Глава 1. Трещина в глобусе
— Тим, может, ты расскажешь нам, где находится мыс Горн? — раздался спокойный голос мистера Хоула, учителя географии.
В классе Академии Ливз все головы повернулись к Тиму. Он откинулся на спинку стула, не спеша поднял глаза на доску и чуть усмехнулся.
— Южная Америка, край света, где встречаются два океана, — произнёс он без колебаний. — Там всегда шторм. И корабли не выживают, если капитан совершает ошибку.
Класс тихо загудел.
— Прекрасно, Тим, — кивнул мистер Хоул. — Тогда тебе точно понравится наш новый проект. Вы будете готовить исследование о неизведанных землях. Каждый выберет материк и расскажет о местах, куда почти не ступала нога человека.
Сразу посыпались реплики: — Я возьму Антарктиду! — А можно про Австралию, но без пауков?
Тим молчал. Его внимание вдруг сфокусировалось на старом глобусе на столе учителя. Почему-то от этого вида у него по спине побежали мурашки.
После уроков он вышел на улицу. Школьный галстук мешал, раздражал, давил. Тим резким движением расстегнул верхнюю пуговицу воротника, ослабил узел, мгновенно стало легче.
— Как же я не люблю эти тугие штуковины, — пробормотал он.
Дорога домой петляла мимо антикварного магазина. Сегодня его взгляд приковал к себе глобус в витрине. Он был огромен, почти до пояса взрослому человеку. Старинные медные дуги, потрескавшееся стекло, а внутри сферы мерцал мягкий янтарный свет.
Тим остановился, заворожённый.
— Может, это поможет с проектом… — прошептал он.
Он толкнул тяжелую дубовую дверь. Над головой пронзительно звякнул колокольчик. Внутри лавки пахло старой бумагой и деревом. На полках теснились фолианты, маски и какая-то странная книга, брошенная поверх кованого сундука. Тим подошёл и взял её. На обложке были изображены удивительные существа. Одни походили на прямоходящих богомолов с сочной зелёной кожей. Другие — на мускулистых баранов с закрученными крутыми спиралями рогами.
Надпись гласила: «Хроники Забытой Планеты». Авторство принадлежало человеку по имени Уоркоду.
Его пальцы непроизвольно скользнули по миниатюрному глобусу, стоявшему на том же сундуке. Тот был крошечный, чуть больше апельсина, и весь покрыт глубокой сетью трещин. Тим провел ногтем по самой глубокой из них. Щелчок.
Мир вокруг дёрнулся.
Сначала всё пространство затопила абсолютная тьма. Затем вспыхнуло ослепительно фиолетовым, голубым, затем зелёным. Воздух превратился в густой кисель. Тим не смог удержаться на ногах, пошатнулся и упал на колени. Под пальцами оказался не паркет. Тим почувствовал влажный мох, услышал шелест огромных листьев и далёкие незнакомые голоса птиц.
— Где я?.. — выдохнул он.
Небо над ним полыхало фиолетовым пламенем. Деревья вокруг казались вырезанными из цветного стекла. А где-то вдали светился колоссальный водопад, струи которого поднимались вверх, в облака.
— Похоже, исследование о неизведанных землях началось без меня, — сказал Тим, возвращая себе привычное чувство юмора, хотя руки всё ещё подрагивали, держа камеру, которую он всегда носил с собой.
Тим быстрым движением сделал фотографию водопада, затем шагнул вглубь Заколдованного леса…
Глава 2. Глаза Уоркоду
Тим шёл, почти не дыша. Деревья вокруг были совсем не такими, как на Земле.
Над головой пронеслась стая. Одни выглядели обычно, по-орлиному, только крылья у них были похожи на зелёные листья земных деревьев. Другие были похожи на миниатюрных жар-птиц цвета костра. Вдруг он что-то почувствовал. За ним, кажется, наблюдали.
Тим медленно обернулся назад, потом посмотрел в разные стороны… Никого.
— Отлично, — пробормотал он. — Новый мир, и сразу чудится что-то. Рекорд.
Он сделал шаг и вдруг заметил боковым зрением движение низко-низко, у самой земли.
ЭТО БЫЛИ ГЛАЗА!
Настоящие глаза! Без лиц, без тел. Десятки, сотни пар. Они выкатывались из-под корней, выглядывали из толщи мха, выбирались из трещин между камнями. Все зрачки у них были синевато-голубого цвета, как высокогорные озёра. Они совсем не приближались.
