Утренний туман лениво укутывал серые крыши города, а редкие капли дождя монотонно стучали по подоконнику, навевая сон. Телль не спал уже третьи сутки, глаза его слипались. Эту ночь он особенно плохо контролировал трезвость своего ума, периодически засыпая прямо за рабочим местом. Внезапная череда убийств необычайно беспокоила детектива. У убийцы был чёткий почерк: жертвой обязательно являлся мужчина, возраст при этом не имел никакого значения; каждый убит путём введения через шприц сильных наркотических, ещё неизвестных науке веществ. На воротнике — ярко-красный след от помады. Никаких улик при этом убийца не оставлял: ни потожировых, ни шприцов, которыми были введены вещества. Ничего. Учёные до сих пор спорят о составе химикатов, оказывающих такое чудовищное влияние, за сутки разлагающих тело до безобразного состояния. Помада была нанесена на воротник не с помощью поцелуя, а хорошо созданной его имитации, путём нанесения рисунка.
Вибрация прервала мысли детектива Виктимса. Он, не глядя, чтобы не отрываться от прочтения очередной статьи, потянулся к своему телефону, однако понял, что не может его нащупать. Слегка повернув голову, Телль впал в шок: его рука проходила через стол. Встряхнув русыми волосами, детектив встал из-за стола и собирался пойти умыться, дабы привести себя в чувства, но картина, открывшаяся перед его взором, ввела уже не просто в шок, а в ужас.
«Дьявол!» — выругался он. Тело Телля, безжизненно лежащее на светлом паркете, уже начало разлагаться, а на воротнике его домашнего поло виднелся тот самый ярко-красный след помады. «Как же… Я же запирал дверь… Он же не мог влезть через окно…»
Порой кажется, что дом – самое безопасное место. Ставя огромные стальные двери и покупая самые надёжные замки, не задумываешься, что гарантии безопасности нет вовсе. Однако Виктимс считал себя в безопасности, пока не оказался одной из жертв этого серийного убийцы.
Прошло полчаса с того момента, как детектив сел на свой бежевый замшевый диван, и беспрерывно смотрел на безжизненно лежащее на полу тело. Мысли, как бешенные, проносились в голове. Он взглянул на громко тикающие в этой гробовой тишине часы. 7:34
«Равиль скоро зайдёт за мной… Надеюсь, он взял ключи.»
Жизнь наполняла сонный город. На дорогах образовывались типичные утренние пробки. Слякоть от прошедшего ночью дождя создавала меланхоличное настроение. Рекламные флаеры, трубящие о странной череде убийств, были практически везде, отчего становилось ещё и тревожно.
Равиль Мируар встретил это утро крайне тяжело. Мало того, что парень проспал — его разбудила громкая музыка, раздавшаяся в наушниках (Детектив больше не мог уснуть без музыки). Натянув на себя форму и не расчесав свои нежно-сиреневые волосы, даже не завтракая, юноша выбежал из квартиры.
Вот ключи находились уже в замке зажигания. Парень выезжал со двора и отвлёкся на зеркало заднего вида как вдруг выскочила рыжая девчонка.
— Чёрт!
Равиль резко затормозил и сумел предотвратить столкновение, но парень рядом с рыженькой был крайне возмущён.
— Эй, мужик! Ты смотри куда едешь!
— Азраиль, не стоит…
Девушка взяла друга за руку и повела за собой. Азраиль, растаяв, быстро извинился перед детективом и скрылся с рыженькой бестией.
Равиль, не теряя ни минуты, но слегка выругавшись себе под нос, сорвался с места и помчался к напарнику. Через пару минут он уже оказался на месте и набирал цифры на домофоне. После неудачного дозвона, он достал связку ключей, которую накануне отдал ему Телль (Виктимс всегда делал так во время тяжёлых расследований, зная свою тягу вечно сидеть в бумагах и отчётах и засыпать прямо за работой). Разблокировав подъездную дверь и войдя внутрь, Равиль пробежал около чёртовой дюжины ступеней перед тем как вставить ключ в дверной замок. Также успешно преодолел порог квартиры, однако друг его не встретил.
