу смягчилась я.

– Ты не поймешь…

– Всё же попробуй, объясни. Я не слишком взрослая для детских примет! – отчеканила я, скрестив руки на груди.

– Примет? Да… Эти цветы… Желтые… Когда много желтых цветов… это к беде…

– Да? А разве желтый – это не цвет радости?

– Нет! – упрямо отрезал Юлик.

– Ты что, это же не просто цветы, а ноготки! Они особые… по-доброму магические… древние славяне их целыми гирляндами вешали у входа в дом! – стала защищать свои цветы я. – Не бойся, подойди… Хватит прятаться за кустами!

Мальчик встал в полный рост… Зажмурившись и ощупывая кусты, пошёл между ними в моём направлении.

– Чего ты хотела? Извиниться за что-то?

– Ну, да… Прости, что… – начала было я.

– Зачем ты посадила эти цветы!? Они жёлтые! И неважно как они там называются!

Его лицо выражало такую глубокую, остервенелую боль, что мне стало по-настоящему страшно!

– Юлик, милый! Что у тебя там? – раздался голос соседки.

Он, стоя по-прежнему с закрытыми глазами, тут же переменился в лице. Не говоря ни слова, резко повернулся ко мне спиной и пошёл на зов бабушки, вколачивая пятки в гравий дорожки.

Я, совершенно ничего не понимая, перебирала лепестки ноготков: «Он же совершенно не в себе! Зачем я только полезла извиняться…»

Как бы ни старалась, я не могла ясно обдумать произошедшее, то ли что-то упуская, то ли не догадываясь о чём-то…

Мне было спокойнее вернуться к обычной летней жизни, семье и утренним цветам…

Спустя неделю в ноготках я обнаружила крохотную травяную куколку, обернутую в зелёную материю, цвета моего любимого садового платья…

Аккуратненькая, травинка к травинке, Берегиня-травница явно была подарком… Неужели от Юлика?

Недолго думая, я решила поиграть в куклы. На полочке над изголовьем своей кровати я сделала постельку из сушеной аптечной ромашки. Подушечка получилась из белоголового одуванчика, а простыней стал платочек с вышивкой. Приятно ощутить себя ненадолго маленькой девочкой: укладывать куклу спать, а потом ложиться самой…

Засыпая в ту ночь, я думала: «Теперь мальчишка просит прощения у меня…»

***

Следующим утром я снова вышла на крыльцо, и побежала к цветочным солнышкам…

Что-то мелькнуло над моей головой. Я резко вытянула руку в воздух…На ладони лежала Птица счастья, сделанная из бересты.

– Похоже Юлик мастер на все руки! – вслух подумала я.

– Спасибо, Юля…

Мальчик сидел на крыше дома и болтал ногами. Вихрастый, темноволосый, почти без усилия улыбающийся над чем-то мне неведомым.

– Юль! – позвал Юлик. – Наверное, я был страшен тогда, ага?!

Он проговорил это со смехом и сожалением. Сдержанный, мудрый, взрослый, несмотря на летающие взад-вперёд над землей босые ноги.

– Нет… ну, то есть… да… Ты расскажешь, что случилось?

– Зачем? Сейчас это совсем неважно…

– Как скажешь… – мне самой совершенно не хотелось развивать эту тему. Я заметила, что мальчик по-прежнему старательно отводил взгляд от цветов.

– Ты читала «Миллион и один день каникул» Велтистова?

– Нет. Посоветуешь?

– Да, интересно. Но не в этом дело! У нас-то свободных летних дней не миллион… Сегодня уже тридцать третий день каникул! Так не будем тратить время!

С этими словами он, взбрыкнул ногами и кувыркнулся с крыши!

– Юлик! Ты чего?! – закричала я, тут же зажав ладонью рот.

Правда, домик был низенький, одноэтажный – лететь не очень высоко. Но всё же…

– Да тут я, тут! Жив-здоров. Какие же вы девчонки… пугаетесь из-за всего!

