На улице стояла невыносимая жара. Солнце всё грело и без того горячий асфальт. Даже собаки с кошками не решались ступать на него, боясь обжечь лапы. Выйти на улицу ощущалось как стоять около вулкана — настолько был душный воздух. Ребята бегали из тени в тень, гоняя пыль, пулялись водой из самодельных водных пистолетиков. Один только мальчик одиноко сидел на крыльце и тыкал палкой в песок. Вдруг зазвонил телефон. На экране высветилось имя «Петя». Мальчик словно просиял, он взял телефон в ладони и ловко принял звонок. На другом конце трубки послышалось бурчание.
— Алло! Слышишь? Алло-о-о!
— Да не кричи, слышу, слышу.
— О, Тимур, наконец ответил! Я тебе звонил, звонил, а ты всё не отвечал.
Петя замолк, будто пытаясь вспомнить что-то важное.
— Точно! Ты гулять-то выйдешь завтра? Только сейчас Тимур вспомнил, что забыл рассказать друзьям о том, что уезжает. Он невольно поморщился, будто съел кислючий лимон.
— Нет, не выйду. Меня родители к бабушке отправили, у них ремонт в квартире, сказали, что только мешаться буду.
— Что?! Как так!? Мы же совсем от скуки помрём без тебя! Упроси их, чтоб привезли тебя обратно!
— А я-то что? Будто они меня послушают!
— Ну и то верно… Ой! Меня мама зовёт, помочь надо, я пошёл!
— Стой! Подо… — раздался гудок, и телефон Тимура сел. Он совсем забыл его зарядить перед отъездом.
— Жди… Мальчик хотел попросить друга поговорить с ним, чтобы хоть как-то скоротать время. Тимур покраснел — то ли от жары, то ли от злости. Ему было даже немного обидно, что его друг так просто всё принял как есть. У него появилось решительное желание зарядить телефон и продолжить разговор. Половицы старого дома скрипели под ногами Тимура. Мальчик пулей влетел в гостиную — там и находилась единственная розетка в доме. Воткнув зарядник, он стал дожидаться, пока телефон не зарядится. Лишь спустя время Тимур торжествующе взял телефон и набрал номер друга. Он надеялся, что Интернет будет ловить. Бегая из комнаты в комнату, он понял, что последние надежды погасли. Как раз в тот момент, когда он, стоя на кровати, тянул телефон вверх, зашла бабушка. Ключ звякнул в замочной скважине, и входная дверь медленно открылась. Она тяжело опустила пакеты с продуктами на пол. Тимур быстро выскочил из комнаты; из-за яркого света с улицы он начал щуриться. Он схватил пакеты и понёс их на кухню, одновременно думая о том, что делать без связи с друзьями. Бабушка была уже в возрасте и далеко ходить не могла. Тимур недоумевал, как она всё время ходит за малиной и при этом не устаёт. Пока он думал об этом, сзади послышался мягкий голос бабушки:
— Улым, улым! Поди-ка сюда. Она жестом подозвала мальчика к себе. — Дело есть. Тебе, поди, заняться нечем? Вон у меня чайник пустует, сходи-ка на родник. А я тебе суп сделаю — на той воде самый вкусный получается…
— Эби, ну у нас же кран есть! Вода она и в Англии вода. Ничем не хуже родниковой!
— Не спорь. Там вода — она такая… Особенная. Такую ты нигде больше не отопьёшь. Сам видишь, я уже не молода, чтобы туда ходить… Тимур очень не хотел идти под палящее солнце, но спорить с бабушкой он тем более не собирался. Поэтому, кротко кивнув, он надел кепку и вышел на крыльцо. К счастью Тимура, на улице уже не так сильно пекло. Только нога его ступила на крыльцо — в лицо ударил горячий воздух. Неподалёку косили траву, оттого запах стоял сильный. Мальчик уже пожалел о том, что согласился. Но отступать было некуда. Тимур взял ведро и уже собирался пойти, как вдруг услышал голос бабушки:
— Ты что, с одним ведром пойдёшь? Возьми лучше коромысло — так ты больше воды наберёшь, ещё и удобней будет!
