Принято заявок
2558

X Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Поэзия на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Тихая музыка

Муза

невечное лето снимает Господня рука,

ты смотришь в окно, отрываясь на миг от страницы.

зажглась на стене осторожная тень рюкзака:

ты завтра пойдешь в универ, с этим нужно смириться.

забудешь—запомнишь все то, что читал, — все равно,

и то, что ты видел, — прошло, отзвучало, исчезло.

она приходила. вы медленно пили вино.

она уходила. ждала тебя книга у кресла.

и ты наливал травяные чаи и читал,

потом приходила она — и опять уходила.

и день был похож на единый простой ритуал,

вы пили вино, и кружились колечки винила.

но лето прошло. и она не придет: универ,

на красный диплом, до диплома осталось немного.

но книги на полках стоят, почитай, например,

о том, как туманна рука у осеннего Бога.

Прощание 

мы прощались, мне ведь домой к десяти,

рисовались образы в голове.

“ну прощай, я не буду звонить, прости,

потеряем друг друга в Москве”.

“ну прощай, я не буду тебе писать,

потому что прошлое не вернуть,

да и время не повернется вспять,

не выстелет новый путь”.

унесло метро, пошумел вагон,

“ну прощай, я не буду тебя вспоминать,

потому что прошлое — сказка, сон

и мираж, а не благодать”.

я брела домой, фонари брели

за моей спиной и там, вдалеке.

мне казалось, я всю темноту Земли

несу в своем рюкзаке.

Дары

будничным утром в станице, покрытой снегами,

серое небо утешит уставшее тело,

снами наполнился дом, начиненный шагами,

прежде бурлившими здесь. почему не хотела

тихую музыку слышать забытого дома?

я прилетела из сна и проснулась от счастья —

вдруг осознала, что светел был он, и истома

пальцами цепкими сжала глаза и запястья.

снилось, судьба даровала свободу и друга,

звуки резвились, и в вечном движении море

было как сердце. и так мы любили друг друга,

что позабыли: проснувшимся странное горе

утро как дар преподносит. мираж исчезает.

томный бессолнечный день, несоленые слезы,

бледные руки. а там открывались глаза, и т— 

—ам их закрыли — сбылись опасенья-прогнозы:

серые сны, расписные оконные стекла,

снег, устилающий землю голодную пухом.

точит истома, и все мирозданье поблекло,

тихая музыка дома съедается слухом.

сон мне оставил, кивнув на прощание сухо,

друга из плоти и крови, по разным станицам

нас разбросал. но мы знали, что зрение духа

точно острее того, что даровано лицам.

Забытое чувство

в забытое чувство теперь погрузись с головой,

нахмурены брови, как трудно быть богом, как чудно.

ты прятался здесь, когда волчий восторженный вой

в лесу угасал, нарушая покой беспробудный.

и в темени спутавшись, листья шумели у ног,

их ветер отвесным дыханием гнал к ойкумене,

а ты опасался, что терем воздушный высок,

что здесь кислород не заменит земной, не заменит!

туман укрывал нас от волчьих теней, проступал

внизу осторожный рассвет, обжигающий лица.

и день воскресал, тучный сумрак на запад упал,

пока ты шептал, что тебе здесь не спится, не спится!

твой лоб растекался по плоским полям молоком,

в полоску зари превратились порожние страхи,

а руки в палящей пустыне предстали песком,

в скиту у реки твою душу отпели монахи.

как трудно быть богом — ни слово сказать, ни помочь,

знакомое имя в сознании мечется птицей.

забытое чувство баюкает в тереме ночь,

и кажется день небылицей.

Слово северное

позимело, и клетчатый сумрак склонился сурово,

фиолетовый день замесила слепящая ночь.

затвердели шаги, но ожившее теплится Слово:

в том, о чем вы читали, теперь убедились вооч-

,и-ю—га позади, прежде полная временем чаша

ускользнула из рук, покатилась по плитам снегов.

здесь замерзли лучи. раскаленная Родина ваша

познает через Слово сиротство сибирских шагов.

вы увидели здесь то, о чем вам кричали страницы,

но не лица, а лишь минус сорок — со ссыльных времен.

эти снежные хлопья как мелкие райские птицы.

вам прочтенные книги приходят на память как сон —

…что в барачной беде благородные дети России

холодели, крестясь, застывали у мертвых печей,

что по тундровым льдам пробирался под видом миссии

твердым шагом мороз, не в венке, не посланник ничей…

ваш оранжевый мир, озаренный горячим светилом,

с вита нова, где страсть, шум прибоя и в воздухе соль,

принимает Слова — только письменной речи по силам

рассказать языком мерзлоты позимевшую боль.

Рыбак

было страшно. бумажный снег

плыл по горячей Лете.

ко мне, как раньше, пришел человек

с моря. развесил сети.

он поймал золотую звезду

вместо заветной рыбки.

но звезда заметалась в бреду,

горизонт зашатался зыбкий…

человек ушел далеко во тьму,

забрал рыбацкие сети.

он не знал: я могла осветить ему

все на свете.

Мореева Евгения Дмитриевна
Возраст: 19 лет
Дата рождения: 27.09.2004
Место учебы: ОАНО МОШ "Интеграция XXI век"
Страна: Россия
Регион: Москва и Московская обл.
Город: Москва