Ранним солнечным утром я стояла среди гигантских широких деревьев, чем–то отдалённо напоминающих дубы, и, наслаждаясь, набирала полную грудь свежего утреннего воздуха. Я не помнила, как оказалась там, в лесу, но почему–то знала, что именно там и должна была находиться. Эта уверенность казалась странной, но я не была в состоянии думать об этом — хотелось просто быть там, радоваться прекрасной природе и щебетанию птичек.
Ступая босыми ногами по узкой тропинке, я двинулась вперед. Куда? Не знаю. Было чувство, что нужно идти. Вокруг стояла тишина, прерываемая помимо птиц только тихим шелестом листьев на верхушках деревьев. В поисках каких–нибудь зверюшек я заозиралась по сторонам, однако никого поблизости не было. Но стоило только мне об этом подумать, как на ветку рядом с тропой опустился черный ворон и уставился мне в глаза, повернув голову. Меня такой взгляд смутил: «Разве могут животные так пристально смотреть в глаза?» Возможно, могут, просто раньше я этим не интересовалась. Я остановилась. Пользуясь моим замешательством, птица вспорхнула и, пронзительно каркнув, унеслась куда–то вперед, вдоль дорожки. Я проводила её взглядом и продолжила свой путь, однако в один момент до меня дошло осознание, что после прилёта этого ворона все звуки в лесу будто… выключились.
Тишина. Оглушительная тишина. По спине вдруг пробежал холодок, и на меня нахлынул какой–то животный страх, словно кто–то стоит за моей спиной с ножом в руке, готовясь нанести удар. Краски вокруг остыли: раньше пестро–зеленая трава вмиг потемнела, небо, искрящее до этого солнечными лучами, вдруг погасло, а пространство между деревьями стало сжиматься, мрачнеть. В голове вдруг всплыло: «А ведь воронов часто считают предвестниками бед…» Безуспешно попытавшись отогнать от себя эту мысль, я что есть мочи рванула вперед по тропинке, так и не оглянувшись.
Я бежала и бежала, потому что теперь отчётливо чувствовала сзади чьё-то присутствие, слышала торопливые, но уверенные шаги. В какой–то момент я осознала, что картинка вокруг не меняется: те же стволы деревьев, те же полусгнившие пни, даже трещины на тропе… Ужасная развязка. Силы и нервы на пределе, адреналин зашкаливает, а выхода нет. Тропинка вела дальше и дальше, никаких поворотов, никаких подъёмов или спусков — просто прямо.
Я отчаянно надеялась, что тропа приведёт меня куда–нибудь, где можно будет укрыться, спрятаться, переждать… Но ничего, абсолютно ничего не виднелось впереди, кроме кривых деревьев и черных, вязких теней от них.
Когда мои руки окончательно опустились, и я была готова вот–вот рухнуть на землю без сил, вдалеке, меж деревьев, появился яркий силуэт. Он буквально светился, звал к себе. Без раздумий я свернула с тропинки и из последних сил рванула к этому «лучу света», огибая искривленные стволы деревьев, которые, казалось, начали двигаться, перекрывая мне дорогу. Шаги сзади становились ещё отчетливее, с каждым метром все громче, но я уже не обращала на них внимания — мой взгляд был прикован к фигуре впереди. Пробежав половину расстояния, я уже могла разглядеть источник света: среди густого тёмного леса, озираясь, бродил парень в жёлтой футболке. Выглядел он максимально расслабленно, спокойно, что почему–то внушало доверие.
Преследователь за спиной явно ускорился, и стал меня нагонять. Я слышала, что он (она, оно, или что это вообще было?) был уже по звукам в метре от меня. Когда до парня, который все так же буднично шёл по лесу, оставалось всего ничего, я поняла, что у меня отказывают ноги. «Нет! Только не сейчас… Ещё… Ещё чуть–чуть…» — Мысленно взмолилась я, но ничего не могла сделать, кроме как изо всех сил, отчаянно и уже ни на что не надеясь, крикнуть: «Помоги!..»
Я не понимала, как это работает, но парень, до этого вообще не обращавший на меня никакого внимания — что странно, ведь бежала я далеко не тихо, — обернулся, с ходу оценив обстановку и кинув немного удивлённый взгляд за мою спину, мгновенно оказался рядом и подставил плечо для опоры.
Как только я схватила его руку, все вокруг будто… вновь ожило: лес перестал казаться мрачным и угнетающим, на быстро посветлевших деревьях очнулись птички, а шагов сзади словно и не было. Я лихорадочно стала оглядываться, а когда убедилась, что никого, кроме нас двоих, поблизости нет, хрипя, рухнула на землю.