— Я вас тоже, если честно, боюсь, — тихо сказал Тим.
Глаза перекатывались по земле. И вдруг Тим заметил одну пару, не такую, как остальные. Это были глубокие, тёмные, почти бордовые глаза. Они просто внимательно, спокойно смотрели. И именно эти глаза внезапно уверенно двинулись вперёд, периодически останавливаясь, будто бы приглашая следовать за ними. Остальные расступились, образуя живой коридор.
— Ладно, — вздохнул Тим. — В моей жизни уже был странный глобус. Хуже уже точно не будет.
Он начал двигаться по дорожке, которая вывела его к мерцающему пруду. Вода в нём была абсолютно неподвижной, как полированное зеркало. В самом центре пруда возвышался древний камень. На нём восседал в позе йога старик. Длинный светло-оранжевый халат спадал складками, белая борода опускалась чуть ниже плеч. Глаза его были плотно закрыты. Красные глаза покатились к камню. Старик медленно протянул сухие ладони, бережно взял эту пару красных глаз и одним жестом вставил их себе на место глазниц. Только тогда веки его раскрылись.
— Ты пришёл раньше, чем я ожидал, — произнёс старик спокойно.
— Простите, — автоматически ответил Тим. — Я вообще-то не планировал приходить.
Старик слегка улыбнулся.
— Моё имя — Уоркоду.
Тим нахмурился. — Я, кажется, видел… Там, у себя. В книге.
Тим моментально рванул молнию рюкзака, вынул ту самую книгу и быстро прочитал её название «Хроники Забытой планеты». Уоркоду посмотрел на него внимательно.
— Значит, трещина в глобусе открылась не случайно, — сказал Тим тихо.
— Всё верно. Похоже, ты здесь не просто так, Тимур. Как же красиво поют птицы, слышишь? — совсем уж рандомно сказал Уоркоду.
Тим, переполненный мыслями и эмоциями, продолжал думать о чём-то своём. Вдруг парень все осознал. Раз его здесь будто ждали все, значит, его появление на этой планете было частью чего-то большего.
Было ясно одно — назад дороги может уже не быть…
Глава 3. В прошлое
Тим медленно, почти осторожно, снова раскрыл книгу. Страницы словно дышали. Тим поднял голову. Он увидел только пруд и пустой камень. Уоркоду исчез.
— Отлично, — тихо сказал Тим, а потом иронично добавил, — я люблю, когда объяснения заканчиваются на самом интересном месте.
И тут он услышал звук. Он пытался найти источник этого шума везде и вдруг увидел птичку. На вид она была почти полностью фиолетовая, на маленькой голове её торчали вверх ярко-зеленые волосы, в цвет клюва и ее коротеньких ножек. Глаза её завораживали, они были словно две маленькие черешенки. Она летела все ближе к Тимуру, а её звуки начали выстраиваться в структуру.
— Ис-то-ри-я… — О За-бы-той… — Пла-не-те…
Тим замер.
— Вы… умеете говорить? — тихо спросил он.
В то же самое время Тимур листал страницы книги и на одной из них заметил похожую птицу. Имя её было Черешенка. Она издала короткий, чёткий звук, будто кивнула. Он сел и начал читать. На одной из страниц было написано, что Черешенка умеет разговаривать на любом языке, ей достаточно услышать несколько предложений. Тим перевернул страницу. Вдруг птичка начала повторять одну и ту же фразу, как заведённая: «Война между ледяным миром и огненным». И тут до Тима дошло, что символы в названии — это и есть те слова, которые птица повторяла из раза в раз.
«Когда-то эта планета была прекрасной. Её сердце, Камень Йорту, удерживал баланс между всеми существами, но желание владеть Камнем, который мог телепортировать, стало сильнее мира на планете», — читал Тим.
— Арктелли выбрали холод разума. Игнисы выбрали огонь силы, — уже вслух проговаривал Тим. — Камень Йорту был расколот изнутри. Арктелли забрали себе одну часть камня, а Игнисы — другую.
И тут впервые символы на странице изменились, начали прыгать, дрожать.
— Это… не простая книга, она будто живая, — прошептал Тим.
— При-ше-лец, — прошептала птица человеческим голосом. — Только тот, кто не принадлежит ни одной из сторон, сможет услышать Камень… и собрать его, восстановив мир на планете.
