Глава 1
Начну с того, что я не супергерой. Я вообще никогда не хотел совершать никакие поступки! Всё, о чём я вам хочу рассказать, произошло против моей воли — просто так сложились обстоятельства. Скажу вам честно: я и представить не мог, что такое возможно.
В тот вечер я ехал на работу. По профессии я врач, но пока в ординатуре — только-только окончил институт. В тот день у меня была ночная смена. Приехав в больницу, я первым делом поздоровался с Алексеем. Он работает у нас нейробиологом и, как и я, постоянно остаётся на дежурства. Нашу клинику построили всего несколько лет назад, поэтому она оборудована по последнему слову техники.
Наша клиника специализируется на аномалиях сна. Одна из самых продвинутых технологий исследует взаимосвязь мозга и особенностей сна. Это очень важно — так мы узнаём, сколько человек отдыхает и как быстро восстанавливается его организм. Но сейчас ложиться спать ещё никто не собирался — на часах было всего восемь вечера. Мы проверили медицинские карты и подготовили документы тех, кто выздоровел и был готов к выписке. Потом мы поболтали с Алексеем — он харизматичный и интересный человек, увлечённый историей и медициной. Я очень ценю свои смены с ним — эти разговоры надолго остаются в моей памяти.
Время пролетело незаметно, и в десять вечера мы начали ночной обход, чтобы убедиться, что все отдыхают, хотя и так было очевидно: спали почти все.
Глава 2
Всё началось внезапно. Сначала я не заметил ничего особенного, потом вдруг понял, что подозрительно тихо. Не было привычного храпа, бормотания, никто не ворочался. Я заглянул в палату номер одиннадцать и не сразу заметил одну странность. Вокруг головы одного спящего пациента в тусклом свете ночника что-то блеснуло. Я подошёл рассмотреть и внезапно увидел какую-то полупрозрачную пену.
Я совершенно не понял, что это. В институте никогда о таком симптоме не упоминали. Я торопливо начал рассматривать других пациентов и понял: каждый в палате номер 11 был покрыт этой пеной.
Я немедленно написал Алексею, чтобы он позвал других докторов, и отправил ему фотографию пены. Через секунду получил ответ: «Этого не может быть!» И сразу после этого услышал, что кто-то бежит по коридору, — мы едва не столкнулись лбами в дверях.
— Все доктора в этой пене, — сказал Алексей, задыхаясь. — Я пробежал по всему второму и третьему этажу — все спят! Врачи, медсёстры, пациенты!
Его трясло. Я не мог ни на чём сосредоточиться. Тревога, парализующий страх. Мы что, в фильме ужасов?!
Алексей начал рассказывать: после появления пены люди засыпали. И больше не просыпались. Нет, они не умирали — это было похоже на кому. Но была одна странная деталь: всё происходило ровно через три минуты после того, как человека начинало клонить в сон.
Мы с Алексеем пошли проверять остальные этажи больницы. В здании спали все. Абсолютно. В ужасе мы продвигались по беззвучному зданию, и вдруг, как гром среди ясного неба, прозвучало: «ГОООООЛ!!!»
Никогда в жизни я ещё так не бегал!
В одноместной палате мы наткнулись на парня в наушниках со счастливыми глазами, который увлечённо смотрел футбол. Мы бросились к нему. Он увидел нас и заорал на всю палату:
— Ребят, подождите — решающий момент! Игра «Зенит» — «Спартак»!
Мы расхохотались и долго не могли остановиться — напряжение последнего часа дало о себе знать. Тут он снял наушники и спросил:
— А чё так тихо?
Не буду описывать последующие полчаса и нашу беготню по палатам. В итоге мы втроём оказались единственными, кто не уснул. Парень оказался пилотом — он лечился у нас от хронической бессонницы. Можно сказать, нам повезло: он был энергичным и бесстрашным и сразу начал предлагать варианты:
— Может, посмотрим камеры?
— Зачем? — ответил я. — Мы и так всё знаем. Люди ложатся, покрываются пеной и засыпают. Камеры не помогут. Мы просто потеряем время.
— У меня есть идея, — задумчиво пробормотал Алексей.
— Какая? — спросили мы вместе.
— Это очень опасно, — предупредил он.
План был безумным. Слово «опасно» тут не подходило. Кто-то из нас должен был лечь спать. И проспать ровно две с половиной минуты.
