IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Крест моего отца

Каждый вечер мы   ждали   отца, когда   он   придёт и расскажет очередную историю из его жизни. И я как сейчас помню этот момент, когда морозным зимним вечером мы возвратились из храма и отец зашёл к нам, чтобы попрощаться на ночь. И перед сном рассказал нам новую историю, которая потрясла нас на всю жизнь…

Историю об отцовском КРЕСТЕ…

Дорогой крест! Надев его на себя, он чуть не закричал, но вовремя спохватился и сделал вид, что ничего не произошло. Счастье буквально бурлило в нём, но он только с большим усердием принялся приколачивать доски…

Место действия: советская армия, время —конец 1980-х годов. Времена были тяжёлые и больше напоминали сказку

«Королевство кривых зеркал», где зло выдавалось за добро, а добро зачастую принималось за зло. В это сейчас трудно поверить, но тогда людям запрещали верить в Бога, ходить в церковь и молиться.

Перед уходом в армию матушка отца, наша бабушка надела крестик на неразумную доселе голову юного новобранца. На первый взгляд простой и ничего не значащий вроде бы крестик… C ним наш папа и пошёл служить.

Замполит Дальморос

В один из служивых дней роту отправили на помывку в баню. В предбаннике, как и полагается, все разделись, чтобы пройти медосмотр у врача части. Рядом с врачом в этот момент находился и замполит со странной фамилией Дальморос. Когда очередь дошла до отца, который не успел спрятать свой нательный крестик, замполит, вначале выругавшись, сорвал его с груди.

И, довольный   своим   поступком, со   злорадством выбросил крест в снег и пошел выпить чашечку чая, а отец не переставал искать замёрзшими руками свой крест…

На самом деле за то, что он в итоге нашёлся, можно благодарить только Господа Бога.   В   полной   темноте и в снежных сугробах найти маленький крестик было поистине чудом.

Вновь приобретя свой КРЕСТ, отец сердцем ощутил, что нашёл недостающую частичку самого себя. Прогладив крест под рубашкой, отец долгое время скрывал его. Но однажды, в один из зимних дней, стоя дневальным по роте, он вновь повстречался с замполитом. Дверь отворилась, и тот, лукаво улыбаясь, спросил у отца-рядового: «Ну, и как нам служба?». А затем, словно повинуясь неведомой злой силе, подошёл к отцу буквально вплотную, расстегнул воротник рубашки и… увидел на шее крест на тонкой холщовой верёвочке.

Его ноздри, подобно хищному зверю раздулись, лицо покраснело, а изо рта вырвались проклятия. Резким движением он сорвал крест и, выплеснув весь свой гнев, пошёл быстрым, решительным шагом прочь, сжимая в своих чудовищных лапах маленький православный крестик.  Удивительно, но отец переживал за свой крестик, как за что-то живое, дышащее и всё понимающее. Ведь он был благословением его матушки, и его потеря была очень болезненна.

Что намеревался сделать с крестом Дальморос, отец не знал. И больше его не встречал. Весна сменила зиму, — на небо вышло первое солнышко, а отец переживал довольно трудные времена, оставаясь без креста…

Перемены

Так получилось, что однажды, по весне отца с ещё одним солдатом послали чинить забор возле офицерского общежития. Оно находилось рядом с воинской частью, где жили офицеры с семьями. Солнце уже припекало, снег стремительно таял, и сквозь заборчик стала пробиваться первая молодая травка. Приколачивая очередную доску, отец обратил внимание на что-то блестящее, словно сверкающий на солнце осколок стекла…

Переливаясь в первых лучах, это «что-то» буквально притягивало к себе как магнитом, и отец невольно наклонился, чтобы получше рассмотреть… Может, это стекло? Тогда надо убрать, а то нечаянно порежутся дети (за забором гуляли жёны офицеров с малышами). Но какого же было его удивление, изумление, а затем и радость, переполнившая душу, когда рядом с осколком стекла он увидел свой КРЕСТ. В роте тогда служили разные люди, были и хорошие, были и не очень. Дело в том, что кто-то всё-таки донёс на отца, что носит, мол, крест на шее.

Замполит со своими подручными обыскал вещи отца и, найдя крест в кармане зелёной гимнастёрки, приказал:

«Трое суток ареста!» Положив крест себе в карман, злополучный Дальморос развернулся и вышел. Отец до сих пор вспоминает, что под арестом было ой как несладко.

Но, несмотря на все личные невзгоды и беды, отцу было жалко… замполита. Он молился, чтобы Господь вразумил и смягчил его злое сердце, вернул душу. По рассказам он знал, что и отец, и дед замполита были ярыми коммунистами, более того, коммунистами-богоборцами. И именно поэтому, считал мой отец, шли вся эта злоба и нелюдимость. В свои тридцать замполит не мог создать семью, не имел ни детей, ни жизненного благополучия.

Разговор с лейтенантом

Когда закончилось   время   ареста, отец   приехал в часть и сразу был приглашён «на разговор» к младшему лейтенанту. Выяснилось, что разговор довольно личный. Лейтенант рассказал, что   живёт   один   в   общежитии, в двухкомнатной квартире, а его соседом по площадке является как раз замполит. Так вот: как-то в выходной день у замполита лопнула труба, его квартиру затопило грязной водой, и вонь установилась просто жуткая.