Тим медленно закрыл книгу.
— Неужели ты думаешь, это всё обо мне? Ведь я не принадлежу ни одной из сторон, — протараторил он.
Вдруг пара красных глаз подкатилась ближе, чтобы поторопить Тима. Они направились по дороге сквозь лес.
— Ну и чему я удивляюсь уже, — сказал Тим. — Чудесненько, идём в лес.
И пошёл, а Черешенка аккуратно последовала за ним.
Глава 4. Лёд, который помнит
Мартовский прохладный воздух Земли теперь казался Тимуру райским, потому что здесь, на границе Ледяного мира, холод ощущался как колючие иглы.
Пока они шли, Черешенка поведала Тиму, что эта несчастная планета зовётся Облитус, что на языке землян означало «Забытая». Без камня, двести лет зажатая в тиски между безжалостным солнцем и вечной пустотой планеты Войд, она замерла. По той планете ходят черные монстры, которые готовы завладеть всем космическим пространством.
— Баланс разбился вместе с сердцем нашего мира — камнем Йорту, — грустно звенел голос птицы. — Планета застыла. Одна её половина превратилась в ледяной склеп, а другая — в пылающий ад. Спасти нас может только чужак.
На этом Черешенка закончила свой рассказ, а тем временем граница Арктелли встретила их безупречной геометрией. Здесь всё подчинялось высшему порядку. Снег застывал в воздухе идеальными узорами, а ледяные башни взмывали в небо.
Их встретили безмолвные стражи. Жители Арктелли походили на высоких существ, выточенных из цельных кусков полупрозрачного льда, внутри которых вместо крови пульсировал блёклый свет.
— Ты слишком громкий, — бесстрастно произнёс один из них. Его голос прозвучал как хруст снега под тяжелым сапогом, а Черешенка тут же перевела эти слова.
— Это не я, это моя спутница никак не закроет свой клюв, — попытался по-доброму отшутиться Тим, хотя зубы его уже выбивали дробь, было настолько холодно.
Рядом со стражем пробежал паук. Тим увидел, что это существо было почти полностью прозрачным, словно вылитым из чистейшего венецианского стекла, он даже успел сделать снимок на свой фотоаппарат.
— Что это за чудо инженерной мысли? — удивился Тим.
— Когда Йорту раскололся, это изменило всё живое, — грустно ответил Арктеллианец. — Животные мутировали, обернувшись причудливыми монстрами, чтобы просто выжить.
Тим протянул руку, но паук предостерегающе звякнул лапками, похожими на сосульки.
— Потерянный ребенок! — чирикнула Черешенка в сторону паучка, давая понять, что где-то там совсем один находится испуганный маленький паучок, родитель которого прибежал сюда просить помощи. Тим решил, что он должен найти его. Парень быстро скинул с себя рюкзак, вытащил книгу и нашёл похожего паука.
— Арктелли — Шулк! Это он! — крикнул Тим.
— Он катался с той горы, но, видимо, потерял след и заблудился, — перевела Черешенка то, что сказала полупрозрачная паучиха. Тим оглянулся и увидел гору. Тим пошёл в сторону этой горы…
Арктелли не сдвинулись ни на миллиметр с момента, когда Тим и Черешенка пошли на поиски. Через десять минут они вернулись. Но, к сожалению, Тим пришёл ни с чем. Все присутствующие были жутко разочарованы. В этот момент Тим снова снял и открыл свой рюкзак. Оттуда выпрыгнул маленький Шулк, который сразу подкатился к маме на его крохотных ногах-лыжах.
Тиму было очень приятно смотреть на воссоединение семьи, однако то, что он замерзал, было уже очевидно — нос его, губы и уши были синими.
— Это все, конечно, интересно, но я сейчас превращусь в ледяную статую. У вас не найдётся лишней куртки?
Смотря на его подвиг, Тима и Черешенку повели к центральной площади, где находился величественный Ледяной замок. Внутри, в огромном зале, он увидел других обитателей этих мест.
Ему предложили местное «угощение» — синие ягоды, которые на вкус напоминали концентрированную замороженную мяту. У Тима на мгновение всё смешалось в голове от холода. Наконец, хозяин замка поднял свой ледяной кубок и посмотрел на Тима глазами-льдинками:
— Ты пришёл за Камнем, знаю. Но Йорту не отдают незнакомцам. Ты должен доказать, что твой разум чище нашего льда. Твой земной мозг полон хаоса. Очисти его, или ты останешься здесь навсегда. Тебя ждут два испытания.