«Не может быть…», — мысль пробежала медленнее, чем Мируар, ломанувшийся вглубь квартиры. В кабинете Телля для Равиля всё прояснилось. Горечь на лице только что вошедшего в помещение парня было не описать словами. На ватных ногах он вернулся к входной двери и запер её изнутри, сразу ощупав и осмотрев скважину на предмет взлома. Позже обошёл квартиру целиком, остановившись у зеркала, в котором отражался весь кабинет Телля. «Может сработать», — подумал парень, вспоминая все свои прошлые, иногда даже удачные опыты в эзотерике. Достав из своего портфеля ещё одно зеркало и свечу с зажигалкой, парень создал так называемый «зеркальный коридор». Он зажёг свечу, поставил её между двумя зеркалами, и, сосредоточившись, погрузился в транс. Через некоторое время открыв глаза и посмотрев на одно из зеркал, увидел в нём слегка размытый образ своего друга, сидевшего на диване.
— Неужели сработало…
Силуэт сразу оживился. «Я верил, что у тебя получится, Равиль», — произнёс вслух Телль. Равиль увидел шевеление его губ и сразу поднял руки, на жестовом языке показывая приятелю, что теперь им придётся общаться невербально. На глазах Мируара выступили слёзы, он никогда не думал, что такой способ связи станет необходимостью. Друзьям пришлось выучить этот язык год назад, когда они расследовали громкое дело немой взломщицы, что прозвали «Мутаклептой». (Сочетает в себе «мута» — имя богини молчания в римской мифологии, и «клепто» от греческого «красть».)
«Телль, ты знаешь кто сделал с тобой это?», — задал вполне логичный для такой ситуации вопрос Равиль. «Нет», — немного озадаченно ответил Телль. Чуть погодя, продолжил. «Но нам необходимо это выяснить. Пока я ждал тебя, понял, что не могу покидать кабинет. Мне нужна твоя помощь, друг.»
От обращения «друг» у Мируара затряслись руки. Парни уже давно работали вместе, но при таких обстоятельствах признать факт, что они действительно «друзья», а не просто «коллеги», стало крайне сложно. К горлу подкатил ком. «Мы разберёмся с этим, Телль».
Вдруг Равилю позвонили, и желая узнать, чьё имя высветилось на его телефоне, парень отвернулся. Связь через «зеркальный коридор» прервалась. Телль Виктимс всё также сидя на бежевом замшевом диване глядел на своего самого близкого человека. Кроме Равиля у него никого не было. Он знал, что тот сможет поймать разбушевавшегося серийного убийцу и наказать его за всё то, что он сделал.
Звонившим оказался лейтенант, разговор с Равилем у высокопоставленного лица был не из приятных, тот отчитывал парня судорожно вызывая на место бригаду медиков. Всё вокруг наполнялось едкой атмосферой отчаяния. Телль был крайне важной и поистине уникальной фигурой в расследованиях: у него получалось в одиночку раскрывать дела, непосильные целым отделам. И вдруг… он мёртв? Не могло всё так оборваться…
— Что значит мёртв!?
Вальтер Хохманн непрерывно кричал в трубку на подавленного Равиля.
— Что с ним?
— Всё то же что и с прошлыми: на теле заметны следы сильного разложения, на воротнике след от помады.
— Чёрт… Жди бригаду медиков и наших экспертов, до связи.
Даже не дождавшись ответа, лейтенант сбросил вызов и, закрыв глаза, облокотился на своё офисное кресло.
— Это конец. Без Телля это дело не будет раскрыто. Надо было приставить к нему охрану. Чёрт.
Пнув боковину стола, Вальтер стал набирать номер бригады из следственного отдела. И вот подкрепление уже направилось к Равилю для проведения необходимых работ.
Солнце уже проникало в квартиру, заставляя ужасаться от того, насколько страшно выглядело разлагающееся тело Телля не только Равиля, но и прибывшую на место группу медиков и экспертов. Пока сотрудники органов выполняли свою привычную работу, Мируар знакомился со статьями и отчётами, которые удалось составить Виктимсу перед смертью.