Добровольцев не было. Мы решили тянуть жребий. Конечно, он выпал мне. Кому же ещё.
Мы договорились о деталях. Перед сном ко мне подключили новое оборудование — то самое, для контроля пациентов. Я лёг и мгновенно провалился в сон.
Очень странный сон.
Глава 3
Как только я закрыл глаза, я обнаружил, что прикован к огромному булыжнику. Вокруг меня была бескрайняя степь. Рядом бродили овцы и лошади.
Потом я увидел его. Это был неприметный старый пастух в чекмене из овечьей шерсти и в хлопковых штанах. Лицо его было бесстрастным. Я хотел его спросить, но не смог произнести ни звука. Он пристально смотрел на меня. Вдруг его глаза стали полностью чёрными, а лицо превратилось в древнюю каменную маску, и я услышал:
«Ищи ответы на тех островах, где заходит солнце».
Стоп, что? Я хотел спросить, но сразу проснулся.
На меня тут же набросились Алексей и Пилот. Они стали засыпать меня вопросами: что я там увидел? Что там было?
Я пересказал им это странное послание. На их лицах воцарилось полное недоумение.
— Ты уверен? — спросил меня Пилот.
— Это очень странно, — сказал Алексей. — Давайте разберём его слова.
— Там было что-то про запад, — вспомнил я.
— Если старик говорил на русском, то, наверное, это западные острова России, может, Кронштадт, — предположил Алексей.
— Но в Кронштадте куча островов! Как мы найдём нужный? — спросил я.
— Но только на одном острове изучали сон. Аномалии сна изучали в Чумном форте в конце XIX и начале XX века, — сказал Алексей.
— Откуда ты это всё знаешь? — спросил я у него.
— Хорошо учился в школе, — невесело усмехнулся он.
— Не может быть! Но даже если ты прав, как мы туда доберёмся?
— А вот тут я вам пригожусь, — сказал Пилот, улыбаясь. Весь наш разговор он только и переводил взгляд с меня на Алексея и явно был рад оказаться полезным.
Глава 4
Через полчаса мы уже были в аэропорту. Место выглядело жутко. Все спали. Обычно аэропорт всегда полный и шумный, сейчас же тут царила гробовая тишина.
— Как мы доберёмся до самолёта? — скептически спросил я, озираясь.
— Погоди. Сначала нужно подготовиться, — ответил Алексей.
— ??? — не понял я.
— Включи голову. Мы не можем засыпать. Нам нужно взять всё, что поможет не уснуть.
— Например, кофе? — догадался я.
— И да, и нет, — ответил Пилот.
Мы пошли к магазину в терминале. Продавец, конечно же, спал. Мы забрали оттуда все энергетики. Оглядывая спящих вокруг людей, я подумал, что энергетики для них сейчас самая бесполезная вещь на свете.
— А как мы теперь найдём самолёт? — спросил я Пилота.
— Смотрите, у меня есть универсальная карточка, — сказал Пилот. — Она открывает двери. Мы можем просто выбрать любой самолёт.
— Но какой самолёт нам выбрать? — спросил я.
— Амфибию, — коротко ответил Пилот.
— Почему? — спросил я.
— Потому что это гидроплан. Есть ещё вопросы? — ответил он.
Глава 5
Через 15 минут мы уже были в воздухе. Невыносимо хотелось спать. Мы пытались взбодриться кофе, пели песни, шутили, дёргали друг друга, если кто-то замирал.
Тяжелее всех пришлось Пилоту, потому что он должен был не только не уснуть, но ещё и управлять самолётом. В конце пути он уже еле-еле стоял на ногах. Он непрерывно пил энергетики.
Наконец мы прилетели. Гидроплан легко сел на воду, и мы выбрались на берег.
Кронштадт. Чумной форт.
Это был небольшой остров, весь ограждённый каменной крепостью. Казалось, что весь остров состоит из неё. Выглядела она жутковато — казалось, что сюда никто не входил уже сотни лет. Сырой полумрак и мрачные постройки из серого камня.
Мы пошли вперёд. На горизонте уже виднелись огромные крепостные ворота, в которые мы вошли. Гулкая тишина окружала нас. Спустившись на первый этаж, мы неожиданно попали в старинный музей. Все люди в этом музее спали. Как будто весь мир заснул.
Позади мы услышали громкий кашель, и прямо на нас вышел древний старик. На вид ему было лет сто. Он тяжело кашлял и зло прохрипел:
— Эй! Что вам здесь нужно? Кто вы такие? Как здесь оказались?
