XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Маленькие судьбы

Сев перед небольшим мольбертом, художник, взяв мягкий карандаш, стал наносить на бумагу легкие линии, обозначающие очертания лица, длину плеч и высоту лба.

Через недолгое время художник стал наносить на бумагу краски, позволяя каплям стекать вниз, а затем добавляя к ним ещё одну, создавая очень тонкий однотонный фон стены, находящейся позади модели.

Более темным оттенком коричнево-синего художник обозначал тень под широкими чёрными бровями молодого парня, а затем аккуратно выделил темно-синим цветом блестящие в полумраке захламленной комнаты зрачки.

Опершись мизинцем о холст, портретист стал волнообразными линиями вырисовывать общую форму вьющихся волос, спускающихся парню до скул, а после более светлым цветом выделять пряди, окутанные солнечным светом более остро, чем иссиня-чёрные в тени.

Художник старался передать объём пышных ресниц, крупинки рассыпанных по носу тёмных веснушек, смуглый оттенок кожи и заостренную верхнюю губу.

Было несложно передать все эти детали. Стоило тщательно выразить оттенки и формы.

Гораздо большая часть времени была потрачена на глаза. Такие разные: при свете солнца — красно-коричневые, окружающие тёмный зрачок оранжевой сверкающей каймой, а в тени – холодные, зеленовато-коричневые.

Глаза завораживали. Именно этот магнетизм хотел передать художник с помощью своих навыков и оттенков на полотне.

— Глаза всегда являлись предметом человеческой идентичности и красоты, – неспешно говорил художник, рассматривая подростка.

– У каждого они разные. У кого-то лучезарные, улыбающиеся, с длинными и тонкими ресницами, делающими взгляд более открытым. А у кого-то наоборот: глаза тёмные, пылающие огнём, прикрытые густыми ресницами, которые не предоставляют возможность рассмотреть затаённую красоту, – негромко высказав это, художник вздохнул, облокотившись на спинку стула, стал писать, медленно продолжая вести свой монолог, заставляя помещение погружаться в мистический тембр хриплого голоса. Было понятно только по интонации, что этот мужчина прожил долгую жизнь, и его душа накопила в себе большое количество знаний, которые искали хорошего слушателя и наконец нашли его.

– Не нужно обладать талантом для того, чтобы видеть человеческие глаза и то, что они скрывают. Слышал поговорку: «Глаза – зеркало души»? Для того, чтобы обнаружить эту душу, искатель должен обладать большей, чем у некоторых людей чувствительностью.

Художник замолчал, предоставляя модели возможность переварить услышанную информацию.

— Парень, а как тебя зовут? – подняв на мальчика хитрые глаза, спросил мужчина.

— Женя, – прямо взглянув на собеседника, ответил подросток.

— А знаешь, Женя, я тоже могу что-то рассказать по твоим глазам… — задумался мужчина. – Мне кажется, что ты очень целеустремленный, верно? Если решил что-то сделать, то делаешь до конца. Причиненные обиды помнишь, но злом на них не отвечаешь. Знаешь, от кого можно ожидать подвоха. Правду говорю? – мужчина посмотрел на подростка.

Женя, пристально глядя на художника, взглядом дал понять, что тот говорил правду.

— Простите мою бестактность, — спохватился мальчик. – но я совершенно забыл спросить ваше имя.

— О, парень. Ничего страшного. Меня Максимом Максимовичем зовут.

— Да, Максим Максимович, вы всё верно говорите.

Услышав, что не ошибся в своих выводах, художник, прищурив глаза и накрутив на палец усы, весело улыбнулся.

«Хороший парень, — подумал про себя художник, смотря на Женю. – Прямолинейный».

На этом диалог закончился. Мужчина, вновь взявшись за кисти, стал писать, а Женя, имея не так много возможностей, погрузился в рассматривание комнаты.

Справа от него стоял высокий, заставленный стеллаж. Большие гипсовые головы, потесанные временем, стояли рядом с толстыми томиками книг. Между ними лежали карманные часы без стекла и стрелок с заржавевшей цепочкой, баночки с акрилом, засохшие кленовые листья, стакан с кистями и детское ожерелье. Все эти вещи, хоть и лежали очень неряшливо, выглядели гармонично.