«Удивительно, что убийца от них не избавился» — подумал Равиль перед тем, как его отвлекли.
— Мируар, как давно ты нашёл его?
К эзотерику, подошёл высокий темноволосый кареглазый веснушчатый парень, недавно устроившийся в следственный отдел их конторы.
— Я приехал к нему полтора часа назад, чтобы подвезти на работу, тогда и нашёл, Зет.
— Квартира была открыта?
— Нет, я открывал ключом, который отдал мне Телль незадолго до…
Равиль запнулся, но, тяжело вздохнув, с по-новому накатившей тоской всё же продолжил.
— Незадолго до своей смерти.
— Как думаешь, он предвидел, что с ним это случится?
— Думаю, что всё же нет…
Слушая их разговор, Телль параллельно сопровождал сотрудников конторы взглядом. Он не мог покинуть комнату, где находился, поэтому был вынужден наблюдать за происходящим и думать о том, что делать дальше. Перейдя от замшевого дивана к записям, которые в руках держал его напарник, тот вновь пробежался по написанному.
«Цвет помады согласно исследованию журналистов, всегда был одним и тем же. Была статья, где некая Астрея Рот старалась выяснить принцип, по которому был выбран именно этот оттенок красного, а также где продаются помады с таким оттенком…» – Телля осенило. Равилю срочно нужно было связаться с этой журналисткой. Взаимодействовать с предметами у призрака не удавалось, поэтому пришлось искать альтернативные способы. Подойдя к дивану, под давлением воздуха он смог вывести на замшевой ткани – «найди Астрею».
Закончив диалог с Зетесом, Мируар собирался уже уходить, но к большому счастью Телля решил последний раз осмотреть кабинет друга. Выведенная надпись на диване была плохо читаема, но для настоящего детектива стала отличной зацепкой. Слегка поправив ткань, он направился домой, чтобы собраться на встречу к Астреей. Расследование начинается.
Стоял жаркий полдень. От ночного дождя почти не осталось и следа. Духота. Толпы людей на улицах. Дети покидают школы и счастливые бегут по домам, некоторые из них собираются на прогулки с друзьями, заходят в кофейни, чтобы перекусить или выпить травяного чая или крепкого кофе.
Кафе «Тайна» встретило Равиля гостеприимно, подействовав на все его рецепторы. Юноша только преодолел порог, как ощутил запах его любимого латте и синабонов. Не сумев пройти мимо, и желая скоротать время ожидания журналистки, сделал заказ.
Сев за свободный столик, он вновь достал записи друга, принялся трепетно их изучать, в надежде найти новые зацепки.
— Господи, Леся, прости пожалуйста, нас задержали сегодня в школе.
Некая Леся помогала другой девушке переодеться. Рыжие волосы опаздавшей путались и мешали надеть форму.
— Шевелюра эта твоя… Мара, заплетись, умоляю.
Мара на скорую руку сделала достаточно крепкий пучок из волос и наконец закончила с формой. Обняв сменщицу и отблагодарив за то, что та её подменила, девушка побежала готовить карамельный латте.
— Здравствуйте, вот ваш заказ, давайте сверимся: у вас карамельный латте и… синабон с творожным кремом и корицей, всё верно?
Равиль поднял глаза на девушку. Это была та самая особа, выскочившая под его машину утром. Он был в этом уверен. Девушку сложно было с кем-то спутать. Он не знал, как точнее описать её внешность, но глаза… Глаза её были совершенно безжизненны, и если лицо было способно выражать улыбку, то отсутствие бликов на глазах превращало её выражение лица в фальшь.
— Извините, вы меня слышите?
— Да, прощу прощения… Всё верно.
Парень опустил глаза, чтобы рассмотреть бейдж официантки. «Мара Локфогель». Девушка спешно поклонилась и направилась работать. В кофейню зашла долгожданная журналистка.
— Астрея, здравствуйте! Я здесь, прошу вас, садитесь.
