Глава 1
Яркое майское солнце вылезло сквозь шторы на рассвете. Отраженные лучи света, через настенные часы, попадали именно на беспорядочную кровать черноволосой де вочки. Ее короткие волнистые, черные волосы создали странную паутину на подушке, пока голова Ивей не поднялась. До начала учёбы было достаточно времени, впрочем, как и всегда. Это позволило пятнадцатилетней школьнице, спуститься вниз и приготовить завтрак.
Стены вокруг кровати и стола были завешаны плакатами, не работающими часами, вырезками журналов и разными украшениями. Здесь сочетались разные стили и эпохи. «Барахольщица», прозвище которое, прицепилось к ней ещё с приезда, и было самым безобидным из всех последующих.
Девушка медленно зашагала по пустому дому босиком. Выученный путь от комнаты до кухни, а затем просмотр в окно и на дверь ванны как ритуал в пробуждении.
Приведя себя в порядок, Ивей зашагала на кухню и включила радио на фон, прока умелые руки привычно разбивали яйца и резали помидоры.
Оставив немного странного блюда, из-за неумения готовить и скудных продуктов, на старом деревянном и побитом временем столе для отца, Ивей стала одеваться. Свободная и лёгкая одежда, маленькая сумка с нашивками и самое главное, несколько украшений из самых ярких и самых тёмных цветов. На самой девушке их также было много. Что-то из них возможно, когда-то принадлежали культам или церквям, но это придавала странным, иногда совершенно старым вещицам, шарм.
Достав из гаража папы синий, недавно выкрашенный велосипед с весящими цепочками на ручке, она спокойно поехала к школе.
Проезжая мимо залитых солнцем полей подсолнуха, на старом, но прочном велосипеде Ивей думала лишь о сегодняшних словах и где можно будет спрятаться на обеде. В консервативном, идеальном городке где каждый знал друг дуга, любое несоответствие могло стать поводом к излишнему вниманию. А она действительно отличалась. Странные увлечения, нелюдимость и неоднозначный внешний вид. Худое и маленькое не по возрасту тело, чёрные топорщащиеся волосы и странная одежда. Не то чтобы она бедствовала, просто ей была не свойственна мода здешних мест. Девушка, в отличие от одноклассниц предпочитала безразмерную одежду и стиль похожий на «Хиппи». После смерти матери Ивей жизнь как на зло стала портиться и сереть на глазах, что и привело остатки семьи сюда. И этот мир ей не нравился.
Велосипед завернул на оживлённые улицы оставляя дома далеко позади. Огромное здание в неоготическом стиле в томно-кирпичном цвете было гордостью города и самого штата. Здание выглядело абсолютно ново, несмотря на государственное образование в ней, всё благодаря пожертвованиям и высоким достижениям учеников.
Войдя на территорию Ивей как можно быстрее стала идти к кабинету, не поднимая головы и перепрыгивая ступеньки в своих потертых, тёмно-красных конверсах ей удалось не наткнуться на обидчиков, но на этом беда не закончились. Войдя в кабинет, она заметила, что её парта по середине третьего ряда вся исписана мелом. В основном это были глупые ругательства и прозвища, что было достаточно по-детски, но в духе некоторых одноклассников.
Вздохнув, Ивей взяла салфетки и привычными жестами, под хихиканье парней и некоторых девочек, вытерла грязную парту. Зная, что сейчас будет за урок и предполагая лица обидчиков, её бы скорее обвинили в содеянном, чем их. Множество раз за последний год она и её отец жаловались школе и родителям детей, но ничего не помогало.
«Славно, что год почти закончился». – пронеслось привычными мыслями последних дней у Ивей в голове, прежде чем прозвенел звонок.
Среди множества, мало чем отличающихся от себя детей вошла Дженнис. Белокурая красивая девушка с зелёными глазами и модной одеждой. Её волосы украшал лакированный красный ободок выбивая на лоб чёлку. Юбка до колена и светлый топ прикрытый бомбером местной теннисной команды, в которой она состояла. Таких обычно считают идеальными и ставят в пример, впрочем, в случае Дженнис это было не зря.
