***
Как хорошо, что день!
Как здорово, что вечер!
Что целый мир под узами небес.
И каждый миг в листве увековечен,
Как только эхо пропитало лес.
На солнечном луче смычок блестит,
У скрипача соскальзывает нота,
Бежит дорога, стелется гранит,
Мутнеет пенный след от самолёта.
Меняются людские поколения,
Меняются снега, деревья, мхи.
Как хорошо, что вечно вдохновение —
Всё греет сердце! Всё творит стихи!
***
А не в саду ли я цвела?
Порою, свесившись с балкона,
Я так нежна, как анемона,
И эластична как лоза.
Чтобы жила я — нужен только
Прохладный дождь и невзначай
Луной оставленная долька,
Упавшая в холодный чай.
Мне нужно, чтобы строки рвались,
Пускай и ритм весь поколебля,
И рифмы жалко обрывались,
Как будто шип с худого стебля.
Но чтобы нега оставалась
Как бы движения не резки,
Прошу — я, может, и сломалась,
Но в голове светловолосой
Как прежде целы лепестки!
Я не стремлюсь к бугенвиллее,
Мне даже розой страшно стать,
Мне можно просто на аллее
Невзрачно рядом постоять.
Но дайте мне цвести в стихах!
Пусть здесь растут мои бутоны,
И на алеющих устах
Живут тюльпаны и пионы.
Я жить привыкла не спеша,
В саду, где горькая полынь.
А может быть моя душа
Живёт двенадцатую жизнь?
***
Дайте мне выспаться,
Я раздавлен
Лучевидными солнца кинжалами.
Я расплавлен лесными пожарами
И абстракцией ржавых цветов.
Отключите мне электричество,
Лента гнилых новостей
Задушила меня.
Липкой пыли большое количество
Забралось ко мне в рот
Комом сахарных слёз.
Кто-то дарит бумажные деньги,
Кто-то веер фетровых роз.
Всё искусственно. Всё не всерьёз.
Разучите меня читать,
Я неволей читаю газеты,
Где статьи перманентной интригой
Оставляют на сердце печать.
Я забуду названия лекарств.
Пылкий жар кипячёного горла
Заглушу молоком.
Жуткий треск гудящих висков
Успокоится бинта куском.
Синяк цвета жилистой сливы
Сам заживёт.
Дайте мне высохнуть
Я пропитан
Гущей сырой земли,
Я весь в той грязи,
Где раньше цветы цвели,
А сейчас отцветают.
Над моей головой до сих пор мотыльки,
Словно звёздочки в небе порхают,
У меня до сих пор дышит грудь
И почти ничего не болит
Мне пора отдохнуть.
Развяжите мне руки.
Я скован цепями долгих речей
И грубых мазков,
Леденящих морей
И кипящих мозгов.
Я усну в какой-нибудь лодке,
Пусть даже в бумажном кораблике,
Меня приютят как котёнка
Милосердные странники.
И я вновь заживу
Далеко от домашнего блага,
Вероломно потухших зрачков,
Криво расставленных знаков
На гладком шоссе.
Я не больше, чем камень.
Не больше, чем пару нажатий курка
Пистолета без пуль.
Не сильнее, чем действие самых дешёвых пилюль.
Вшейте мне сердце второе,
Я хочу любить крепче всех живых и всё неживое.
***
Качается ива, царапая ржавое небо,
Впиваясь в клубничные тучи на фоне заката.
На струнах тугих паутин, так легко и нелепо
Играют дожди, порождая лесную сонату.
Медовое солнце пожаром зажгло горизонт,
Лучом освещает кривые морщины старушки.
Она целый вечер, любуясь пейзажами, шьёт,
Пытаясь пронзить гибкой нитью игольное ушко.
Идёт старичок, мягко дверь за собой закрывая.
Их с бабушкой прячет в объятиях раскидистый клён.
«И этот закат я тебе посвящаю, родная,
И завтрашний день мною будет тебе посвящён».
***