Девушка поспешила к нужному столику, волосы её были окрашены в сплит, где одна половина имела оттенок натуральный русый, а вторая была осветлена. А также её сине-голубые глаза, спрятанные за стёклами очков, блестели как никогда. Красный берет, красовавшийся на голове журналистки, задавал образу не столько женственности, сколько деловой тон.
— Прошу прощение, я немного опоздала, надеюсь не заставила вас долго ждать.
— Всё хорошо, давайте закажем вам чего-нибудь, а после перейдём сразу к делу? Я угощаю.
Равиль позвал официантку. Мара подошла к ним и стала слушать заказ Астреи, а Равиль стал наблюдать за рыжей бестией. Именно таким словом хотелось назвать школьницу. Она была красива, стройна, можно сказать одета с иголочки, явно ухаживала за собой, но покоя ему не давали глаза. Глаза её словно не отражали солнечный свет. Были светло-серыми, однако поглощали лучи солнца, не создавая абсолютно никаких бликов.
— Что же, о чём вы хотели поговорить?
— О вашей статье про исследование красного оттенка помады на примере череды недавних убийств. Я думаю эта информация может помочь следствию.
— Оу… ну, на самом деле там нет ничего сложного. Помада используется убийцей одного и того же оттенка. Ярко-красная, однако с морковным тоном. Этот оттенок особенен, потому что подходит далеко не каждому цветотипу. А также он уникален. Мне удалось найти похожие, но именно такого… Либо убийца намешивает его из нескольких помад, либо он создал его сам.
— Это в самом деле очень интересное наблюдение. Спасибо вам, Астрея, а вы не можете продемонстрировать мне цветотип, к которому, по вашему мнению, может подойти такой оттенок помады?
Девушка задумалась. Официантка принесла её заказ.
— Мне сложно будет найти сейчас необходимый типаж внешности в интернете, но я могу уверить вас, что девушке, что только что принесла мой заказ, этот оттенок был бы к лицу.
Парня очень зацепил этот вывод, что и Астрея обратила внимание на особенную внешность официантки. Допив кофе Равиль оплатил счёт, попрощался с журналисткой и покинул заведение.
Вечером того же дня Мируар сидел в кресле с ноутбуком. Солнце опустилось почти полностью за горизонт, а погода предвещала спокойную тёплую ночь.
За последний час детективу почти ничего нового узнать не удалось. Единственное, в их городе было только одно место, в котором можно было самостоятельно на мастер-классе сделать помаду. Занятие проводила студия «Секреты оттенков». Без Телля расследование тянулось тяжело, даже не в плане улик, а в плане психологического состояния Мируара. Он то и дело перебирал в руках кусочек ткани или перекладывал с места на место книгу.
— Нет, я так больше не могу, пора к нему наведаться.
Дело близилось к полночи, собрав всё необходимое и не забыв взять ключи, которые следственный отдел благополучно забыл у Равиля конфисковать, детектив направился к другу.
Крайне аккуратно поддев складным ножичком пломбу «опечатано», парень ввалился в квартиру, предварительно закрыв за собой входную дверь. Пройдя в кабинет, где уже не было тела его друга, герой вновь проделал трюк с «зеркальным коридором». К счастью, Телль всё ещё был на месте.
«Друг, я наведался к журналистке, как ты и просил, мне удалось кое-что узнать» — продемонстрировал жестами Равиль. «Ты уже наведался в «Секреты оттенков»?» — крайне размытый, но ещё не лишённый черт известного детектива образ ответил. «Ещё нет, но уже завтра я наведаюсь туда, сегодня только запросил списки посетителей за последние полгода.» — Равиль с трепетом ждал ответа своего напарника. «Я горжусь тобой, Мируар.» На этом связь вновь прервалась.
Равиль проснулся на полу чужой квартиры. Его разбудил звонок смартфона.
— Да, Вальтер Хохманн, слушаю вас.
— Следственному отделу удалось найти в квартире Телля красно-розовый волос, предположительно принадлежащий парню. ДНК совпавшее на 91% нашлось у нас в базе. Это Азраиль Кнехт, учащийся 11-го класса школы из твоего района. Ранее его ловили на искусных взломах. Наши выехали за ним, днём он будет в нашем участке. Тебе будет необходимо приехать и провести допрос.