Сев прямо перед Ивей, блондинка сразу же повернулась к ней и осмотрела парту сверху вниз с жалостью и болью за соседку.
– Они опять написали это… –Красивый музыкальный голос звучал осторожностью и грустью, пока лицо не начало хмуриться, добавляя морщинки на носу.
Изящная рука Дженнис вытянула из кармана расписной платок и стала помогать избавиться от проблемы.
– Если это опять Кевин, то нужно написать жалобу, или попросить кого-то преподать урок. Он весь год тебе мешает. – С лёгкой злобой проговорила девушка, с усилием оттирая надписи.
– Ты же знаешь, мы уже пытались… а помогать мне никто не пожелает. – Тёмные глаза Ивей наконец посмотрели на собеседницу, а на лице мельком показалась улыбка. Хоть они и не были друзьями ей отчаянно хотелось этого. Дженнис была единственным человеком во всей школе, кто мог помочь, несмотря ни на что. И не только ей. Под красивой внешностью, скрывалось не менее красивое сердце.
– Нужно попробовать ещё раз. И я могу попросить за тебя, в конце концов ты такого отношения не капли не заслужила. – Блондинка поймала взгляд Ивей и тоже улыбнулась, очень тепло и дружелюбно: – Надеюсь, в следующем году он не будет учиться с нами. Как бы он не был красив, он просто самодовольный идиот!
– Я тоже – А в голове само собой образовалась мысль: «Вот бы с нами училось по больше таких же людей как ты…»
…
Конец учебного дня ознаменовался звонком и звонкими криками учеников. Оставшись сидеть подольше, дабы не наткнуться на бешеный поток детей, Ивей рассматривала картины и карты в кабинете истории. Недавно появившаяся учительница, милая дама со светлыми волосами, подписывала тетради и листы с домашним заданием.
Когда шум стих, девушка попрощалась с преподавателем и направилась в библиотеку, единственное место во всей школе, которое ощущалось комфортным и спокойным. Ивей не была заядлой книголюбом, но иногда, в особенно скучные и жаркие дни проводила за ними часы.
Спускаясь по старой винтовой лестнице в самой библиотеке, Ивей услышала голоса. Это были девочки из параллели. Одна из них, Коралин, что играла с Дженнис в теннис громко сокрушалась о своем последнем проигрыше на соревнованиях. Две другие девочки – подружки Дженнис, Хелен и Анна, слушали бойкую кудрявую девушку с вниманием и периодически спорили с ней. Все три девочки входили в приближенный круг Дженнис и имели свои заслуги.
Решив не подслушивать, Ивей аккуратно, чтобы не издать не звука, прошла по скрипучему полу к полкам с книгами. Уйдя достаточно далеко от столов с подружками Дженнис, она погрузилась в раздумья. Она думала о матери, о сегодняшней фразе, написанной на столе и людях в классе.
Грусть и тоска совсем одолела её, когда случайно, пробегаясь пальцами по книгам она уронила одну. Книга была потрёпана и явно не на своём месте. Ивей стала осматривать маленькую книгу в рука и прочла название. «Убийство в Восточном экспрессе» — гласили золотые буквы, а сверху, уже более скромным шрифтом «Агата Кристи». Открыв книгу, девушка обнаружила пожелтевшие страницы старого издания. От книги несло теплотой и особым запахом старой бумаги. Эта такая маленькая, но очень похожая на неё книга, за секунду влюбила в себя девушку. Схватив книгу под руку Ивей пошла до стойки библиотекаря.
Глава 2
Все дни она провела в метаниях, мысли и руки тянулись к этому миру загадки. Одновременно хотелось растянуть его, читая медленно по слову и странице в час, впитывать запах и образ этого мира в себя, и при этом скорее узнать развязку. Все просто остановилось, мысли, кишащие в голове сутками, скука и заботы. Вся жизнь девушки теперь была в этих старых страницах.