Испытание первое: Лабиринт отражений
Его втолкнули в галерею, сотканную из тысяч зеркальных стен. Из гладких поверхностей на Тима смотрело не его нынешнее лицо, а его собственные страхи и сомнения.
Каждый поворот лабиринта возвращал его в прошлое: вот он стоит перед закрытой дверью и боится войти; вот он молчит, когда нужно было заступиться за друга; вот он сдаётся перед трудной задачей, маскируя страх улыбкой. Тим понял: его привычка контролировать всё вокруг — это просто защита от страха показаться слабым.
В какой-то момент он закрыл глаза, выдохнул и принял самого себя таким, какой он есть. Тим перестал смотреть на призраков прошлого и сделал шаг вперёд, в будущее, доверившись не просчитанным ходам, а собственному сердцу. И в эту же секунду стены со звоном осыпались стеклянной пылью. Это означало только одно — он прошёл первое испытание.
Испытание второе: Замёрзшее озеро времени
Перед ним раскинулась безупречная гладь озера, под толщей которого крутились кадры его возможного будущего.
Тим сделал шаг. Когда он посмотрел вниз, под левой ногой закружился вихрь, в котором он увидел себя побеждённым, он не смог помочь этой планете. Тим встряхнул головой, шагнул вправо… и лед показал одиночество, потерю близких, цену, которую придётся заплатить за его героизм. Идеального, безопасного пути не существовало, и Тим осознал, что правильного выбора нет, есть только тот выбор, который ты делаешь сам и несешь за него ответственность. Он выпрямил спину, перестал смотреть под ноги и твёрдо пошёл вперёд.
В конце пути Тим что-то заметил, Черешенка быстро полетела туда, где что-то горело холодным синим пламенем. Это был первый осколок Камня Йорту. Перед тем, как Тим взял его в руки, он смог сфотографировать это сияние, но, когда он дотронулся до Камня, пальцы его обожгло холодом победы. Он быстро спрятал камень в его рюкзак и достал книгу. Перелистывая страницы, он понял, что книга самостоятельно обновляется, дописывая достижения Тима. Книга не могла предсказывать, она могла только фиксировать происходящее.
Тим пошёл дальше по фиолетовому пути.
Глава 5. Лиара
Если Ледяной мир встретил Тима размеренностью, то Огненный мир, Игнис, обрушился на него яростным, первобытным криком. Здесь всё подчинялось силе и вечному движению, где нет места планам, а есть только здесь и сейчас.
Воздух был настолько горячим и густым от серы, что его, казалось, можно было зачерпнуть ложкой. Повсюду вздымались гейзеры жидкого пламени, а скалы из чёрного обсидиана блестели, как наточенные лезвия.
Игнисы обступили Тима и Чершенку огненным кольцом, из которого вырвался хриплый голос вождя:
— Побежишь — обернёшься пеплом! Замрёшь — сгоришь моментально! Думай сердцем, пришелец, только в этом случае найдёшь ты Камень, который ищешь.
Тим утер пот со лба, чувствуя, как школьная рубашка окончательно прилипла к спине, и сквозь зубы усмехнулся: — Что ж, горячий приём. Попробуем сыграть по вашим правилам, раз уж у вас тут дефицит огнетушителей.
Реки из лавы прямо на ходу меняли свои русла, закручиваясь огненными спиралями. Из подземных расщелин внезапно выскакивали саламандры размером с волков, дышащие искрами. В этом безумии нельзя было просчитать траекторию движения, здесь нужно было перестать контролировать ситуацию и стать частью этого пожара, доверившись инстинктам.
И именно в тот самый критический момент, когда Тим едва не соскользнул в кипящий поток, чья-то сильная рука резко потянула его назад.
Перед ним стояла Лиара. Игниска. Её кожа имела оттенок темной меди, а волосы напоминали языки костра: красные, оранжевые, желтые. Она решила вмешаться в эту игру, понимая, что в таком случае у них может не быть ни малейшего шанса на восстановление баланса на планете.
— Ты думаешь слишком медленно, землянин, твои мысли неповоротливы, как земные тектонические плиты! — крикнула она, перекрывая гул водопада-лавы. — Зато птичка твоя шустрая. Она успевать быстро летать и переводить всё, что мы говорим.