– Юлик, а ну не кочевряжься перед девушкой! – старушка вышла на крыльцо и смеющимися глазами глядела на уже вскочившего с травы, как Ванька-встанька, мальчишку.

– А я и не думал, бабушка!

– Юленька, идём к нам чай пить…

– Не, не ходи! У нас есть, для начала, дела поинтереснее! А к вечеру можно и чай, так и быть…

***

Дальше дни пошли непохожие один на другой… Будто я кидала бумеранг, и каждый раз он летел по новой траектории.

Садовой девчонкой я была давно, но чтобы носиться по лесам… Теперь было и такое! Чего мы только не делали, куда не забирались…

Юлик научил меня лазить по деревьям, когда мы собирали чагу с берёз. Правда, потом я вся была в мелких царапинках, а кожа в местах соприкосновения с березовой корой словно покрылась белой въедливой пудрой. Но это всё пустяки! Я была хорошей ученицей, и совсем не ныла!

По вечерам мы медленно прогуливались в лесу, в тех низинах где быстро скапливается белая туманная мгла… Мне не было страшно. Наоборот! Приятно разыгрывалось воображение, и мы по очереди представляли кого-то в тумане. Мне виделся Кот-Баюн – Юлик представлял Леголаса. Мне, в вертикально торчащих ветвях поваленной сосны, померещится пасть дракона, а Юлик увидит рыцаря.

Мы мастерили обереги и плели корзинки, сушили мох, брусничные листья, полынь…

Как-то раз Юлькина бабушка научила нас по-особому крепко плести венок. У меня получился красивый, из полевых колокольчиков, и я незамедлительно напялила его Юлику на голову…

Мы смеялись до упаду и подолгу молчали. Одно жалко: теперь я не носила жёлтый цветок за ухом…

Что же там такое было у Юлика с этой паранойей к желтому цвету? Я не спрашивала. Но однажды вечером он рассказал мне сам…

***

Юлику было четырнадцать… Последний день августа… Он, мама с папой и маленькая сестрёнка возвращались из деревни. Предвечернее солнце спокойной желтизной заливало поля по обеим сторонам гладкой и пустой дороги… Все глазели в окна и умиротворённо молчали. Папа тихонько запел:

– А ну-ка песню нам пропой, веселый ветер, весёлый ветер…

– Моря и горы ты обшарил все на свете… – почти прошептал Юлик, чтобы не спугнуть счастье.

– И все на свете песенки слыхал! – прогорланила маленькая Катюшка.

Воздух в машине взорвался общим оглушительным хохотом. Громче всех звенел смех сестрёнки, прижимавшей к себе большущий букет махровых жёлтых цветов.

Отсмеявшись, все снова притихли. Юлику казалось, что эхо веселья всё ещё пульсирует у кромки поля, когда Катюша восхищенно вскрикнула:

– Юик, смотри, сова!

Птица врезалась в лобовое стекло… Отец резко крутанул руль и… Ничего не стало…

Машину нашли в кювете только следующим утром. Юлик был без сознания, но жив. Единственный…

***

Больше Юлик не стал ничего рассказывать. Добавил только:

– Когда я увидел эти жёлтые цветы… И тебя… Она, когда выросла, была бы такой же… Такой же красивой… Но я уже не боюсь жёлтых цветов… Понимаешь?

Я понимала.

Он сунул мне что-то в руку и ушёл к светящимся окнам дома. Стемнело, но очертания предмета я разглядела. Отполированное деревянное сердечко.

Я пошла следом за Юликом.

Сейчас действительно наступил вечер, когда можно пить чай…

Табатчикова Елизавета Андреевна
Возраст: 20 лет
Дата рождения: 23.01.2004
Место учебы: МАОУ гимназии №18
Страна: Россия
Регион: Свердловская обл.
Город: Нижний Тагил