265 день, 2890 год.
Я проснулся от того, что кто-то плачет. Встав с кровати, я пошёл на звук из соседней комнаты. Заглянув, я увидел, как мама сидела с монофоном в руках и плакала.
– Мам, что случилось? – она посмотрела на меня со слезами на глазах.
– Ярик…
– Мам, ты чего плачешь? Что случилось-то?
– Моё сознание получило уведомление, что тебе отключат одну из функций, – расстроенным голосом произнесла мама.
Думаю, пора пояснить, что это значит для нас в 2890 году. Вот уже лет двести, как нам при рождении вшивают чипы с различными функциями. Это, в принципе, удобно. Например, мы заранее знаем, в чём мы сильны, а в чём – нет. Что касается меня, я знаю, что силён в IT-предметах более, чем в гуманитарном направлении.
Ещё у нас есть три важные функции без которых нам трудно жить. Это зрение, слух и голос. У большинства людей все функции работают нормально, но у некоторых случается сбой в чипах, из-за чего какая-то функция отключается специалистами. И ещё важное дополнение. Должен сказать, что исчисление времени у нас ведётся иначе. Мы фиксируем только числа, хотя я слышал, что раньше были месяцы со странными названиями. И я забыл представиться, меня зовут Ярослав, но я привык, когда меня называют Ярик. Мне – тринадцать.
266 день, 2890 год.
Услышав вчера, что сказала мама, я сам чуть не заплакал. Оказывается, у меня в системе чипа нашли сбой и мне нужно отключить одну из функций. А какую именно, мне предстоит сделать выбор самому. Это будет либо зрение, либо слух, либо голос…
Вообще-то, это самое страшное, что может произойти с человеком в нашем мире. Но от этого никто не застрахован. Специалисты «Бюро по отключению функций» дали мне три недели на принятие решения. Если честно, этого очень мало. Я решил не медлить и поискать подобную информацию в Глобальной Сети, но нашёл очень мало и только в теории. М-да, видимо, мне придётся выбирать с помощью монетки. Но тут, я наткнулся на рекламу.
«Отключили функцию, и ты не знаешь, чем себя занять? Приходи к нам!», – звучит, конечно, как издательство. Но я всё-таки решил сходить посмотреть. И не зря! В помещении Исследовательского центра проходили занятия для людей уже с отключенными функциями – глухих, слепых или немых. И тут у меня возникла мысль. «А что, если я буду ходить на занятия в разные группы? Тогда я точно пойму, какую из функций мне отключить?!», – размышлял уже с внутренней уверенностью я.
273 день, 2890 год.
У меня было всего три недели на принятие решения. Первую из них я решил ходить на занятия для людей с отключенной функцией речи. Меня поразило, как немые люди танцевали. «Ну, как они могут танцевать, не говоря, это же как без эмоций-то?», – думал я, смотря на их движения. Но нет, немые люди именно с помощью жестов выражают всё! Так же происходит и в танце. Меня это поразило.
Придя домой, я вспомнил почему-то о бабушкином звонке. Мама тогда призналась, что звонила моей бабушке в деревню по монофону. Это уже очень устаревший вид связи, при помощи которого можно связаться только с одним абонентом.
Бабушка ещё к тому же была одним из людей, которые чипы не вшивали. Но этим людям появляться в обществе, конечно, было стыдно, ведь они не были такими, как все. Гражданам в наше время всегда казалось, что жить без вживлённого чипа функций просто невозможно, не понимая, как вообще люди без него жили несколько сотен лет назад!
280 день, 2890 год.
Осталось две недели. Вторые семь дней я потратил на занятия для людей с отключенной функцией слуха. Я не представлял даже, что мне ждать от занятий с глухими… Они же не слышат, что они будут делать? Увидев, как они рисуют, я понял, что быть глухим не так уж и плохо. Ты просто ничего не слышишь, но зато видишь. А по их рисункам понимаешь, что видят они многое. Мне казалось, что они видят этот мир по-другому, не так, как мы. Когда я вернулся после занятий домой, вдруг, опять позвонила моя бабушка из деревни.
– Ну что, Ярик, тебе функцию отключат?
– Угу.
– Я тебе вот, что скажу. Ты лучше попроси специалистов вообще извлечь твой чип, – заговорщицки произнесла она.
– Ну, ба…
– Ярик, я серьезно! Ты видишь то, что ты должен видеть, а не то, что можешь увидеть. У нас в деревне тут так красиво, ваши чипы так не передают реальность!
– Ба, ты не понимаешь… – сопротивлялся я.
– Ладно, это не моё дело, – расстроенным голосом произнесла бабушка.
Но поговорив с ней, я начал думать, а может, и правда мы многое из настоящего не видим и не слышим?..
287 день, 2890 год.
У меня осталась последняя неделя. На ней я ходил на занятия для людей с отключенной функцией зрения. Они такие болтуны! Всё время что-то говорят и придумывают. Прямо, сказочники. И я понял, что они всё это придумывают только потому, что не видят реальный мир. Но всё-таки каждый из участников группы имел возможность обходиться без функции зрения, приспособившись к измененной реальности.
295 день, 2890 год.
Я не помню, как я собирался, как мы ехали в лабораторию «Бюро по отключению функций». Помню одно – мне было очень страшно… Казалось, что всё это происходит не со мной, а с кем-то другим… А я просто стою в стороне и наблюдаю.
Внезапно мужской голос вырвал меня из этого состояния.
– Выбирайте, Ярослав! Но только с умом, – тяжёлым глубоким басом произнёс человек в белой униформе.
Я посмотрел на плывущее под потолком голографическое облако с символами функций.
Слух.
Зрение.
Голос.
Память настойчиво возвращала меня в те моменты, когда я занимался в группах для людей с удалёнными функциями. Немые люди танцевали, пытаясь «произнести» телом, что не могут сказать физически. Глухие рисовали то, что не могут услышать. Слепые рассказывали об удивительных мирах, невидимых зрячим людям…
Мои пальцы дрожат.
Мозг перестаёт нормально соображать.
Но я беру себя в руки и выбираю…