— Ага, хорошо! — автоматически вырвалось у Тимура. — А что это? Бабушка посмотрела на него как на инопланетянина. То есть ему так показалось: ведь лицо бабушки закрывала занавеска, качаясь на ветру. Он понял это из-за долгой и неловкой паузы. Бабушка тяжело вздохнула: — Эх, что за поколение… Вон там, в углу стоит!
— Ага!
Тимур поднял коромысло, насадил два ведра и посмотрел на тропинку. Она шла далеко; ему не потребовалось много времени, чтобы понять: шагать придётся немало. Хотя вся сложность была в том, чтобы донести ведра обратно и не пролить при этом воду. Воздух был густым — вдохнуть полной грудью было почти невозможно. По дороге он пинал камни от скуки. Листья деревьев качались от лёгкого летнего ветерка. Вытирая пот со лба, Тимур прищурился: впереди уже виднелся родник! Мальчик сразу оживился и быстрым шагом дошёл до него. Остановившись в паре метров от родника, он поморщился: мутная тонкая плёнка непринуждённо плавала по воде. Мальчик увидел вокруг себя кучу фантиков и каких-то упаковок из-под еды. Солнечные лучи сверкали на водной глади. Тимур сомневался, что эту воду вообще можно пить без риска отравиться. Но против бабушки не пойдёшь. Он стал искать какую-нибудь ветку или обломок — чем можно отогнать мусор и плёнку. Прошагав немного, Тимур заметил ветку. Он схватил её, разогнал всякую грязь и набрал воды в оба ведра до краёв. Мальчику стало жаль, что источник стал местом для мусора. Взгляд Тимура скользнул по воде в вёдрах. Она была прохладной и чистой. Он удивился: она не стала мутной; видимо, ощущение грязи создавала мутная плёнка на поверхности. Дорога обратно казалась намного короче прежней. Тимур старался нести воду настолько аккуратно, насколько это возможно. Спустя какое-то время он всё-таки дошёл до деревни. Все дети уже разошлись по домам. Ему больше не было так обидно за то, что его друзья остались в городе: теперь его мысли были заняты лишь родником и той грязью, что оставили после себя люди. Деревянная калитка со скрежетом отворилась. Вытирая пот со лба, мальчик постучал в дверь.
Из кухни послышался хлопотливый голос бабушки: — Иду-иду! Она вытерла руки об фартук и открыла дверь. — Спасибо тебе, внучек! — бабушка мягко улыбнулась и взяла вёдра. — Вот я бы сама не смогла донести… Эх, как вспомню молодость…
— Да не за что, эби! Бабушка взяла кружку и опустила её в ведро. Она достала её и выпила пару глотков. Бабушка пила медленно; казалось, она слушает эту воду. В её глазах словно что-то блеснуло! Мягкая улыбка расплылась на её лице. Взгляд был устремлён не на мальчика и даже не на воду — а на выцветшую фотографию в углу стола.
Она протяжно вздохнула и начала: — Значит, жив ещё наш источник? Яхшы… Я-то уже думала: забыли его совсем…
— Да жив-жив… Только мусора там больше воды кажется; вода еле течёт — вот-вот погибнет ваш источник. Мальчик ожидал увидеть удивление или грусть на лице бабушки.