— Вас понял, до связи.
Звонок прервался. Недоумение выразилось на лице детектива. Неужели тот, кого столько не могли поймать оказался как на ладони? Но зачем убийце-парню помада? Верить в это не хотелось, перед допросом важно было проверить студию.
Около одиннадцати машина Мируара подъехала к высоченному панельному зданию. Это был один из тех типов зданий, что сдавал в аренду свои помещения более мелким, нуждающимся в этом компаниям. Поднявшись на третий этаж Равиль прибыл в «Секреты оттенков».
— Здравствуйте, вы Эмили Одор?
Девушка, встретившая детектива, была одета крайне дорого. Сумка из последней коллекции Gucci, туфли в идеальном состоянии (словно их только что достали с витрины знаменитого бутика), волосы, накрученные в идеальные локоны и собранные в высокий хвост без так называемых «петухов».
— Здравствуйте, вы правы, чем я могла бы помочь?
— Вчера запрашивал у вас списки посетителей за последние полгода.
— А, конечно, я подготовила их, секунду.
Девушка достала из сумки папку, внутри которой находился внушительный список посетивших эту студию.
— Я могу задать пару вопросов?
— Да, конечно.
— К вам часто ходят девушки, создающие морковные оттенки помад?
— Ну… На самом деле этот сегмент достаточно мал.
— Хорошо, думаю этого ответа мне будет достаточно, спасибо вам.
Вернувшись в машину, парень решил взглядом пробежаться по именам и фамилиям участников списка, и одна крайне знакомая фамилия зацепила внимание героя.
На допрос Мируар приехал как раз вовремя. Поздоровавшись на проходной с коллегами, детектив повстречал и своего начальника.
— Здравствуйте, лейтенант.
— Проходи в допросную, пора начинать, я за стеклом, позови если понадоблюсь.
Вальтер отвечал крайне односложно всё ещё убитый новостью о смерти Телли. За последние сутки его горячую линию просто разрывают голодные СМИ, желая задать самые изощрённые вопросы о смерти детектива.
— Есть, лейтенант.
Зайдя в допросную, Равиль с порога начал диалог с Азраилем, ещё не поднимая на парня глаз.
— Итак, здравствуйте, представьтесь для записи.
— Азраиль Кнехт.
— Азраиль Кнехт, меня зовут Равиль Мируар, скажите где вы находились 17 мая с 8 вечера до…
Подняв глаза детектив узнал недавнего знакомого. Он шёл в то злополучное утро с рыжей бестией.
— Хотя нет, лучше скажите, Азраиль, а вы давно занимаетесь взломами?
— Давно, у вас же есть моё дело, к чему этот вопрос?
Лейтенант, находясь за стеклом впадает в недоумение, регламент допроса резко перестаёт соблюдаться… Так делал только Телль. Равиль никогда не нарушал регламент. Нервно сглотнув начальник не решает останавливать своего подчинённого.
— А как давно вы добываете наркотические вещества, для создания Марой Локфогель определённых химикатов?
Лицо Азраиля слегка исказилось. Он постарался привести его в порядок, но настолько был ошарашен вопросом, что отрицание вышло настолько нелепым, что даже забавным.
— Мара готовит свои химикаты не из наркотических веществ… Ну, то есть я не занимаюсь никакими поставками, она… она просто готовиться к экзаменам в школьной лаборатории используя доступные там реактивы.
— Допрос окончен, спасибо. Сейчас тебя проводят.
Лейтенант схватил Равиля за руку перед допросной.
— Что ты творишь?
— Я знаю, что делаю, лейтенант. Мне нужен ордер на обыск квартиры Мары Локфогель, а также группа экспертов, направленная в школьную лабораторию её школы.
При обыске обнаружилась предположительно та самая морковная помада, а также неизвестное вещество, прессованное в ампулах. Оно было направлено на исследование главным научным деятелям страны, результат всех шокировал: школьнице удалось создать по истине уникальное смертоносное орудие. Даже капля этого вещества в организме вызывает действие хуже кислоты.
— Расскажите, как проходило убийство детектива Телля?