— Что с тобой случилось? Ты выглядишь так, будто бежала от кого–то, — Шутливо заметил «луч света» и, тихо посмеявшись, опустился рядом со мной на корточки. Судя по его интонации и выражению лица, он был уверен, что это не так.
— Разве ты не видел никого, кроме меня? — С недоумением спросила его я, борясь с отдышкой.
— Нет, — Пожал тот плечами.
— Не может быть, я ведь слышала…
Парень посмотрел на меня, затем кинул взгляд вглубь леса, в сторону, откуда появилась я, о чем-то подумал и тихо сказал:
— Если бы тут был кто-то ещё, я бы его заметил, я уверен.
— Думаешь, мне показалось?.. — Мне очень хотелось верить, что я просто себе всё накручиваю, но я слишком чётко слышала за собой чей–то бег, чьё–то сбивчивое, тяжёлое дыхание…
— Хочется в это верить, — Вздохнул парень и после небольшой паузы продолжил, — Я, кстати, Кирилл.
— Алиса, очень приятно.
И мы замолчали. Кирилл завалился на спину и с улыбкой растянулся на свежей траве. Мне очень хотелось пить, но я понимала, что с этим вряд ли что–то можно было поделать в этот момент, поэтому последовала его примеру. Лёжа рядом с этим парнем, я подумала, как же с ним комфортно и легко просто вот так молчать. Только я подумала о спокойном молчании, как Кирилл резко сел.
— Слышишь?.. — Прошептал он.
— Что? — Я навострила уши и попыталась понять, о чем он говорит.
— Река! Я слышу реку! — Он вскочил на ноги и протянул мне руку, — Вставай, идем!
Уставшая я, насторожившись и не совсем осознавая, что происходит, схватила протянутую ладонь и медленно поднялась. Ноги стали ватными, сердце лениво забилось быстрее, голова будто вот–вот лопнула бы он волнения: мне срочно нужна была вода, а Кирилл говорит о какой–то реке. Парень быстро зашагал на звук. Я, которая не слышала никаких звуков вообще, решила довериться ему и не стала сопротивляться.
Прошло минут пять нашего блуждания между деревьями — с появлением Кирилла они вернули свой прежний вид: листья вновь стали поблескивать на солнце ярким зелёным цветом, а стволы будто отдалились друг от друга, пропуская свет в лес, — прежде чем я наконец услышала где-то впереди шум воды. «Река?.. Река!» — подумала я, дыхание моё участилось. Хотелось со всей дури рвануть вперед, но сил не осталось совсем, даже на ходьбу — Кирилл почти волок меня, держа за руку.
Звуки тихого течения казались все ближе и ближе, пока я не увидела ее: эту прекрасную, абсолютно прозрачную и чистую воду… Небольшая речка текла медленно, так, что движения почти не было видно.
Я рухнула на землю и стала жадно глотать воду, черпая её большими горстями и быстро поднося ко рту. Кирилл сел рядом, скрестив ноги и устремив взгляд куда–то вдаль.
— О чем задумался? — Спросила я парня, когда полностью утолила жажду.
— Не знаю, — Хмыкнул он, — Может быть о том, как мы с тобой встретились.
— Да, это немного странно. Но ты, кажется, спас меня.
— Выходит, что так, — Усмехнулся он.
Я откинулась на спину и закрыла глаза, думая о том, как сейчас, именно в этот тихий, безмолвный момент, мне хорошо, спокойно, как повезло мне было встретить Кирилла, который сейчас молча сидел рядом и с которым я почему–то чувствовала себя в безопасности.
Внезапно в ушах раздался оглушительный звон. Я, испугавшись, распахнула глаза и увидела не безмятежную речку, тихий лесок на её фоне и задумчивого парня в яркой, словно солнце, жёлтой футболке… а однотонный, скучный и ужасно надоевший с годами потолок моей спальни.
Я выключила разбудивший меня будильник и села на кровати. Осознание пришло быстро: все это было лишь сном. В глазах все ещё стояла картинка чудесного леса, речки и загадочного Кирилла — вставать крайне не хотелось. Однако из–за сегодняшней важной встречи все–таки пришлось. Умывшись и переодевшись, я вошла на кухню: мама как обычно уже была на ногах и накрывала на стол. Мы обменялись приветствиями, и я села на свое место.
— Мне сегодня приснился интересный сон. Я его помню так, будто все происходило на самом деле, — Решила вдруг поделиться я.
— Ого, — Поставила передо мной тарелку с кашей мама, — И что в нем было?