— Ну как-то так… Бабушка ничего не ответила. Она медленно сняла фартук, сложила его четыре раза и села на табурет. Морщинистые сухие руки плавно сложились на коленях старушки. Бабушка подняла взгляд на мальчика и заговорила вполголоса — словно разговаривая сама с собой:
— Знаешь… как раз у этого ключа я твоего деда впервые и увидала… Ему тогда шестнадцать стукнуло, а мне пятнадцать… Я по воду пришла — наклоняюсь… а он по ту сторонку реки стоит… Стоит и смотрит… Уж потянулась платок поправить да застеснялась… Вижу: руку тянет с деревянной кружкой да говорит: «Чишмэ кызын эч!» Пей дочка родника значит… Я смотрю — а он воду мне на подол платья пролил! Я на него рассердилась тогда конечно… Бабушка замолчала: ностальгия нахлынула на неё. Просидев так пару минут, она взяла платок и вытерла редкие слезинки в уголках глаз. Тимур понимал: насколько важно это воспоминание для бабушки. Он знал деда лишь по той старой серой фотографии в углу; мальчик даже не задумывался о том, что пережил когда-то этот человек в рамке. Тимура вывел из этих раздумий голос бабушки: — Когда ещё была война… — тон стал заметно строже… — этот родник можно сказать спас нас! Все колодцы в округе пересохли — один этот бил ключом воду… Лето было жаркое; земля трескалась… Вся деревня туда ходила; даже из другой к нему бывало приходили…
— Вот оно как… — сначала мальчик слушал вполуха; но потом рассказ бабушки стал затягивать его; он почувствовал: будто сам прожил это время за пару мгновений… Он был таким важным… — Знаешь, улым (сынок), у татар есть обычай: приходишь на родник — оставь что-нибудь чистое в знак благодарности этому же роднику: платочек белый да лоскуток какой-нибудь… Даже желание загадать можно было… Было время… Куст стоял ближе всех прочих да на него и стали завязывать… Помню: белый был весь, словно расцвёл снежными цветами… Люди верили: родник живой всё видит потому и не высыхает… Тимур посмотрел на ту руку (в которой держал палку) — и так стыдно ему стало за весь тот мусор! Как будто бы он сам виноват! Как же можно было так обойтись с родником? Пока он думал — бабушка погладила его по голове: — Поздно уже иди спать! Утомила я тебя рассказом своим да? Бабушка тихо рассмеялась и погасила свет на кухне. Тимур не до конца понимал: что на душе у бабушки но ему хотелось сделать что-то для неё; он потянулся и улёгся в мягкую постель. Всю ночь он долго размышлял о том что же он мог бы сделать? Время пролетело; он сам не заметил как уснул…
Наутро Тимур снова стал думать… Вдруг мальчик резко вскочил будто его ударили током! Он разложил старую лестницу поближе к люку чердака чтобы залезть туда… Открыв его — на Тимура упало облако пыли (ещё чуть-чуть и мальчик бы упал с лестницы). Почему? У него была аллергия на пыль; чихал он как великан). Удержав равновесие мальчик быстро вошёл в чердак. Из-за занавески выступали лучи солнца они сильно выделялись на фоне тёмного чердака; один из лучей светил прямо на то что ищет мальчишка — старую, потрёпанную жизнью спортивную сумку. Под влиянием бабушкиных рассказов о знаках от Бога Тимур подумал: это самый подходящий вариант! Закинув сумку на плечо он слез с чердака. Бабушка услышала шум вышла из спальни только хотела спросить что делает её внук а его след простыл…
Мальчику показалось дорога стала в пять раз короче! Он бежал что есть сил желая поскорее помочь роднику! Спускаясь к оврагу Тимур увидел мусора как было много так и осталось! Не то чтобы он думал кто-то тоже решит почистить родник нет ему было грустно что за всё время никто так и не решился это сделать! Мальчик начинает уборку! Он всё время оглядывался по сторонам лишь бы его не увидели другие ребята (а что? Засмеют ещё!) Тимур убирался так два часа но мусора казалось меньше не становится! Он уже поник понимая один он тут вряд ли справится! Вдруг из-за спины у мальчика кто-то зашептался это были те самые мальчишки с деревни ему стало так стыдно хотелось просто убежать больше сюда никогда не возвращаться! Один из них будто насмехаясь сказал: — Смотрите волонтёр нашёлся, какой молодец. Может ему ещё награду какую дать?