— А ты несёшься вперёд слишком быстро, даже не глядя под ноги! — тяжело дыша, отбил Тим её критику, словно теннисной ракеткой.
Лиара немного опешила, понимая, что может помочь Тиму:
— Значит, если мы пойдём вместе, то сможем уравновешивать друг друга, чтобы получить идеальную реакцию и скорость. Вперед!
Они бежали, перепрыгивая через валуны, тормозя и нагибаясь, чтобы не повредить головы, ловко и быстро.
— Кстати, а меня Лиара зовут, — тяжело дыша, сказала девочка.
— А меня Тим, — вдруг опомнившись, что не спросил её имени сам, ответил он.
Финальным аккордом их спринта стала раскалённая докрасна платформа, висящая над пропастью на цепях. Стоило Тиму поддаться панике и попытаться просчитать шаги, как платформа опасно кренилась вниз. А если в Лиаре закипала злость и желание проскочить так быстро, насколько это возможно, то поверхность под ногами превращалась в глубокие, дымящиеся трещины.
— Спокойнее, заклинаю тебя всеми ветрами! — крикнула Лиара, балансируя на самом краю.
— Легко сказать, когда под тобой будто бы адское пекло! — огрызнулся Тим.
— Тогда… просто отключи голову! Наслаждайся моментом, как говорит твоя фиолетовая птица!
Tим посмотрел в её горящие, бесстрашные глаза. Он доверял ей. Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза и мысленно отпустил все свои опасения. Тим посмотрел на Лиару еще раз, она показалась ему такой красивой, такой настоящей, он взял её за руку и они вместе пошли вперед… И случилось чудо: платформа плавно выровнялась, замедлив свой безумный бег. Тим впервые в жизни победил не с помощью ума и сообразительности, а через доверие.
В конце этой платформы из расщелины поднимался второй и последний осколок Камня Йорту. Они его аккуратно взяли и пошли к игнисам.
— Ты не самый сильный из тех, кого мы видели, — честно сказал вождь.
— Иногда это не самое главное, — устало, но гордо ответил Тим. — Иногда важнее слушать сердце! А лучше всегда.
Перед тем, как Тим ступил на сиреневую тропу, ведущую обратно к пруду, Лиара подошла к нему почти вплотную.
— Ты ведь вернёшься? — спросила она, и в её голосе впервые проскользнула уязвимость.
— Да, я обязательно вернусь, — ответил он твёрдо. — Давай сфотографируемся на память?
Как только он развернулся, чтобы идти к пруду, прямо посреди тропы откуда ни возьмись выросла стая саламандр. Разинув пасти, они начали изрыгать огненные шары. Черешенка, которая до этого спокойно сидела на плече у Тима, мигом полетела вверх. Вожак, гигантский ящер размером с громадного медведя, хрипло зашипел, призывая Лиару предать им землянина. Он требовал, чтобы она помогла уничтожить Тима и забрала Камень Йорту. Но Лиара лишь презрительно усмехнулся. Выбрав верность и мир вместо жестокой борьбы за власть, игниска схватила Тима за руку. Она знала узкую тайную тропу к пруду. Умело лавируя между летящими огненными снарядами, они нырнули в секретный проход. А Черешенка, полетев следом за ними, звонко защебетала:
— Ха! Ничего у вас не вышло, злые ящеры! Мы победили!
Глава 6. Камень Йорту
Когда на берегу зеркального пруда Тим достал из рюкзака две половины Камня, мир вокруг затаил дыхание. Оба осколка потянулись друг к другу. Но оказалось, что этого было недостаточно.
По поверхности Йорту, в месте соединения, пробежала тонкая светящаяся трещина и тут же погасла.
— Не хватает ещё одной части, — тихо произнёс Тим.
В этот момент земля под ногами дрогнула. Тим быстро достал книгу Уоркоду и начал лихорадочно перелистывать страницы.
— Маршо-Даршо… — прочитал он вслух, найдя нужную строчку.
Едва имя прозвучало, как из глубины леса донёсся глухой удар. Сотни лет Маршо-Даршо спал в своей пещере неподалёку от пруда. Он пробудился в тот самый миг, когда две части Камня вновь соединились и их сила позвала хранителя.
Из-за деревьев показалась огромная фигура. Это был трёхметровый баран с массивными закрученными рогами, а во лбу сияла яркая звезда. Тим много раз видел его раньше на обложке книги.