На его грязной куртке был бейдж «Смотритель музея». Действовать надо было решительно, пока он нас не выгнал.
— Срочно покажите нам комнаты докторов, которые здесь работали! — потребовал Алексей.
— Это правительственное задание, — веско и строго проговорил Пилот.
В его голосе была такая уверенность, что смотритель отступил и махнул рукой:
— Туда, по коридору.
Мы побежали по длинному коридору и упёрлись в ряд дверей. Толкнув первую, мы вошли в крохотную тёмную сырую комнату — у окна стол со стулом и кровать.
— Это тюрьма? — спросил Пилот.
— В таких условиях в начале XX века врачи совершали свой подвиг и искали вакцину для спасения страны, — сухо ответил Алексей.
Мы вошли во вторую комнату. Такая же спартанская обстановка — стол, стул, койка. Но на столе что-то лежало. Маленькая тетрадка. Я взял её в руки и прочёл: «М. Покровская».
— Чего ты там застрял? Идём уже! — окрикнул Алексей.
— Смотри, что я нашёл! — протянул ему тетрадь.
— Ну, тетрадка, здесь таких, наверное, много, — сказал Пилот.
— Конечно, с надписью «1933 год» и подписью! — парировал я.
— С какой? — спросил Пилот.
— М. Покровская, — ответил я.
— Не может быть! Мистика! Это великий врач! Она нашла лечение страшной болезни когда-то давно, но говорили, что она ещё записала формулы инъекций! — вспомнил Алексей.
— Ну и что там написано? — спросил Пилот.
Я начал читать:
«Сегодня прошли последние испытания на мышах и на морских свинках. Всё прошло успешно. Формула готова. Инъекция, сделанная после того, как больного обволакивает пена и он впадает в транс, приведёт его в сознание».
И дальше мелким убористым почерком была записана длинная химическая формула.
Глава 6
Назад мы летели в полной тишине. Сил не было ни на страх, ни на сомнения. Мы были уставшими и измученными.
Мы вернулись в больницу. Перед нами стояла задача — воспроизвести формулу и испытать её. Я старался не думать о том, что будет, если мы ошиблись. Если я ошибся. Каковы риски — мы спасём людей или убьём их…
Мы с Алексеем молча всматривались в формулу.
Хриплым голосом он внезапно сказал:
— Комбинация этих элементов может убить человека. Ничтожная ошибка гарантирует мучительную смерть.
Я знал, о чём он говорит, и думал о том же. Но другого решения я не видел.
— Используя эту формулу, мы рискуем чьей-то жизнью! — сказал Алексей.
— Но если мы не рискнём, то жизни вообще никакой не будет, — сказал Пилот.
— Тогда я не могу рисковать ничьей жизнью, кроме своей. Я пойду, —сказал я.
В течение часа инъекция была готова. Алексей сделал мне укол. Меня подключили к оборудованию.
Глава 7
Я снова в той же степи. Но в этот раз я не прикован к камню. Я сижу на нём. Ко мне идёт старик. На его лице едва уловимая ласковая усмешка. И я снова не могу задать вопрос. Мой единственный вопрос — всё ли я сделал?
— У тебя есть выбор, — тихо произносит он.
Ты получишь славу и признание, и имя твоё никогда не забудут, но тысячи людей по всему миру умрут от этой болезни. Близкие твои останутся в безопасности, не волнуйся.
Или же ты сейчас просто проснёшься, и всё это окажется только сном. Никто и никогда не узнает, что ты сделал.
Я представил, как будут гордиться мной все те люди, которых я люблю. Все на свете будут знать, что я совершил подвиг. Но так много людей умрут — из-за моего решения и жажды славы.
Вообще-то я всегда хотел быть просто врачом, а не героем. Я буду известен, но по-другому. Чумной форт и подвиг врачей изменили меня. Я буду не просто врачом — я стану лучшим врачом.
— Я выбираю спасти всех, — понял я, и, хотя не произнёс ни слова, старик улыбнулся:
— Хорошо, я не ошибся в тебе. Мы ещё увидимся.
Глава 8
Я проснулся. И сразу всё понял. Всё изменилось с того момента, как я заснул, и мир жил своей обычной жизнью. Никто не будет знать, что я пережил. Но люди будут жить — и это самое главное.
А я буду их лечить.
Жизнь продолжается.