На полу, около приоткрытой двери, стояли рамы с портретами старых мужчин с длинными и седым бородами, взрослых женщин, выглядевших весьма замечательно в своём возрасте. В целом: самые непримечательные люди средних лет.

Подумав, что в этой куче картин нет ничего интересного, Женя хотел увести свой взгляд на что-то более интересное. Но этого не случилось. За портретами, в тени, стоял ещё один, который мальчик заметил случайным образом. На нем была изображена белокурая девочка с двумя маленькими хвостиками и короткими, сползающими на лоб прядками.

На светлом личике очень не к месту искрились лукавые светло-голубые глазки. Они необычно смотрелись на милом и кротком лице худенькой девочки, которая насмешливо выглядывала из картины.

«Какая смешная девчушка, – мысленно улыбнулся Женя. – Самая живая и весёлая. Не такая, как другие серьезные люди на остальных портретах».

Только парень захотел спросить Максима Максимовича об этой девочке, как слова застряли у него в горле, не успев вырваться наружу.

Прямо из приоткрытой двери на парня смотрела та самая девочка с портрета. Не поверив своим глазам, Женя вновь посмотрел на портрет и изумился.

«Да! Это та самая девочка! Только она немного выросла: стала выше и её волосы удлинились».

Вперившись глазами в девчушку, Женя несмело спросил:

— Максим Максимович, там, в дверях, стоит девочка…

— А-а-а, – улыбнулся художник, поворачиваясь к двери и маня девочку к себе.

– Это моя дочка. Варенькой зовут.

Варя, идя к отцу, не спускала серьезного взгляда с Жени. В этот момент подросток мог разглядеть девочку намного лучше, чем в тёмном дверном проёме. Простое темно-коричневое платье с длинным рукавом, распущенные волосы, пухлые губы, вздернутый нос с видимой, но милой горбинкой, светлый оттенок кожи. Она была гораздо ниже Жени, но смотрела на подростка свысока.

В сознании нашего героя промелькнула мысль, мазок яркой краски на полотно. Этот небрежный и импульсивный штрих оставила Варя, настолько необычная и прелестная девочка. Её взгляд выражал холод, но в душе цвела весна и грело тёплое солнце.

Женя увидел душу Вари. Девочка оставила в сознании героя след, красочность которого не исчезнет со временем.

— Извини мою дочь. Она не любит незваных гостей и незнакомых людей, – проговорил Максим Максимович.

— Здравствуй, – неловко улыбнувшись, поздоровался Женя.

— Давай, познакомься с этим молодым человеком, – улыбнулся художник.

— Привет, – буркнула девочка, переводя взгляд на портрет. – Похоже.

— Да, спасибо. Этого молодого человека писать очень удобно.

«Глаза такие же как у отца. – подумал Женя».

— Ладно, — решительно сказал художник. – Евгений, давай продолжим. Погода начинает портиться.

Сев за мольберт, Максим Максимович обратился к дочери:

— Варюш, если хочешь, то можешь посидеть здесь. Посмотришь, как я буду писать.

Девочка, придвинув к мольберту низкую табуретку, села, наблюдая за отцом и изредка посматривая на Женю, который, чувствуя на себе её взгляд, ощущал неловкость.

И правда, погода стала ухудшаться.

Комната погрузилась во мрак. Все вещи, некогда блестевшие на солнце, сейчас выражали лишь уныние.

За старенькими пятиэтажками старого района исчезло солнце. Вместе с ним пропала и красота вмиг опустевших улиц. На смену тёплой погоде пришёл холодный осенний ветер, который ясно давал понять, что оранжевое солнце будет навещать людей всё реже, и яркий свет, отражающийся в окнах по вечерам, скоро исчезнет, предоставив главенство дождям и сырым, скучающим по лету листьям.

Лица прохожих тоже потускнеют. Всё реже можно будет увидеть на лице улыбку. А если даже и увидите, то, видимо, от гнетущей погоды ее обладателя отвлекло какое-то счастливое событие.

Художник, увидев, что на лицо подростка легла тень, отложив кисти и легко хлопнув в ладоши, произнёс:

— Ну, что? Погода снова играет. Давайте чай попьём?

