В некотором царстве, в большом государстве жили и не тужили разноязычные племена – Добролюбовы. Друг другу не мешали, только помогали. Длилась такая жизнь многие века. Со временем познали языки и понимали друг друга с полуслова. Если что было непонятно, на помощь приходили толмачи. И жили бы так ещё много веков, да завелась нечисть – Пришлое племя, которому не нравилась дружба племён. Решились извести мир и согласие, посеять вражду. Засылали соглядатаев, те как бы ненароком обмолвятся словом пагубным о соседе, учинят какой ущерб и потихоньку скроются. А что же племена Добролюбов? Сначала удивлялись и смеялись, мол кто-то их разыгрывает. А разные непонятные ситуации не прекращались. Задумались старейшины племён и решили получше присмотреться к Пришлому племени. А как это сделать? Думали долго – семь дней и семь ночей, но ничего не придумали. А племена – то ждут, уже стали сами искать виновных среди сородичей, чем вызвали гнев и недовольство. Теперь уже не было и речи о помощи друг другу, только бы напакостить. Смолкли смех, песни. Не ходили уже в гости, сидели по домам и тряслись от страха. А Пришлым это на руку, осмелели, стали прибирать к рукам земли, скот Добролюбов, воровать красных девиц, а молодых и здоровых парней превращали в рабов. Совсем худо стало жить и исчезли бы племена Добролюбов. Ан нет. Нашлись добры молодцы, которые не хотели так жить.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.
Собирались, совещались – дальше дело не двигалось. А между тем житье становилось хуже и хуже. Всё чаще слышались речи, что нужно идти на поклон к Пришлым. Стать рабами, но остаться в живых.
Надо сказать, что в одном из племён Добролюбов жила долгожительница София – второй век разменяла. Все её уважали и слушались, так как знали, что она многое видела и испытала. Вот и послали ходока к ней, дабы он спросил, что им делать.
Достали сапоги-скороходы, чтобы он быстрее добрался до Софии, и скатерть-самобранку, дабы не умер в пути от голода, да и Софию разными яствами угостить.
Долго ли коротко ли, а вернулся ходок, да не один, а вместе с Софией – мудрой долгожительницей. Достала она волшебную книгу и изрекла следующее:
— Есть ли в ваших племенах Никодим – побеждающий народы, Никанор – видящий победу, Софрон – здравомыслящий. Эти имена даны не просто так. Такова воля Богов. Эти люди должны прийти ко мне через три дня и три ночи и привести с собой – Агапию – любовь, Валентину – сильную, Дарью – победительницу. И будет тогда вам всем моё благословление и помощь. Нас будет семеро Добролюбов, мы решим судьбу племён. Так сказано в Волшебной книге. Но вы не должны сидеть сложа руки. Нужно пойти к Пришлым, пусть они пришлют своих семерых представителей: Захария – память Господня, Зою – жизнь, Ирину – мир несущую, Клима – милостивого, Юрия – пахаря, Марту – владычицу, наставницу, Мартина – посвященного Богу войны Марсу.
Жду все племена Добролюбов и Пришлых на самой большой поляне, между двух скал. Такова моя воля, — молвила София-мудрая.
Да, время неумолимо. Не успели оглянуться, а уже прошло три дня и три ночи. Потянулись к поляне Добролюбовы и Пришлые, уже солнышко взошло, жаром палит.
Многие не выдержали и побежали кто в тень, кто домой, при этом кто упал – ему не помогали, и оставались бы они лежать навечно. Не выдержала Зоя-жизнь из племени Пришлых, начала приводить людей в чувство. Не разбирала она кто свой, кто чужой – всем помогала.
Рассердился Мартин-посвящённый Богу войны Марсу – вынул свой волшебный колчан, но не успел пустить смертоносные стрелы в людей. Загородила их Ирина-мир несущая- приняла на себя гнев Мартина. Наслала на него сон-дрёму, повесила туманную завесу. Остолбенели люди, стоят, шевельнуться не смеют, все взоры устремили на Ирину.
Долго бы ещё гневался Мартин, но тут Марта — наставница показала ему в волшебном зеркальце, что может случиться, если он не успокоится. Наступила такая тишина, стало слышно, как растет трава, дышит сосед, шипят змеи и плещется рыба в воде. Звуки были знакомыми, успокаивающими. Глянули в небо, а там загорелись первые звездочки, которые мигали людям, звали всмотреться не только ввысь, но и у себя по ногами.
