23.12.2021 г.
У каждого есть свой цвет.
Тот, что сопровождает тебя всю жизнь. Тот, к которому ты неосознанно тянешься. Тот, который определяет твою судьбу
Так рассказывала мама, склонившись над детской кроваткой, когда я была еще совсем маленькой и несмышленой. Смысл этих слов, ставших для меня колыбельной, прекрасной сказкой на ночь, никогда не был полностью понятен мне.
Мой цвет я узнала еще в раннем детстве. На восемнадцатый месяц жизни (в нашей семье было принято отмечать каждый месяц до двух лет) мама вручила мне самый первый «взрослый» подарок, лучший из всех, что я могла себе представить, – набор из цветных карандашей в картонной упаковке, на которой аккуратными яркими линиями желтого, зеленого и оранжевого был нарисован жираф. А рядом с ним крошечный кустик. Незамысловатая композиция. Но… Этого наивного милого жирафа с вытянутой шеей и чересчур большими ушами, нарисованного с помощью простых фигур, навсегда останется в моей памяти.
Аккуратно усадив меня за низкими круглым желтым столиком, мама положила на него пустой лист бумаги и карандаши. Передо мной оказался огромный мир тревожно-белого цвета, пустой и оттого, видимо, грустный. Мир, который я могу разукрасить. Именно тогда судьба впервые сделала выбор. В тот миг, когда пухлая детская рука, проигнорировав все излюбленные детьми цвета, красный, оранжевый и розовый, случайно потянулась к длинному синеватому карандашу с золотой маркировкой на деревянной оправе и… Мама, посчитавшая, что синий цвет не должен нравиться детям моего возраста, протянула мне другой. Желтый.
Желтый. Значит, пусть этот мир будет желтым!
Уже через несколько минут кропотливой работы, контролируемой мамой, боявшейся, что от радости я случайно могу съесть карандаш, на листе появилось несколько выразительных желтых линий, соединяющихся в странный бессмысленный рисунок. Сочетание бледно-желтого и ванильного в тех местах, где я не сильно давила на карандаш, поразило детское воображение, но… Мне все еще было любопытно, что бы произошло с этим маленьким неизведанным миром, если бы он раскрасился в синий?
Столько лет прошло… Я давно уже не ребенок, но это первое впечатление согревало меня даже в самые трудные времена.
Теперь твой цвет– желтый. Теперь он будет с тобой всегда. Теперь все изменится…
***
14.01.2022 г.
У каждого есть свой цвет.
Суеверность мамы не знала границ. Ни призраки, ни магия, ни предсказания… Нет! Странная и несколько наивная вера в силу судьбы и ее неизбежность. Эта маленькая смешная черта в ней веселила меня до тех пор, пока дело не доходило до моего цвета. Мама искренне верила, что цвет, один единственный цвет полностью повлияет на мое будущее, которое она уже давно обрисовала во всех подробностях. Сначала я не обращала внимание на ее своеобразную одержимость желтым цветом, но потом, после поступления в первый класс, она начала меня пугать. Винтажные обои в моей комнате, доставшиеся маме от бабушки, усыпаны крупными цветами и золотистыми узорами. Все школьные блузки и рубашки –песочного и бананового. Тетради – ярко-желтого, почти неонового. Все нарядные платья в шкафу – янтарного или желтого. Даже подушки и одеяло на кровати, на которой я любила нежиться по утрам перед уроками, – бледно-желтого.
Я никогда не возражала маме. Детская надежда на то, что желтый и есть тот самый заветный цвет, мой цвет, поддерживала во мне огонь мнимой любви к нему.
***
23.02.2022 г.
У каждого есть свой цвет…
Ничего не могло продолжаться вечно. Уже в восьмом классе в моей голове зародилось сомнение, из которого пробилась мысль, пустила крепкие корни и завладела сознанием. Мысль, без которой я никогда бы не стала тем, кем являюсь сейчас. Первая попытка сопротивления.
А действительно ли мне нравится желтый цвет?
Самый важный вопрос. Помню, как каждое утро задавала себе его и не находила ответа. Всякий раз день снова и снова затягивал меня в бесконечный поток событий, людей и переживания, а странная неуверенность и растерянность возвращались на следующее утро. Только любовь к рисованию, сопровождавшая меня с детства, заставляла меня двигаться дальше.
Хорошие оценки, любящая семья, друзья, школа рядом с домом. Однако вскоре появилась Она. Тревога. Смутное чувство, которое мне удавалось не замечать до некоторых пор.
Однако Она росла с каждым прожитым днем, раздувалась, как надувной шарик, что должен лопнуть от переизбытка воздуха и давления. Стены, такие родные и знакомые наизусть, стали давить на меня и смущать, а разнообразие оттенков желтого в комнате вызывало нечто уже большее, чем скуку. Страх.
И в один день, когда терпеть Ее стало невыносимо, я твердо решила, что больше не могу молчать о необходимости изменения цветовой палитры моей комнаты.
Мы поссорились. Сильно поссорились. Впервые. Я наговорила маме много вещей. Ужасных вещей. Каждый раз, оглядываясь назад, я вспоминаю горячие, мутные слезы и раскрасневшееся то ли злости, то ли от отчаяния, то ли от обиды лицо матери. Правильно ли я поступила? Так ли была нужна эта ссора?