Маршо-Даршо медленно приближался к пруду. Остановившись перед Тимом, баран поднял голову. Звезда на его лбу вспыхнула ослепительным светом. И тогда все услышали какой-то гул, который шёл откуда-то снизу, из самых недр Облитуса. Свет становился всё ярче, пока из самой глубины планеты не вырвался маленький сияющий осколок.
Он поднимался вверх, словно невидимая сила притягивала его к звезде Маршо-Даршо. Осколок завис в воздухе, а затем плавно подплыл к двум другим частям Камня. Раздался щелчок, похожий на звук замка, который открыли правильным ключом.
— Он… и правда живой, — прошептал он, чувствуя, как вибрация Камня отзывается в его собственном теле.
Из Камня Йорту, который теперь светился ровным, фиолетово-зелёным светом, начали струиться полупрозрачные образы. Тим увидел, что Арктелли и Игнисы не просто поссорились из-за территории. Жители Облитуса раскололи Камень, потому что не справились с самими собой. Лёд испугался хаоса огня, а огонь взбунтовался против ледяного порядка.
— Значит… они раскололи его изнутри просто потому, что не справились с собой? — тихо спросил Тим, глядя на старика.
— Да, — печально кивнул Уоркоду. — Самое трудное — это укротить бури эмоций. Ничего не поможет, если внутри самого себя нет мира и баланса.
Тим перевёл взгляд на монолитный, сияющий Камень.
— Если они не изменятся, значит, они сломают его снова.
— Могут сломать, — согласился старик, пристально глядя на мальчика, затем улыбнулся. — Но точно не сегодня. Сегодня ты дал им второй шанс.
Тим закрыл глаза. Он слился с этим миром, он понял себя. И Камень ответил ему мягким, благодарным теплом. Портал возник из воздуха, переливаясь цветами земного мартовского неба…
Глава 7. Две минуты
Тим вдруг услышал звяканье колокольчика над дверью антикварной лавки. Запах старой бумаги и старых книг мгновенно окутал Тима, вытесняя инородные ароматы. Он стоял посреди лавки, тяжело и прерывисто дыша, словно только что пробежал марафон. Часы как обычно тикали на стене: на Земле прошло ВСЕГО ДВЕ МИНУТЫ. Сто двадцать секунд. Но внутри самого Тима словно уместилась целая вечность.
Он медленно опустил взгляд на свой рюкзак. Тим заглянул внутрь: на самом дне, среди тетрадей, фотоаппарата и книг, мягко мерцал прозрачный кристалл Арктелли, лежал обсидиановый осколок Игнисов, а поверх них покоилось яркое, фиолетовое перо. Он почти расстроился, что не попрощался с Черешенкой, ведь он считал её своим питомцем. В ту же секунду, как он об этом подумал, птичка вылетела из рюкзака и села на плечо Тиму. Он был безумно счастлив!
Глава 8. Проект продолжается
На следующий день в классе Академии Ливз всё было прежним. Подошла очередь Тима, он вышел к доске. Говорил Тим долго, своими словами он буквально собирал новый мир прямо на глазах у изумлённого класса. Он описывал существ, которые вынуждены были мутировать, чтобы выжить на планете Облитус.
— Самое сложное в исследованиях — это не просто открыть новую, неизведанную землю, — произнёс Тим, и его взгляд на секунду встретился с понимающим взглядом учителя географии. — Самое сложное — это понять её, принять её внутренние правила, какими бы странными они ни казались, и сохранить её хрупкий баланс. Как в мире, так и в собственном сердце.
Класс погрузился в мертвую тишину. Даже заядлые хулиганы с задних парт сидели, затаив дыхание, очарованные этой неземной сказкой. Тим остался тем же парнем, но в его глазах появилась какая-то тайна.
Вечером он направлялся в фотостудию, чтобы проявить все фотографии с «путешествия», шёл он мимо антикварного магазина. Тим вдруг остановился у витрины и посмотрел на тот самый маленький глобус. Выйдя за дверь лавки, Тим коснулся пальцем глобуса. На долю секунды под его ладонью всё вспыхнуло фиолетово-зелёной искрой, и одна из трещин исчезла совсем. Тим улыбнулся своему отражению в витрине.
И в этот раз он точно знал: его проект по исследованию неизведанных земель ещё не закончен…
