IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Потеря.

1 Я люблю весну. Это время года всегда казалось мне отражением человеческой жизни. Природа начинает дышать, освобождается от тяжести снега. Что-то совсем новое и свежее, а что-то подпорчено зимой. У чего-то ещё есть шанс выжить, измениться в лучшую сторону и возродиться заново, а что-то обречено оставаться таким, каким оно стало. Навсегда. Не так ли происходит и с нами в жизни? Я люблю не раннюю и не позднюю весну. Мне не нравится ни обманчивое ощущение лета, ни снежное, еле тающее царство, отличающееся от истинной зимы только необычным весенним воздухом. Я люблю чувствовать настоящую, свежую, пьянящую влагу, люблю наблюдать за рождением природы, за ее наготой и безоружностью, когда мертвое в природе сливается с нарождающимся. С такими мыслями уезжала я от своей бабушки, которая жила в деревне. Уезжала с ощущением тяжести внутри: думала много и обо всем. Впереди были два часа дороги, которая всегда была и будет мостом между двумя разными людьми – Мной и Мной, Спокойной и Суетливой, Беспечной и Серьезной, Грустной и Веселой. И только эта дорога показывает мне то, что поднимает в моей душе любовь ко всему живому. Как же спокойно мне становится, когда я созерцаю, чувствую просторы природы. Леса, поля, речки — все это раскинуто в живом спокойствии. У Бога душа мудреца и ребёнка, как бы иначе он смог создать такую красоту? Все прочувствовать и расположить все в таком размеренном беспорядке. Будто, расправляя покрывала полей, он невзначай оставил какие-то края смятыми и свободными (пусть себе лежат на земляной ложе!), а какие-то подоткнул под ложбины, заполненные талой весенней водой. Будто вздумалось ему, ребенку, разложить свои игрушки прямо здесь, построить крепости и царства из лесных островов, везде оставляя маленьких еловых сторожей и неокрепших коричневых их собратьев, до которых не добрался ещё поток зелени, который медленно и постепенно спускается вместе с солнцем на землю. Я ехала в машине и думала о том месте, которое я только что покинула. Я думала о бабушке с дедушкой. _____ Мои дедушка и бабушка жили в большом кирпичном доме, построенном дедушкой. В этом доме всегда холодно, если не топить печь. Летом здесь ещё можно спастись от изнуряющей жары, а вот зимой приходится спасаться от вездесущего холода, кутаясь в плед и согреваясь горячим чаем. На кухне, первой по счету и расположению комнате, всегда приятный теплый запах. Бабушка только-только закончила готовить и теперь сидит за столом, читая свои любимые журналы. Затем, если открыть следующую дверь по коридору, можно попасть в большой и просторный зал. Я люблю эту часть дома. Тут висят красивые картины и зеркала, расставлены изящные статуэтки, посередине комнаты стоит большой резной деревянный стол, а в больших шкафах, стоящих вдоль стен, можно обнаружить собрания сочинений великих писателей. Это часть нашей домашней библиотеки. Но, минуя спальные комнаты, попадаешь в самую дальнюю и интересную часть дома. Это комната дедушки. Для меня она самая особенная. Это мое убежище. Когда я сижу в одном из его кресел, я чувствую себя в некоем безопасном умиротворении. Я счастлива и спокойна. Тут везде книги, очень много книг. Намного больше, чем в зале. Мне кажется, что дедушка их не читал, а покупал для моей мамы и ее сестры. Но как же я люблю теперь эти замечательные книги! А в одном из углов комнаты навалены друг на друга картины, которым не нашлось места на стенах нашего дома. Ему всегда дарили картины. Если начать разбирать и рассматривать их, первой будет его портрет. Он перевязан черной лентой. С того самого дня… _____ Еду. Сон совсем окутал меня. Несмотря на всю весеннюю красоту, завораживающую меня из окон, я невольно закрываю глаза. Но мысли не дают мне погрузиться в сон. Вдруг машину резко качнуло, и я открыла глаза и недовольно сощурилась. Я бы предпочла сон всем этим мыслям. Они о нашем деревенском доме, о том, что моя семья действительно может его продать. И что это лето будет последним, которое я проведу здесь. _____ Перед глазами опять предстал дом