Скажи мне, что зовут на свете счастьем,
Чтоб сердце дрогнуло в тиши груди;
Делись со мной его минутной властью,
Не думая, что ждёт нас впереди.
Скажи легко, с улыбкою беспечной,
Как о мечте, что манит вдалеке;
Пусть, может быть, обман его не вечный
Оставит след печали в сердце мне.
Но не таи — открой мне правду прямо:
Кто нам назначил жребий и пути?
Где та звезда, желанная и самая,
К которой мне сквозь сумрак свой идти?
Добавив красок, звона и дыханья,
И птичий гомон, и вечерний свет,
Чтоб хоть на миг в простом очарованье
Я отыскал на свой вопрос ответ.
И если вдруг мои ослабнут крылья,
Коснись их тихо — пусть взовьются вновь;
Я сохраню, как светлое усилие,
И веру, и надежду, и любовь.
Неприступный лайнер.
По бирюзово-синей глади океана
Плывёт огромный лайнер — словно в вечный свет,
В нём сила вековая, скрытая туманно,
И мощь, что оставляет на воде свой след.
Он не знаком со страхом, болью и сомненьем,
Ему ни шторм, ни буря не страшны в пути,
И кажется — подвластно каждое движенье
Его несокрушимой, твёрдой воле, чтоб идти.
От палубы и до кормы — спокойствие и сила,
Как будто мир морской ему давно открыт,
Судьба ему ни капли воли не простила —
Он словно из металла, холоден, закрыт.
Над ним кружатся чайки в белом бесконечье,
Дельфины проплывают между волн на миг,
Другие корабли в своём морском теченье
Лавируют, стараясь повторить тот блик.
Но он всё так же мчится, будто не желая
Заметить ни игру, ни шум живой воды,
И в глубине души лишь тишина немая,
Где нет ни цели, ни спасительной мечты.
И мне порою кажется, заглядывая в даль,
Что он не знает радости и простоты,
Что за бронёй его скрывается печаль,
Не разделённая ни с кем среди воды.
А я всё жду — не силу и не власть чужую,
Не этот холод, что пронзает до глубин,
А лодку тихую, простую, небольшую,
С которой я бы чувствовал, что я непобедим.