В голосе слышалась ирония. Эй, ты думаешь это болото можно почистить? Ты этот мусор будешь месяц без перерыва собирать! Тимур фыркнул теперь ему было больше обидно, чем стыдно! — Идите куда шли, вам-то какое дело? Один мальчик злобно посмотрел на Тимура, ему явно не понравились такие слова.Было понятно- просто так они не уйдут! Вдруг из-за деревьев кто-то выбежал с огромной палкой, она даже была похожа на маленькое дерево.Кто-то из мальчишек крикнул: — Друга своего позвал да?! Ну ничего. мы ещё тебе дадим! Смелыми они были лишь на словах, бежали они так пятки сверкали! Тимур решил отблагодарить своего спасителя- посмотрел на незнакомца, выбегающего из-за дерева.Это был мальчик примерно одного возраста с Тимуром, палка была для него велика- это точно…
— Это… Спасибо тебе за помощь! Мальчик оглянулся, подошёл к Тимуру.Его звонкий голос разрядил атмосферу: — Ух как я им задам, если ещё раз такое вытворят! А не за что.Я Петя Петя Солодков, рад знакомству. Вовремя я скажи же? Кстати тебя-то как звать?
— Ага… Я Тимур тоже рад знакомству…
— А ты что тут делаешь? Мусор собираешь? Давай помогу меня дед на рыбалку водил я весь мусор из воды выловлю я профи в этом деле можешь мне верить… — Правда? Не шутишь? Ты готов помочь?
— Конечно!
Поговорив ещё немного, они сошлись во мнении.Родник нужно спасать вдвоём. Дело пошло намного быстрее, вместе они стали убирать родник. Петя вдруг завёл разговор, как раз цепляя своей огромной палкой гнилую доску на воде: — Тимур. Знаешь, а я ведь тоже раньше хотел родник пойти чистить…
— Почему не пошёл тогда?
— Да, дед как раз запретил, говорит мол «лучше бы дома помогал да рыбу ловил. Вода ведь итак есть…»
— Ясно. Придётся тебе наврать деду. Тебя разве не наругают?
— А кто сказал, что я совру им? Скажу, что рыба не клевала, да и дело с концом.
-Рыба? Так у тебя же нет удочки! Петя опешил и посмотрел по сторонам. Удочки и впрямь нигде не было. Он героически вздохнул, будто бы генерал после проигрыша. — видимо, от судьбы не убежишь.. Тимур ничего не ответил на это. Этот, казалось бы обычный диалог, поставил между ними прочный фундамент дружбы. Пока они увлечённо собирали мусор, изредка обмениваясь парочкой фраз, небо начало багроветь и солнце близилось к линии горизонта. Они стали собираться домой. Оба начали прощаться.
-Ну, хорошо сегодня пособирали, ещё немного и оживёт наш ключ..
-Да.. Странно, мне так приятно на душе.
— Почему же странно.. Наоборот, это вполне естественно. Вот когда ты какую-нибудь работу делаешь по дому, тебе приятно, что ты наконец закончил дело?
— Да!
-Ну вот! Представь, что ты ещё и людям помогаешь! Потому то ты и чувствуешь радость на душе.
Тимур радостно улыбнулся и помахал рукой Пете в ответ. Когда он дошёл домой ,бабушка облегчённо выдохнула.
-Я уже думала, что с тобой случилось чего!
— Прости, Эби. Я с другом играл… И задержался немного. Мальчик отодвинул старую сумку. Он старался не выдать свой сюрприз. Бабушка, конечно, очень перепугалась за внука.
Так прошло несколько дней. Мальчики бегали чистить родник с утра до ночи каждый день. Их невероятные усилия окупились. Родник стало не узнать. Он стал кристально чистым, как в те былые времена..
В один из вечером Тимур радостный подбежал к бабушке и попросил её пойти с ним. — Эби, Эби! Там такое.. Тебе нужно увидеть! Я подготовил тебе сюрприз.. Бабушка, конечно, удивилась, но все же пошла. Вскоре оно дошли до родника. Увидев чистый родник, бабушка замолчала. Она тихо смотрела на журчащую воду и в глазах её появились слезы. Она положила руку на плечо внуку. Эби гордилась им. Дрожащая рука старушки достала белоснежный платочек. Бабушка подошла к склонившейся над водой иве и завязала белый платочек на её ветвях. Тимур даже не до конца осознавал, насколько это важно для неё.
Прохладный ветерок колышет белый платочек. Теперь родник жив. Мальчику даже показалось, что в журчании воды он слышит голос самого родника, который благодарит его. Тимур закрыл глаза и улыбнулся. Это было лучшее лето, которое он никогда не забудет.