Пока суд да дело, ремонтная бригада ремонтировала, — замполит попросился к лейтенанту в гости. Как полагалось тогда у них, у военных, разговор начался с бутылки водки… Через какое-то время замполит стал учить младшего лейтенанта уму-разуму:

— У тебя вот во взводе не всё в порядке. Например, верующий Чернышёв вечно всех баламутит. Вот сколько я раз крест с него снимал? А он его всё равно как-то находит. Да вот как это происходит, никак я не пойму. Я тебе так скажу, лейтенант, — не люблю я этих верующих, тяжко мне с ними. И вот здесь что-то болит, — добавил в конце своей речи Дальморос и стукнул себя по груди. Бутылка водки опустела. — А ты видал, что я у него отнял? — вдруг оживился замполит, вытаскивая из своего кармана отцовский крест.

Вот так-то! А мы его вот так-то! — продолжал бормотать себе под нос пьяный Дальморос. И, с трудом поднявшись, подошёл к окну нетрезвой походкой и выкинул в него крест. Сказать, что отец был поражён рассказом лейтенанта, — не сказать ничего. Но какого же было его изумление, когда младший лейтенант   протянул   отцу   его   КРЕСТ и произнёс, что он, конечно, не верующий, но всё равно понимает, насколько эта вещь важна для отца.

— Возьми его и спрячь, чтобы никто не видел, — посоветовал лейтенант и, вложив в руку отцу крест, удалился.

Надо сказать, что дальше служба отца продолжалась без всяких происшествий. И вот наступил он— долгожданный день отъезда домой! И когда за солдатами уже пришел автобус, отец счёл нужным подойти к замполиту со словами: «Дорогой Сергей Анатольевич, простите меня, если чем обидел я вас, но на прощание скажу одно: Бог есть, и Он вас любит, невзирая ни на что…»

Сказал так отец и поехал домой.  Но самое главное и чудесное в этой истории только начинается.

Начало истории

Прошло много лет. Так много, что мы уже появились на свет. Папа служил в патриархии и как-то, идя по коридору, вдруг услышал сзади знакомый голос:

«Рядовой Чернышёв, остановитесь!»  Папа обернулся и оторопел. Говорит, что понял тогда значение выражения «как громом поражённый». И до сих пор не может описать душевного ликования, которое его тогда поразило. В коридоре стоял Дальморос. Но это был не тот замполит, каким запомнил его отец, — это был совершенно другой человек. В рясе, с крестом, с глазами, которые уже не излучали животный блеск, а были наполнены добротой и радостью.

 

Преображение

Много интересных чудес и Божьих проявлений видел отец в своей жизни, но признаёт, что это преображение было самое сильное. Обнялись они, и отец Сергий поведал свою историю…

Прошло время. Сменилась власть, изменились взгляды. Коммунизм был отменён, а бывшие подчинённые всё чаще стали насмехаться над своим замполитом.

После того случая с крестом напала на него непонятная тоска. Пошли в жизни сплошные неприятности, всё валилось у него из рук, он уволился из армии. Приехав домой в Новосибирск, пытался работать на разных работах, найти себя в жизни, но всё не то, как-то ничего не получалось. Однажды услышал во дворе странный шум, выглянул в окно и увидел, как на здание, на которое он и внимания не обращал, устанавливают кресты и купола. Это строили напротив   его   окон   православный   храм. И каждый день, просыпаясь поутру и засыпая, замполит видел теперь перед собой сияющий православный крест. Который постоянно напоминал ему про грех его давний. Как-то ночью он проснулся и увидел чёткую тень, — сквозь плотно завешенные занавески ярко прорисовывался крест. И услышал тихий голос: «Помнишь ли?»

Так и не уснув больше, рано поутру пошёл замполит в храм, к батюшке. Поставил неуклюже свечку, как умел перекрестился и подошёл за советом: мол, как мне жить- то дальше? На перепутье я, раб Божий… Настоятель оказался духовно сильным человеком, и именно он помог Сергею в дальнейшем разобраться и в жизни, и в вере. Так он остался в этой церкви, в этом приходе… а через какое-то время Сергий крестился, стал алтарником, псаломщиком, а потом и поступил в семинарию. Так началось его возрождение…

Отучившись, он стал священником и начал служить в Новосибирске.

Но чудеса не переставали происходить. На регентских курсах повстречал он девушку Галину, полюбили они друг друга и женились. И родилось у них двое сыновей, одного из которых назвали Виктором.

«Так что приезжай к нам, Витя, навестить своего тёзку», — сказал на прощание отец Сергий моему отцу.

Расстались они, обещая   молиться   за   друг   друга в будущем.

И, как, сказал нам тогда отец, именно на этом примере Господь показывает нам, что любой человек может возродиться для Бога, преобразиться и стать хорошим.

И мы с сестрой Софией верим, что когда-нибудь к нам приедет отец Сергий, и нам посчастливится пообщаться с человеком, в котором, может быть, во многом благодаря нашему отцу проснулась Божья милость.

Чернышева Мария Викторовна
Возраст: 22 года
Дата рождения: 01.01.2000
Страна: Россия