моих любимых. Передние окна дома выходят на главную улицу. Прямо под ними – палисадник, в одном из углов которого каждый июнь цветет нежный и недолговечный белоснежный жасмин. Рядом с ним – душистая мята и мелисса. Иногда я срываю листочки и просто жую их, я люблю так делать с самого детства. Кое-где пробивается чахлая земляника, но весьма безуспешно. Главным украшением являются вишневые деревья, когда они усыпаны спелыми ярко-красными бусинками, к которым так и тянется рука, чтобы сорвать их и с радостным криком побежать к бабушке, неся ей пригоршню сочных и вкусных ягод. Около нашего дома всегда много детей, они играют здесь сутки напролет. Когда я была маленькой, я и мои друзья постоянно забегали в этот палисадник, прыгали и бегали, рвали ягоды. Дедушка иногда сердился и кричал на нас, чтоб вышли оттуда, если же мы не слушались, сам начинал нас ловить. И мы выбегали оттуда с криками, с грязными лицами и руками, все измазанные вишневым соком. Во дворе, за главными воротами, не очень много места. Около входной двери стоят велосипеды, опираясь на кирпичную стену дома. Когда нас с братиком тут нет, они живут в пыльном гараже, и каждый раз, вытаскивая их оттуда, приходится приводить их в порядок. А по двору ходит немереное количество птиц! Куры, их цыплята, три больших разноцветных петуха, утки, издающие громкие крики, когда кто-то к ним приближается, и их всех так много! И это даже сейчас, когда некому особенно следить за хозяйством (моя бабушка слишком слаба для этого) и когда продана почти половина того, что у нас было раньше. До этого у нас также жили препротивные птицы – индюки, которых я безумно боюсь. Еще были кролики, милые и пушистые. Мне было так жаль, когда мы отдавали их. А под крыльцом можно найти еще одного обитателя нашего дома – черно-белого кота, которого зовут Бонапарт. Бабушка не пускает его в дом, может накричать на него, но, на самом деле, она его очень любит. Когда-то очень давно, у нас была и корова. Она казалась мне огромной- огромной! Белая и красивая, она очень нравилась мне. Мы с бабушкой всегда ходили на пастбище по вечерам, чтобы отвести корову домой, но иногда она возвращалась сама. Однажды она не пришла, мы искали ее везде, но так и не нашли… Но самое прекрасное место – это наш яблоневый сад за домом. В середине сада стоит уютная беседка, увитая плющом. Тут мы обычно собираемся всей семьей на какие-нибудь особенные и праздничные ужины. А вокруг – яблони, яблони, яблони… Их всего двенадцать, две из них стоят поодаль остальных, за небольшой баней, рядом с теплицей, которую почти со всех сторон окружают огромные кусты малины. Я люблю лежать в саду на земле, читая книгу, сидеть в беседке, играя с котом. Я так все это люблю. Везде здесь витают воспоминания, здесь живет мое детство, детство моей мамы и тети, моего брата и сестры. Моя бабушка не хочет отсюда уезжать. Наверное, я могу ее понять, когда она возмущается и на наши предложения переехать к нам в город отвечает одной фразой: «Я останусь тут». Это место – её дом, это место – вся ее жизнь. Это все, что ей осталось от дедушки. _____ Надо же. А ведь прошло целых полгода. А мысли об этом все такие же яркие, навязчивые, неотступные. Я не говорю об этом ни с кем, да и не знаю, нужно ли. Но это все время рвется наружу. Я не могу поговорить об этом с мамой. Она была его дочерью, он был ее отцом, у моей мамы совершенно другие мысли, и я боюсь того, как она может воспринимать этот разговор. Я не могу поговорить об этом с бабушкой. Она была его женой, спутницей жизни, а он был для нее всем. Ну а я лишь его маленькая внучка, которую он так любил. Мы все безумно его любили тоже, но все – по-разному… 2 Снова эта дорога. Вокруг меня все расписано яркими мокрыми красками августа. Я снова здесь, и сердце мое колотится, стучит и вот-вот выпрыгнет из груди. На этот раз мы ехали дорогой, которая с холма спускалась к полям, лежащим на окраине деревни, а затем вплеталась в незатейливый рисунок других просёлочных дорог. Окно машины было открыто, меня захлестнул аромат полевых цветов этой душной, но приятной жары. Горели