Шорох старых страниц в полумраке библиотечном,
Шрамы стянутой кожи скрывают девичью грусть.
Время в тихом интернате кажется вечным,
Я упрямые правила эти учить не берусь.
Там, где за чаем прячутся нежные тайны,
Слепая улыбка греет сквозь зимний туман.
Каждый наш шаг в коридоре безумно случайный,
Даже когда этот мир — лишь красивый обман.
Бег по дорожке, ветер в лицо бьёт упрямо,
Вместо ступней — титан, устремлённый вперед.
Девочка-вихрь летит без страха и драмы,
Только в душе её прячется треснувший лёд.
Яркие краски на пальцах, холсты на полу,
Мир без ладоней, где мысли текут, как река.
Странный рисунок застыл на холодном углу,
Девочка-птица летит сквозь года и века.
Быстрые пальцы порхают, слагая слова,
Тихий дуэт без звуков, но полный тепла.
В этих безмолвных интригах кружит голова,
Словно лавина из мыслей на плечи сошла.
В груди стучит сердце, как усталый мотор,
Каждый удар — как выстрел в глухой пустоте.
Слишком суров и недолог врачей приговор,
Но ты упрямо шагаешь навстречу мечте.
Школа в холмах, где ветер играет в листве,
Скрыла от глаз тех, кто ранен суровой судьбой.
Сломанный мир отразился в немой синеве,
Каждый из нас здесь дерётся с самим собой.
Там, под дождем, она прячет лицо,
Пепел пожара оставил безжалостный след.
Мы примеряем на пальцы надежды кольцо,
Чтобы вернуть в её душу потерянный свет.
Другая ведёт по аллее, касаясь плеча,
Тьма застилает глаза, но сияет душа.
В чайной беседке рыдает ночная свеча,
Мы открываем сердца, никуда не спеша.
Третья смеётся, скорость сжигая дотла,
Ножки из стали рисуют круги на траве.
Сколько же слёз она в детстве своем пролила,
Пряча тоску в ураганной своей голове.
Одна нарисует небо без взмаха крыла,
Ей не нужны ладони, чтоб нас обнимать.
Сложной дорогой её эта жизнь вела,
В мире, где так непросто её понимать.
Последняя молча ставит нам шахматный мат,
Рядом подруга смеётся, ломая безмолвный протест.
В этих глазах горит первозданный азарт,
Каждая в этой школе несёт свой крест.
Жизнь — это гонка, где колесо одно,
Сломанный диск, но надо упрямо крутить.
Кажется нам, что мы опустились на дно,
Но только так мы сможем себя исцелить.
Золото на голубом догорает вдали,
Шрамы и боль ложатся на плоскость холста.
Мы в этой гавани тихой причал обрели,
Где побеждает любовь, теплота и мечта.