Я вкратце пересказала ей свой сон, который помнила действительно очень хорошо, что странно, ведь обычно я сны не запоминаю. Мама, выслушав, с задумчивым видом сказала:
— А ты не думаешь, что раз ты его так хорошо помнишь, то он может что–то значить?
— Кто? Сон или Кирилл? — В шутку спросила я и усмехнулась.
— Думаю, что и тот, и другой, — Заметила она, — А что, если это значило, что сейчас ты идёшь по дороге, которая ни к чему тебя не приведёт, и тебе нужен человек, который поможет найти правильный путь?
Меня очень рассмешил мамин серьезный тон. Конечно, я прекрасно знала, что она любит всякие такие штучки, связанные с судьбой и знаками, но в данном случае такое объяснение казалось слишком абсурдным. Я с улыбкой отмахнулась, и мы, закрыв тему, приступили к еде.
Спустя час я уже стояла у школы — вожатых, которые идут в школьный лагерь через неделю и в число которых вхожу я, собирали сегодня для постановки танца — и ждала когда подойдут все остальные, наблюдая за происходящим вокруг: мрачные тучи заволокли солнце, закрыв собой тёплое июньское солнце, и из–за этого казалось, будто все, на что только не падал взгляд, потускнело, стало печальным. «Что–то всё какое–то серое» — с грустинкой подумала я. Мне очень хотелось провести этот день динамично, живо, даже не смотря на погоду и отсутствие каких–либо планов (кроме вожатских сборов сегодня делать мне было нечего).
Только эта мысль пролетела в голове, как я увидела то, отчего дыхание участилось, а сердце будто замерло… Вдоль школьной территории, по другую сторону забора шёл парень в ярко–жёлтой футболке, от которой, казалось, исходил свет, и лучезарно улыбался, разговаривая с кем–то по телефону. Он был настолько похож на Кирилла, что я действительно подумала, что он — мой ночной спаситель, однако мгновенно отогнала от себя эту мысль. Разве может человек, с которым вы никогда в жизни не пересекались, присниться и на следующий день вот так внезапно появиться? «Нет, определённо нет» — Успокаивала себя я, но не могла перестать смотреть на парня, пока тот шёл вдоль забора; он был будто луч света посреди хмурого и тусклого дня. Стоило этой мысли пронестись в моей голове, как тот остановился, выключил телефон и посмотрел по сторонам. Он почти сразу заметил меня и удивлённо уставился в ответ. Его взгляд из беззаботно веселого стал похож на мой: в нем были удивление, неуверенное узнавание, волнение и большие сомнения.
Парень в чисто жёлтой футболке — она уже стала мне нравится, несмотря на то что к желтому цвету я всегда была равнодушна — вдруг отмер и, развернувшись, зашагал в сторону входа на школьную территорию. Я не знала, что делать, пока он преодолел ворота и уверенно шёл ко мне. В один момент я подумала, что ему просто нужно что–то в школе, но, осознав, что он не отрывает от меня взгляда, я неуверенно отмела эту мысль. «Кто он? Он меня знает? От куда? Что ему нужно?..» — крутилось в моей голове, пока с телом что–то творилось: пульс зашкаливал, волнение от ожидания отзывалось в конечностях лёгким напряжением.
— Привет, — Отчеканил он, встав напротив меня.
— Э… Здравствуйте… — Пролепетала я, неизвестно из-за чего засмущавшись.
— Я… Мне… Э-э… — Запнулся тот, но быстро исправился, прочистив горло, — Короче, ты мне очень кое-кого напоминаешь, и я хочу познакомиться. Я, кстати, Кирилл, — И дружелюбно протянул руку.
А я пожала её.
Кажется, мама была права: тот сон был знаком. После знакомства с этим парнем моя жизнь действительно наладилась: у меня наконец то появилась родственная душа, человек, с которым я провожу много времени, чувствуя себя счастливо. Кирилл поддерживает меня, помогает, когда это нужно, не позволяя опускать руки, и я ему за это благодарна.
Позже я узнала, что в ту ночь и я снилась ему, и он видел точно такую же картину, только от своего лица. Не знаю, как это произошло. То ли это было чистая случайность, то ли — судьба. Но одно знаю точно — этот сон помог нам найти друг друга. «Сон — это черновик реальности, который мы пишем каждую ночь. Бодрствуя, мы лишь редактируем его» — Сказал однажды кто–то, и меня это зацепило за живое. Теперь я верю, что сны снятся не просто так, и что они делают нашу жизнь лучше, просто каждый по–своему.