Встав из-за стола и направившись к стеллажу, мужчина, просмотрев все ящики, достал металлический чайник, лежавший в коробке с ложками, блюдцами и вилками.

Выйдя из комнаты на кухню и оставив Женю с Варей одних, Максим Максимович рассчитывал на то, что дети найдут общий язык. Варе нужен хороший друг.

Комната вмиг потемнела. По подоконнику то и дело дробью стучали большие капли. Лужи увеличивались. Деревья, обнажаемые пронзительным ветром, плакали, качаясь и задевая друг друга, с хрустом ломали ветви.

— Сколько тебе лет? – пытаясь наладить разговор, спросил Женя.

Девочка, до нынешнего момента смотревшая в окно, ответила весьма неохотно.

— Двенадцать.

После недолгой тишины Варя, повернувшись к собеседнику, задала встречный вопрос.

— Я думаю, что мне стоит спросить то же самое.

— Пятнадцать, – быстро ответил Женя.

Варя, вновь повернувшись к окну, показала, что не хочет продолжать разговор.

В комнате стало совсем мрачно. Ничто не излучало свет.

— Это твоё ожерелье? – решив взять инициативу в свои руки, спросил Женя.

— Да, моё. Его мне мама подарила. Она умерла три года назад, – потухшим голосом ответила Варя. Но быстро взяв себя в руки, серьезно продолжила. – Это ожерелье очень дорого мне. Мама была сильным человеком, волевым. Ей многие завидовали. Конечно, она не отличалась блистательной красотой, но её ум стоил многого.

— У тебя её характер.

— Да, я знаю. А у тебя большая любовь к задаванию вопросов.

— Да, я знаю.

— Почему? – неожиданно прервав разговор, озадачила Женю своим вопросом Варя.

— Что «почему»?

— Почему ты так любишь задавать вопросы? Любопытствовать?

Женя был удивлён таким вопросом. Обычно спрашивал он.

— Хм… наверное потому, что мне интересны люди, – поймал нить размышлений парень. – Мне интересны, так сказать, свойства людей, как бы странно это не звучало.

— Да, это необычно. И ты любишь слушать людей? Чужие проблемы и бредни? – выбрав грубую формулировку, уточнила Варя.

— Ты точно заметила, – широко улыбнулся Женя. – У каждого разные проблемы, разное видение мира и разный спектр чувств.

Девочка недоумённо на него посмотрела.

— Ну, это когда при какой-то определённой ситуации люди испытывают разные эмоции. Может быть, я что-то неправильно говорю, но зато честно.

Молчание.

— А ты не пробовал писать рассказы?

— Странный вопрос. – нахмурился подросток. – Нет, не пробовал. Это сложно.

— Попробуй. Я думаю, что у тебя получится.

Снова молчание. Женя не хотел продлевать затяжную паузу. Разговор только начался!

— А что ты любишь делать? – спросил парень.

— На губной гармошке играть.

— Правда? – не ожидал такого ответа Женя. Да, он догадывался о том, что Варя не самая обычная девочка, но, чтобы настолько…

— Угу.

Варя, пройдя к стеллажу и взяв с нижней полки небольшую разрисованную гармошку, поднесла её к губам и начала играть весёлую мелодию. Гармошка звучала очень красиво в руках, приспособленных к ней. Звуки разлетались по комнате, чаруя слушателя.

В какой-то момент даже комната вышла из уныния и стала светлее. А, может, показалось?

— Ты так красиво играешь, – искренне восхитился Женя.

— По большей части я чувствую, – ответила Варя.

Посмотрев на Женю, девчушка слегка улыбнулась, заставив парня изумиться.

«Как же сильно улыбка меняет лицо, – думал Женя про себя. – Казалось бы, это простое движение мышцами, а какой эффект!»

В комнату размашистыми шагами зашел Максим Максимович. В руках у него были три металлические чашки с дымящимся чаем.

— Ну, что, друзья мои. Как ваши дела?

Поставив чай на табуретки и усевшись за мольберт, мужчина посмотрел в окно, а затем на Женю.

— Малец. На улице такая погода нехорошая, как ты домой пойдешь?

— Вы могли бы дать мне зонтик…- замялся подросток.

— Слушай, если твои родители не будут против, то ты можешь остаться у нас ночь. Мы с Варей не будем против.