И в такой тишине услышали голос Софии – мудрой, которая стояла между двумя враждующими племенами. Волосы её развевались на ветру и ласкали людей. В руках держала огромный букет роз. София смотрела на людей и говорила, и говорила. Она обращалась ко всем, а каждый думал, что только к нему одному. Это о нём она рассказывает и ему повествует. Она говорит на его языке, но почему-то все её понимают. Сколько времени она говорила – узнать невозможно, люди даже не поняли, куда исчезла София, потому что перед ними был уже другой человек – Захарий – память Господня. Речь его лилась плавно, говорил тихо, призывая людей вспомнить сына Божия, Иисуса Христа, который взошёл на Голгофу ради них, ради их счастия и спокойствия. Упали люди ниц, моля прощения у Бога и друг друга. Происходило какое-то волшебство. Во взглядах людей уже не было злобы и отчаяния, затеплился огонёк надежды и доброты. Поднялись они с колен. Стали помогать тем, кто сам не мог подняться. А София стояла на уступе одной из скал и улыбалась, видя такое благодушие. А букет всё разрастался и разрастался, София уже наполовину была засыпана розами, от этого она становилась всё моложе и краше. Но ещё не все лица осветлила улыбка.
И предстал перед людьми Софрон- здравомыслящий. В руках у него сверкал жезл причудливой формы: было сходство с человеческой головой. Он менял окраску: белый, жёлтый, чёрный.
— Люди, посмотрите друг на друга. Все мы очень похожи. Ну и что, если отличаемся цветом кожи и глаз, говорим на разных языках, но живём то мы на одной земле – Добролюбов. Понимаем друг друга, как же можно воевать? Что нам даст эта вражда? Подумайте…
Ниже плеч буйны головы повесили, сказать нечего – стыдно. Жезл превратился в искрящийся фонтан, пока люди смотрели и слушали.
А Софрона сменил Никодим – побеждающий народы. Настоящий воин, в руках щит и меч. Меч казался игрушечным, вылетал из ножен сам, но взгляд Никодима заставлял меч вернуться в ножны. Речь его была немногословна:
— Для меня не стоит труда всех вас закабалить, сделать рабами. Согласитесь вы так жить? Думаю, нет. Повернитесь лицом друг к другу, захотите ли вы его сделать рабом?
Пока каждый потирал лоб, София дала знак Никанору – видящему победу. Был он неказист. Люди сначала даже не заметили его. Он взмахнул рукой, и разлилась радуга на всю округу. Сказал:
— Мне здесь делать нечего! Вы и сами уже поняли, что лучше жить в мире и согласии, тогда никогда не затихнет смех и детские голоса. Что может быть важнее этого?
Люди смотрели на Никанора и не узнавали его, он стал выше, краше, снова происходило волшебство. Толпа уже не была толпой. Это были единомышленники, добрые соседи, друзья.
Да и с Софией произошло преображение: она стала молодой женщиной, а рядом с ней стояли Агапия — любовь, Валентина – сильная, Дарья – победительница. У каждой девушки были волшебные атрибуты: волшебная нить, прялка-самопряха и веретено. Они никогда не допустят в мир войну, вражду и ненависть. Будет царствовать мудрость и любовь, уважение и понимание. Канут в лета разногласия. Тут София оглянулась и увидела Юрия – пахаря, который стоял в одиночестве рядом с волшебной сохой, которая могла в мгновение ока вспахать необозримое пространство, и не мог понять, что же ему делать. Вроде всё решено. Наступил мир и покой. Он не мог понять замысла Софии, а замысел таков: не вспахав и не посеяв жито, не перемолов муку, не испечь каравай. Только отломив от общего каравая кусочек – становишься родным навек.
Слово сказано. Взялся Юрий за работу, к нему присоединился весь народ. Поля вспаханы, засеяны, убраны, каравай испечён.
И был пир на весь мир. И я там была, каравай отломила, кусочек проглотила. И была принята в племя Добролюбов. А что же Пришлые? Осталось только слово. А племя живёт и поживает, мудрости наживает, детей рожает, род людской умножает.
А за всем следит София, сумевшая объединить разноязычные племена и народы. Слава Софии!
Тут и сказочке конец. А кто слушал – молодец! Всю мудрость Софии намотай на ус и преврати в явь!
