Кит шаркнул ногой об асфальт и выдохнул так, будто воздух царапал горло. Облокотился на перила моста. Надо же — 78 лет назад об этих перилах никто не думал. Тогда Кит упал с этого же места. Ударился о камень внизу.
Он резко потряс головой, отгоняя мысли. Не хотел вспоминать ту секундную боль, после которой перестал чувствовать вообще.
Кит отшатнулся от перил. Открыл бутылку, отхлебнул воды. Жадно, будто это могло вернуть ему хоть что-то.
Жара стояла невыносимая. Он натянул солнцезащитные очки, пряча глаза.
Автобус с туристами задерживался. Кит ждал. Ему ведь теперь некуда спешить.
—
Вскоре долгожданный автобус подъехал. Туристы, измотанные духотой, начали вываливаться из него, подходя к мосту — оттуда хоть какой-то ветер дул от быстро текущей воды.
Кит сразу заприметил девушку. Красные волосы. Достаточно молода, но взгляд — будто она видела не меньше его самого.
Когда народ собрался и автобус уехал, Кит молча кивнул и повёл их в долгую жаркую прогулку.
Красноволосая девушка шла рядом — в один шаг. Очень разговорчивая и любопытная. Кит только рад был делиться знаниями. Проходя мимо заброшенной деревни, рассказывал историю.
— Здесь в 1943 году женщина продавала свои волосы, чтобы прокормить семью. Муж пропал без вести на фронте.
— А откуда вы знаете? — поинтересовалась красноволосая.
— Я покупал у неё волосы, — безэмоционально ответил экскурсовод.
Народ заулыбался, захихикал — приняли за шутку. Кит привык. Объяснять не стал. Смешно — и пусть, так даже лучше.
—
Кит тогда, в 1943 году, работал обычным грузчиком на рынке. Таскал ящики с крупой и консервами, за что ему разрешалось брать парочку оттуда. Это и была зарплата — продукты. Ему этого больше чем хватало. Кит не чувствовал голода, но всё равно ел, дабы чувствовать себя живым.
В тот день был ужасный холод, снег и метель. Люди ходили мимо с пустыми глазами — война сделала своё. Мужчина стоял у стены, перекуривая.
В самом центре — девушка с горящими, живыми глазами. Она была в изношенной шубе, лёгких дырявых сапогах и каждому прохожему предлагала купить свои волосы. Кит не выдержал, подошёл.
— Что ж ты творишь, бедная. Домой дуй, а то заболеешь! — сказал мужчина и протянул ей ранее украденные консервы. Не много и не мало, зато бесплатно.
Женщина подняла глаза с таким удивлением и благодарностью, на колени встала…
— Боже, боже! Да благословит вас господь! — чуть ли не кричала женщина, у неё даже глаза намокли.
Мужчина кивнул, поднял её на ноги, отряхнул от снега и приказал идти домой.
Через три дня выяснилось, что единственный её сын умер от холода.
Кит хотел почувствовать хоть что-то: грусть, сожаление… но так и не смог.
—
Кит замолчал. Группа шла по пыльной дороге мимо заброшенных домов. Красноволосая девушка поравнялась с ним.
— Долго вы здесь работаете? — спросила она.
— Семьдесят восемь лет, — ответил Кит.
Она не улыбнулась. Не сказала «вы шутите». Просто кивнула.
Они вышли к старому парку. Кит указал рукой на обгоревшее дерево:
— Здесь в сорок третьем расстреляли пятнадцать человек. Их зарыли прямо под корнями.
Туристы замолчали. Кто-то достал телефон, чтобы сфотографировать.
— Можно не надо? — тихо спросил Кит. — Они этого не любят.
Над деревом качнулась ветка. Ветра не было.
Красноволосая девушка смотрела на Кита. Не отводила взгляд.
— А вы их видите? — спросила она.
Кит повернулся к ней. За тёмными стёклами очков его глаз не было видно.
— Каждый день, — сказал он.
—
Тогда Кит жил в другом городе. Снимал комнату у старухи, работал сторожем на складе.
В тот день он возвращался с работы. Было раннее утро. Солнце только вставало, и воздух был холодным и прозрачным.
Он свернул в арку и увидел парня.
Тот стоял на карнизе девятого этажа. Молодой — лет семнадцать-восемнадцать. В джинсах и тонкой куртке. Волосы тёмные, растрёпанные.
Кит остановился. Не закричал. Не побежал. Просто смотрел.
Парень тоже смотрел вниз. Их взгляды встретились на секунду.
Кто-то из окон крикнул. Парень шагнул.
Удар о землю. Глухой, тяжёлый. Кит стоял метрах в пяти. Кровь потекла по асфальту, собираясь в лужицы между трещинами.
Кит подошёл ближе. Не спеша. Посмотрел на тело. Лица не разглядеть — глаза открыты, но смотрят в небо.
Парень был живым ещё секунду назад. Теперь нет.
Кит не знал, почему он прыгнул. Может, любовь. Может, деньги. Может, просто устал. Он никогда не узнает. Он же не спросил.
Подъехала скорая. Кто-то плакал на скамейке. Кит развернулся и ушёл.
Через несколько лет он забыл адрес того дома. Забыл, как выглядело лицо. Но помнил хруст. И лужицу крови, которая отражала утреннее небо.
—
Экскурсия подходила к концу. Группа вышла на набережную. Солнце клонилось к закату, бросая оранжевый свет на воду.
Кит остановился у скамейки. Достал бутылку, отхлебнул воды. Всё так же без вкуса.
— Это всё, — сказал он. — Автобус будет через десять минут.
Туристы начали расходиться — кто-то фотографировал, кто-то курил в сторонке.
Красноволосая девушка не ушла. Она стояла рядом, глядя на воду.
— Вы не спросили, как меня зовут, — сказала она.
— Не спросил, — согласился Кит.
— Меня зовут Нана.
Кит промолчал.
— Вы всегда такой? — она повернулась к нему.
— Какой?
— Мёртвый.
Кит снял очки. Впервые за весь день. Глаза у него были серые — такие же, как вода семьдесят восемь лет назад.
— Да, — сказал он. — Всегда.
Нана посмотрела на него. В её глазах не было жалости. Только что-то похожее на узнавание.
— Я завтра приду на экскурсию, — сказала она. — Снова.
Кит надел очки.
— Приходи.
Она ушла. Кит остался один.
Только вот Кит на эту экскурсию не пришёл.