— Нет, мои родители не будут против. Мама постоянно на работе, а отцу и дела до меня нет.

— Ох…- заподозрив что-то неладное, вздохнул мужчина. – Давайте попьём чай и поговорим. Женя, давай ты начнёшь?

— Хорошо. Правда мне нечего рассказать.

— Расскажи о родителях. – бодро предложила Варя.

Далее наши герои углубились в непростую историю Жени и его переживаний.

Когда-то родители мальчика любили друг друга. Знаете, как это обычно бывает. Первое время молодые люди глубоко любят друг друга, не замечая недостатков и полностью отдаваясь чувствам. А затем, когда любовь остывает, люди обращают внимание на изъяны друг друга.

Так же случилось и с семьёй Жени. Будучи маленьким мальчиком, он часто заставал ссоры отца и матери. Крики, шум, слёзы и уход отца из семьи, сопровождаемый громким хлопком двери. Все эти события оставили след в памяти мальчика, который не сотрется даже через долгое время.

Иногда Женя завидовал своим одноклассникам, которые жили в счастливой семье. А он постоянно находился дома один. После ухода отца мама парня стала пропадать на работе, оставляя сына одного дома. Женя был вынужден жить наедине со своими мыслями и выводами, которые, подвергаясь туману детского мышления, порой были ложными. Но ложные выводы никто не развенчивал. Мама никогда не поднимала тему ссоры и не уделяла должного внимания сыну.

— Сейчас я понял, что взрослые — такие же дети. Вы тоже совершаете необдуманные поступки, не заботясь о том, как воспримут ситуацию дети. Нет, я не осуждаю решение моих родителей, но думаю, что они поступили глупо, не разъяснив всего случившегося мне.

— Да, к сожалению, такое случается, – вздохнул Максим Максимович. – Но ты не должен считать, что как-то виноват в этом конфликте. Виноваты исключительно взрослые. А ты просто стал свидетелем. Не вини себя. Ты – хороший парень, – подойдя к Жене, чуткий художник положил руку ему на плечо, а Варя кротко обняла нового друга.

— Спасибо вам, спасибо…

Вот так и познакомились наши герои. Много приятных вечеров и чашек с горячим чаем они нашли в компании друг друга. Обсуждались разные вопросы, были слышны звуки гитары и громкого смеха. Унылая осенняя улица обрела яркий луч света.

Дети очень быстро подружились. Женя учил новую подругу играть на гитаре, которой очень хорошо владел.

Не имея достаточного количества денег на еду, парень учился играть на гитаре и затем, овладев инструментом очень хорошо, выходил на улицу петь песни. Это не давало ему большого дохода, но на еду хватало.

Максим Максимович, узнав об этом способе заработка, быстро научил Женю рисовать портреты. Парень оказался очень талантливым, чему обрадовался учитель.

Через несколько месяцев усердной работы Женя вместе с Максимом Максимовичем писал портреты молодых особ и галантных юношей.

Отношения с мамой у нашего героя тоже улучшились. После долгого и проникновенного разговора сын и мать друг друга поняли, решив оставить прошлое в прошлом.

«- Порой, воспоминания из прошлого настолько сильно оседают в памяти, что настоящее, которое мы проживаем сейчас, уходит на второй план. И мы остаёмся тонуть в этой нескончаемой пучине прожитого, вспоминая свои прошлые ошибки раз за разом…- медленно говорила мама Жени. – Прости меня, пожалуйста. Я виновата перед тобой. Евгеша, я не знала, что настолько потеряла тебя. Почему ты ничего не говорил? Почему не сказал, что зарабатывал на улице? Сыночек, это я виновата! Только я! Прости меня, прости, прости…- словно мантру повторяла мама Жени. Она обнимала сына, пытаясь этими долгожданными объятиями передать всё то тепло, которое не давала сыну ранее.

— Всё хорошо, всё хорошо, я с тобой, всё хорошо, я рядом».

Как непредсказуемы внезапные знакомства. Когда-то самые близкие люди были обычными прохожими, которые ничего не значили, а сейчас без них и жизни нельзя представить.

К сожалению, современный мир терпит изменения, он стремится в будущее, но дружба и её ценности не меняются.