Ей настолько понравилась книга, что она сделала для неё закладу. Вырезала из журнала маленькую фотографию античной статуи, и приклеила её к картонке. Между фотографией и картонкой опустила голубую ленточку с облаками, а на другом конце повязала белый берилл, размером в ноготь. Получив идеальную закладку для идеальной книги.
Выходные пронеслись так быстро, что за несколько дней реальность и вымысел потеряли границы, словно, что-то необъятное и необъяснимое загипнотизировала девушку с помощью книги.
…
Белый туман, окруживший Ивей начал расходиться, открывая взору высокие горы вдалеке и озеро, омывавшее ноги лежавшей. Весь берег был покрыт высокой травой и мелкими цветочками, у самого берега стояла раскатистая ива. Всё казалось абсолютно черным, а небо сливалось с землёй в непроглядную однотипную бездну.
Когда глаза Ивей начали привыкать к темноте, она увидела на другой стороне силуэт, в отличие от черноты он выделялся белым одеянием. Став глядеть на него с прищуром, девочка встала на босые ноги и поняла, что силуэт движется к ней. Обходя озеро по берегу справой стороны, неизвестный шел к ней спокойно и даже пританцовывая.
С поля позади Ивей начала доносится органная музыка, а ива, секунду назад казавшиеся обычным деревом, разлетелась тысячами воронов, оставляя ветви пустыми и обгоревшими. Птицы заполонили собой всё пространство, сгущая тьму. Музыка усиливалась. Как и нарастающая тревога в груди девочки. Руками она отчаянно защищалась от потока птиц, летящих на неё, слёзы страха и паники подступили к горлу, а где-то изнутри в носу запахло сыростью.
Когда птицы разлетелись силуэт остановился у ивы спиной к Ивей. За фигурой лежал чёрный, обгоревший гроб и черные волосы прядями спускались в него бесконечным водопадом. Силуэт медленно стал поворачивать голову.
На секунду сердце Ивей замерло, слёзы хлынули из глаз градом, а тело оцепенело. Женщиной в белом, оказалась мать Ивей. Из всей этой черной бездны страха и жути, её лицо выделялось спокойствием и теплотой. Она была совершенно такой, какой девочка её запомнила.
Черные длинные волосы, загорелая кожа и череда родинок на правой щеке. Милая и бесконечно улыбчивая, с карими, янтарными при свете, глазами, она и сейчас смотрела на свою дочь с любовью.
Развернувшись к девочке телом, женщина подняла подол светлого платья и перешагнув через гроб, тут же захватила дочь в объятие. Ивей ничего не оставалось как уткнуться её в плечо и тихо расплакаться как в детстве. Со смерти матери она видела её в первые и ужасно скучала по теплу её рук, по запаху ладана и суповых приправ.
Теплота рук начала отпускать Ивей и подняв голову, она увидела, как черная, огромная птица садится на головы матери, сливаясь с волосами. органная музыка, словно заиграла в самой голове девушки.
В это время мать девочки развернулась к воде и стала медленно идти. Под ей ногами расстилались стеклянные, словно ледяные плиты моста, ведущие все дальше в глубь и исчезающие под её ногами, так же мгновенно.
От громкой музыки у Ивей начала болеть голова, тело снова оцепенело, а слёзы разочарования и потери снова хлынули из глаз поражая грудь тысячами стрелами боли. Ивей моргнула несколько раз, с усилием сжимая веки. Фокус размылся от слёз, а всё происходящие потихоньку обратилось во тьму.
…
Тёмные глаза Ивей резко открылись. Солнечный свет из комнаты слился в мешанину со звуком будильника. Часы показывали семь-десять. Спустившись вниз к отцу, девушка застала его смотрящим новости, и только сейчас она поняла, что за все выходные так и не видела его, растворившись в книге и этом странном сне.