Этот вопрос я задаю себе и теперь, когда мамы больше нет со мной, и каждый раз ответ на него один… Нет.
***
28.02.2022 г.
У каждого есть свой цвет.
Тем не менее мама пошла на уступки и разрешила мне поменять обои в комнате, но с маленьким условием. Вся ответственность за подготовку, процесс и результат лежала на мне. Оглядываясь назад, я понимаю, что мама хотела таким странным способом отговорить меня от принятого решения, проверить на прочность.
Я приняла вызов. Выбрала новые обои–виниловые с милыми маленькими птичками с белыми крыльями на светло-зеленом фоне, избавилась от старых и привела стены в порядок.
Но… Не сказать, что моя жизнь поменялась после такого акта неповиновения. Я зажила по-прежнему, надеясь, что Она наконец-то отступит…
Годы мчались, словно высокоскоростной поезд, и я, с увлечением наблюдая за сменяющимися пейзажами, похожими друг на друга, не заметила, как доехала до конечной. Выбор, вставший передо мной после перехода в одиннадцатый класс, застал меня врасплох. Будущее слабо волновало меня, а мысли о том, что ждало меня после окончания школы, вызывали первородный ужас. Профессия, работа, взрослая жизнь, – все это казалось таким далеким, чужим. Друзья утверждали, что надо идти в IT или на юриста и мне не стоит пробовать себя в творческих специальностях, ведь они больше не актуальны. Родители – что нужно учиться на лечебном деле, потому что врач – престижная профессия. Учителя уверяли, что я не справлюсь с экзаменами и никуда, кроме колледжа, меня после окончания школы не возьмут (к одиннадцатому классу мои оценки по всем предметам оказались на уровне Марианской впадины, хотя где-то в глубине души я все еще ощущала себя той наивной, только успевшей попробовать на вкус школьную жизнь отличницей, единственной трагедией в жизни которой была двойка по математике).
Экономист? Значит, пусть буду экономистом!
Никогда не чувствовала я такую ответственность и стремление добиться желаемого вопреки всему. Бессонные ночи. Слезы. Отрицание. Первый сданный экзамен. Радость поступления…
***
01.03.2022 г.
Я проучилась в Высшей школе экономики 4 года по направлению «Экономика и анализ данных», с трудом получила красный диплом, и погрузилась в бесконечный водоворот «взрослых» проблем. Во время учебы я часто проходила стажировки, проявляла инициативу, ходила на встречи с представителями разных компаний, и сразу после окончания учебы пошла работать.
И так проходили дни, месяца, года… Сначала работала младшим финансовым аналитиком почти за копейки. Через три года стала старшим аналитиком. Ещё через пять лет — руководителем отдела. До департамента я так и не добралась, да и не хотела: мне хватало ответственности. Приходила на работу, уходила, возвращалась домой, убиралась, готовила. И так каждый день. Стабильная работа, к которой я так стремилась, ради которой жертвовала сном и здоровьем… Разве такая жизнь похожа на мечту?
Однако все изменилось в один день, тот прекрасный светлый день, когда мне написала Оля, с которой мы общались с девятого класса и виделись во время учебы в ВУЗе. Ее сообщение, полученной мною в начале одного из рабочих дней и благополучно проигнорированное до его окончания… Сначала я не предала ему значения.
«Может встретимся как-нибудь? Сходим в кафешку, я вот недавно выставку нашла, очень интересная. Пойдем вместе? Так давно тебя не видела, дорогая…»
Я упрямилась. Не хочу. Нет времени. Нет… Оправдания быстро закончились, и настойчивость подруги одержала победу над моим нежеланием менять привычный уклад жизни.
Белые чистые стены. Высокие потолки. Картины русского авангарда XX столетия. Приторный аромат духов с древесными и цветочными нотами. Странное и одновременно трепетное теплое чувство причастия к чему-то большему. За много лет жизни в Москве я ни разу не бывала в Новой Третьяковке, каждый раз вновь и вновь откладывая ее посещение на лучшее время. На потом…
– Смотри, очень интересная картина, – вдруг с восхищением произнесла Оля, легко коснувшись рукой рукава моего свитера. Ее неожиданное прикосновение заставило меня вздрогнуть, и я недоумевающе посмотрела в ту сторону, где располагалась картина
Яркие пятна желтого, сталкивающиеся с глубокими, умиротворяющими оттенками синего и зеленого. Хаос и беспорядочность цвета в сочетании с узорами и геометрическими фигурами. Ликующая и катастрофическая красота в движении линий. Никогда не видела я более прекрасного в своем безумии сочетания цвета и символа. Восхищение… И, кажется, еще какое-то чувство, которое мне сложно описать.
Надежда
– В.В. Кандинский «Композиция VII», 1913 год, ГТГ, – Оля вслух зачитала подпись внизу картины, но ее слова я слышала так, словно она находилась в нескольких метрах от меня…
Только тогда я поняла, что на самом деле значит цвет…
Здесь заканчивается дневник Вари Ивановой. Последняя запись от 01.03.2022 г. Осталось еще много чистых листов, где когда-нибудь появится новая история…