Варя и Женя, сидя на лавочке и наблюдая за тихим вечерним городом, размышляли о будущем. Что с ними станет? Разминутся ли они по воле судьбы? Их мысли были заняты мечтами, а все оставшиеся проблемы и заботы потеряли смысл.

Мысли о будущем были полны счастья. Но у судьбы были свои планы.

Комната Максима Максимовича, всегда заваленная всевозможными вещами, со временем стала пустеть, пока совсем не погрузилась во мрак. Смех маленькой Вари и Жени тоже растворился во времени: каждый жил своей жизнью.

Максим Максимович, с радостью вспоминая замечательные моменты прошлого, с улыбкой встречал старость, успокаивая дочь тем, что давно изжил своё. Варвара Максимовна, горестно оплакивая отца, не понимала, как ей быть. Но время смогло ей помочь. Боль потери превратилась в тёплую, согревающую душу память.

Девушка, не имея новостей о своём давнем друге, наконец их получила. В ожидании радостных известий, Варвара Максимовна, с улыбкой открывая письмо, думала, что Женя поделится своей жизнью, расскажет о матери, новых картинах и рассказах, которые стал писать. О жизни в большом городе, куда, после окончания школы переехал учиться и жить. Высокие дома, сияющие множеством огней, молодые и образованные дамы в стильной и официальной одежде, идущие под руку с высокими и галантными кавалерами. Так много всего, чем Женя должен с ней поделиться!

Мысли, витавшие в голове у Варвары, вновь обрели радужные краски грядущей встречи с другом, планов, которые будут воплощены в жизнь. Девушка, вспомнив о гармошке, ухмыльнулась. Такой радостной была жизнь в прошлом.

«Не нужно обесценивать настоящее, постоянно вспоминая прошлое, – одёрнула себя Варя. – Я должна радоваться».

Открыв письмо и начав читать, девушка, окрыленная предчувствием хороших новостей, от неожиданности потеряла понимание происходящего. Всего одно предложение, а какие последствия.

Варвара Максимовна с упавшим сердцем читала строки матери Жени. Та говорила, что её сын, возвращаясь с учёбы поздно вечером, не уследил за дорогой, через которую шел. Машина на полной скорости, сбив Женю, остановилась. Водитель произносил свои извинения и какие-то оправдания за невнимательность свою и Евгения, который не смотрел на дорогу.

«В больнице Женя скончался. Варя, моего сына больше нет» — так звучали последние строки письма.

Варвара Максимовна, впав в отчаяние, пыталась уверить себя, что слова, написанные женщиной, являлись ложью. Но осознанная часть разума подсказывала сквозь разрастающуюся боль, что Жени больше нет.

Дружба, так нежданно начавшаяся в прошлом, скоропостижно покинула мир в настоящем.

Девушка, рыдая взахлёб, качалась на стуле, обхватив руками колени.

«Все ушли… я одна. – ощущая пустоту внутри, уже не старалась формулировать мысли Варя. – Я одна…»

Варвара, долгое время пребывая в унынии, корила себя за все грехи. Её милые друзья покинули жизнь, оставив её одну.

Было больно.

Но через несколько лет, когда воспоминания о дорогих людях плотно осядут в голове и понимание происходящего восстановится, Варвара Максимовна найдёт покой, приняв кончину близких.

Теперь воспоминания о Жене и дорогом отце часто будут навещать Вареньку, но девушка, выйдя замуж и обретя радость материнства, будет жить благополучно, молясь о тех людях, которых сейчас с ней нет.

Не поддаваясь гнёту прошлого, Варвара Максимова успокоилась, храня дорогую гармошку в книжном шкафу, куда клала ценные вещи, до сих пор имеющие место в её сердечке.

Занимался рассвет. Лёгкие облака, плывущие по небу, сопровождали мысли, такие же мягкие и невесомые. Пение птиц имело согревающий эффект, затрагивая струны души и залечивая грустные воспоминания, которые так много значат в нашей жизни.

Вся жизнь состоит из воспоминаний. Не существует лишних мыслей или идей, все моменты нужно ценить: и печальные, и счастливые.

Однако не стоит оставаться навечно в одном моменте прошлого. Иначе всё настоящее, которое мы проживаем сейчас, потеряет смысл.

Балахонова Мария Викторовна
Страна: Россия
Город: Домодедово