Рыжая девушка сидела в наручниках, что оставляли огромные синяки на её нежной коже, камера следователя была направлена прямо на неё. Глаза всё также ничего не отражали, словно поглощая любые источники света.
— В ту ночь я попросила по уши влюблённого в меня Азраиля Кнехта взломать квартиру детектива и дать мне проникнуть внутрь. Телль уснул на своих отчётах, поэтому особо заморачиваться мне не пришлось, я ввела в его организм путём укола психотропное вещество, созданное мной же, а после оставила след штампом в виде поцелуя на воротник домашнего поло своей ярко-красной морковной помадой.
— Зачем вы совершали свои убийства?
— Моей главной целью был Телль, если бы вы напрягли сильнее свои мозги, то смогли бы расшифровать моё послание из имён предыдущих четырёх жертв: Тадей (верный истине), Ербол (герой), Люций (несущий свет) ЛЬон (приносящий радость). Я выбирала имена жертв не случайно, я собрала в их значениях всё то, что так любили в Телле. А убила его не первым, чтобы сначала проверить как работает разработанное мною вещество.
— Каков был ваш мотив?
— Я желала отомстить. Год назад Телль расследовал дело немой взломщицы, «Мутаклепты», вспоминаете? Опрашивая немых женщин, живущих в том районе он наведался к моей маме — Эхидне Локфогель. Она была тяжело больна и хорошо знала немую взломщицу. Телль заставил её говорить. От переживаний она впала в лихорадку и умерла через неделю после визита детектива. Мне пришлось провести некоторое время в детском доме. Там же я и познакомилась с Азраилем Кнехтом, сыном той самой взломщицы. Знаете ли вы как тяжело находиться в детском доме?!
Голос девушки почти сорвался на крик.
— Из-за вас моя и жизнь Азраиля были испорчены. Из-за вас у меня больше нет мамы.
Мама девушки ушла из жизни в связи с тем, что была больна онкологией. Никто не был в этом виноват, но не знающая полной картины подросток была очень подавлена смертью матери, а после — новой приёмной семьёй, что безусловно не смогла заменить ей заботливую мать.
Равиль вновь переступал порог квартиры своего друга. Это был его последний визит перед тем, как он отдал ключи следственному отделу. Сидя на полу его кабинета, зажигая свечу и вдыхая жжёный запах воска, устанавливал связь между этим и тем миром, Мируар был счастлив. Ему удалось поймать убийцу друга.
«Телль, я справился», — на языке жестов, со слезами на глазах, Равиль показал символы зеркалу. Почти полностью пропавший образ произнёс: «Спасибо, что довёл дело до конца. Мне пора идти, наконец я смогу освободиться от оков этого кабинета. Навечно, твой напарник.» Утирая слёзы, Мируар наблюдал за тем, как отражение в зеркале сначала постепенно таяло, а после и совсем исчезло.
Выходя из кабинета, он столкнулся с Зетесом.
— Вот ты где… Бегаю за тобой постоянно! Так и знал, что ты проберёшься сюда, неугомонный… Где ключи?
Равиль с полным спокойствием в душе передал Зету ключи от квартиры своего друга. Наконец, дело раскрыто.
С того момента, как Мируар передал ключи, прошёл почти год. 17 мая. Годовщина смерти Телля. Детективу установили памятник на местном кладбище. Миллионы людей возносят ему цветы. Равиль не стал исключением. В этот солнечный день он пришёл к могиле с букетом фиолетовых ирисов, так красиво подчёркивающих глаза товарища, глядевшего на него с фотографии.
— Дело уже год как закрыто, друг. Больше некому создавать нам проблемы и прятать улики. Мару осудили и выйдет она не скоро. Твоя доля правды теперь на бумаге, а моя… моя останется со мной, пока я сам не лягу рядом. Недолгая связь с тобой после смерти всё же помогла мне пережить утрату. Это дело – твоё тело и моя с тобой связь. Спасибо за годы дружбы, твоё светлое имя освещает путь многим. Спи спокойно.
Детектив кладёт букет на холодный гранит и навсегда уходит в небытие…