на солнце сиреневые пятна душицы, островки цвета в этой высокой траве, мерцал желтым огнем зверобой. У меня появилось желание просто выпрыгнуть из машины, зайти в эту траву и остаться там навечно, вдыхая эти запахи, чувствовать колкость суховатых растений, лечь и смотреть в небо. Но мы проехали мимо, и в моей голове остались лишь отголоски этого желания. И тут же взгляду предстал большой дикий пруд, лежавший между невысокими холмами и лесами, что слева от этих холмов. Вы можете видеть это десять, сто, тысячу раз, но каждый раз у вас будет появляться восторженный вздох изумления, когда вы будете видеть прекрасных аистов, стоящих в этой блестящей воде, или диких уток, улетающих со своими утятами с места или заплывающих в камыши. И вам захочется стать частью всего этого. Но вы снова проедете мимо, будто лишены возможности остановиться. Уже вечерело, когда мы проезжали мимо этих полей. Издалека были видны выглядывающие из трав телеги, на которые люди закидывали свежескошенную траву. И вдруг я увидела его. Он стоял наверху, прямо на телеге, его могучее и приземистое тело было подвижно, он был погружен в работу. Он нагибался и принимал охапки сена, которые подавал ему какой-то человек снизу, на которого я даже не обратила внимания. Это было настоящее наваждение. Обычно я отгоняю подобные мысли, я боюсь об этом думать. Но в этот раз в моих спутанных мыслях звучала лишь одна фраза, не сказанная вслух: «Вот бы это был он…» Это невозможно! Это просто невозможно! Я понимала это всем своим умом. Но тогда увидела того, кого уже не было рядом. Я представила, я захотела, чтобы это всё оказалось реальностью, а не плодом моего воображения. Безумное наваждение сердца! Это был какой-то незнакомый человек. Но я повторяла: « Дедушка, любимый дедушка, я видела тебя в нём! Видела, будто бы ты был там, и это ты стоял на телеге, утирал пот рукой со лба, кричал что-то тому человеку … Будто бы я видела тебя. Я тебя видела…» _____ А, в сущности, что это такое – терять людей? Вы знаете? А я знаю? А кто-нибудь знает? Многие говорят, что они теряли людей. Будто бы они отдалились друг от друга, и тех людей больше не стало в их жизни. Возможно. Бывает и такая потеря. Я думаю, что если ты так «потерял» человека, то ты его не потерял по-настоящему. Пока человек жив, все можно исправить, хотя бы попытаться. Я не считаю это абсолютной потерей. По-настоящему мы теряем людей, когда они уходят в мир иной. Я думаю об этом очень много и часто. Человек был, и вдруг его не стало. И ты не сразу этого осознаешь. Только потом понимаешь, что никогда с ним не поговоришь и не обнимешь его. Он никогда больше не сможет сделать что-то для тебя и для других, а ты и другие – для него. Я очень скучаю по дедушке. Мне его так не хватает. Нам всем его не хватает. Девять месяцев назад не стало части нашей жизни. Мы с братом и сестрой потеряли дедушку, мои мама и ее сестра потеряли своего отца, бабушка – своего любимого. Я никогда не забуду то, как плакала моя мама. Человек не может так страдать. Её как будто не было. Я помню, что она ушла в другую комнату, но её плач был слышен всем. Я пыталась её успокаивать, но это было бесполезно. Я стояла и смотрела на неё, мне казалось, что я вполне сдерживаю себя. Я думала, что я смогла, что я спокойна, а сама вдруг зарыдала с криком. Я думала, зачем я это делаю. Ведь надо держаться, а сама захлебывалась слезами. Со мной никогда такого не было. Это останется в моей памяти на всю жизнь. Горечь утраты … _____ Почти всё лето провела я в доме, где жил мой дедушка. Этот человек в каждой вещи, что находится здесь, в каждой душе, что здесь обитает. Мой дедушка тут, он дома. Что бы я ни делала, о чём бы ни думала, он всегда со мной. Я чувствую его руку, его взгляд, его любовь, он всё ещё вместе с нами. Такие люди, как он, не уходят. Они остаются в сердцах и памяти людей. Навсегда. Я очень любила моего дедушку, и так же искренне люблю его и сейчас. И пусть я не говорю об этом никому, но он всё равно знает об этом. Он знает и помнит.

Преснякова Анастасия Борисовна
Возраст: 24 года
Дата рождения: 01.01.1998