Присев на края диван, она стала смотреть новости с ним:
– О чем говорили? – Тёмные глаза Ивей нашли отца, тот тоже повернулся к ней.
– Ничего особенного. Погода, работы на полях, ссоры соседей…А ты где пропадала? – Голос мужчины звучал как всегда устало и спокойно, как тёплый чай с мёдом. Для Ивей голос всегда был именно таким, папа никогда не повышал его при разговоре с ней, лишь только в смехе.
– Я взяла книгу в библиотеке. Впервые читаю, что-то настолько… захватывающие. Это детектив.
– Обычно детективы такие. Особенно хорошие детективы.
На столике рядом с своеобразным ужином лежала газета. – Полная версия новостей с рекламой и сплетнями. Мужчина указал на неё и ехидно, слегка насмешливо улыбнулся.
– Кстати о детективе, ещё один человек сбежал. В этот раз девушка, твоя ровесница.
– А откуда ты знаешь, что она сбежала?
– Ну многих из прошлых «беглецов» нашли. Да и что ещё могло случиться, все злосчастные места полиция облазила. Значит, как обычно побег.
Мужчина был прав. За последнее время многие дети и молодые люди с нескольких городков сбегали из дома. У всех причины были разные, а частенько «беглецы» приходили обратно сами. Подобная практика мало кого удивляла и жители этого места тоже свыклись со странной «эпидемией».
Но в этот раз Ивей занервничала «ровесница», могла ли она знать её? Или может это был и не побег вовсе? Впечатлительность от книги дала о себе знать и девочка повернулась к отцу:
– А как её имя?
– Вообще не помню. – Мужчина взял газету и стал искать статью, водя пальцем по строчкам: – Вот! «Дженнис Диас» …Ну и имечко конечно…
Ивей прошибло ледяное осознание. Страх за единственную подругу захлестнул её, а между тем в голове стали рождаться противоречия о случившемся. История о «побеге», выглядела как тень скрывавшее что-то ужасное. Такой человек как Дженнис не мог сбежать. Должно быть её украли, или она потерялась, может поранилась и не может вернуться. Подходило что угодно, кроме побега.
Ивей взяла газету с рук отца и прочла новость, маленькая табличка с плохо напечатанным текстом:
«…последний раз пятнадцатилетнюю Дженнис Диас видели у цветочного магазина на выезде у города «21» мая около трёх часов дня. Просьба всем, кто располагает информацией обращаться к шерифу или по номеру…»
Ивей поджала губы и отложила газету. Мысли роились в голове как сальный клубок. И попрощавшись с отцом, она поднялась к себе в комнату, не прекращая думать о случившемся.
Книга, лежавшая в неубранной с утра кровати, более не увлекала её. Девушка села за стол, подергивая ногой от напряжения. Зная, как работает полиция, искать Дженнис практически не будут, а делать что-то нужно было.
В голове Ивей всё ещё метались образы сна, матери и детства. Всё случилось так давно, но почему-то именно теперь она ей приснилась, впервые за столько лет и в таком не случайном кошмаре. Сама девушка знала о матери не много, отец всегда говорил «несчастный случай», но почему-то с самого начала её не верилось в это.
Мысли снова напали на новость о пропаже Дженнис и ком перерос в решимость. Хотелось найти или хотя бы попытаться помочь в этом. Пропавшая была достойна этого больше любого другого учащегося в этом городе.
Ивей стала думать. Сон теперь воспринимался как предзнаменование чего-то ужасного, хоть выдумки с реальностью имеют малое сходство.
– Полагаться на знаки, не надёжно, но книги… – Девушка взяла книгу со стола и прошлась по тексту от начала до конца.
Любое дело начинается с опроса и сбора улик. Полиция не подпустит незнакомку к данным и уликам о деле, но опрос было провести возможно. Город маленький и тихий, все знают про семью Дженнис. Одна проблема, весь город сторонится и шепчется за спиной Ивей, но столь лёгкую проблему решить возможно. Главное придумать как.
