I
Жизнь в деревне она совсем другая. Не такая как в городе. Неспешная. Без суеты и спешки. Но при этом все всегда, как говорит бабушка Валя «при деле».
Каждые летние каникулы мы с сестрой проводим в небольшом хуторке Салтынском Урюпинского района. Две улицы на весь поселок. Из окна дома виден лес, а по вечерам отчетливо слышен шум небольшой речушки. Все здесь не просто знают друг друга, а события одного двора редко остаются новостями на одну улицу. Вчера у бабы Мани кошка привела котят, целых 5. За день соседские ребята пристроили троих, а вот двоих никто не берет. У деда Мити лиса утащила 4 курей, все переживали и на ночь поставили ловушки, надо же негодницу поймать!
Здесь фраза «пойти на улицу» не обозначает «выйти из дома», а пойти на прогулку, конечно, надев свеженький наряд! После жаркого дня и тяжелой работы к соседнему двору стягивались люди. Дядя Вася, коренастый сутуловатый от возраста мужчина всегда на месте, с широкой улыбкой, которая пряталась за густыми усами, ждёт гостей. Жизнь сильно побила мужчину, в самом расцвете сил остался он инвалидом, но так и остался душой компании. Местные мужики сколотили около двора лавочки так, чтобы и побеседовать было удобно, и в картишки перекинуться.
Но вот включили первые фонари. Для меня это был сигнал. Бабуля уже подоила корову, а на крылечке уже ждёт банка молока, которую нужно доставить получателю.
Я никогда не видела жителя этого дома. По инструкции, оставив банку молока около завалинки, брала пустую и отправлялась домой.
Сегодня на месте пустой банки оказалась полная. «Странно… — подумала я, — Видимо, молоко никто не забрал со вчерашнего вечера». Позади мена лаял пес, казалось, что вот-вот сорвется с цепи. Я обернулась и увидела, что его миска пуста. По высохшей поверхности было понятно, что воды в ней не было уже не один час! В такую жару! Открыв вчерашнюю банку с уже прокисшим молоком, подошла к серому (пес так напоминал волка). Он уже не лаял, а терпеливо ждал, когда я покормлю его.
Ну вот одно доброе дело сделано!
Деревянный дом встречал посетителей высоким крыльцом с резными колоннами. Дверь оказалась приоткрыта. Собрав все свои детские силы в кулак, я отчетливо постучала. Никто не ответил, но издалека послышалось «Входите».
На большом кресле, напоминающем трон, сидел высокий худощавый мужчина. Он сразу узнал меня, но не именно меня как Василису, а как дочь Лены, уж «больно» я похожа на маму, которая росла у него на глазах. Около кресла лежали пустые упаковки от таблеток. Оказывается, Дед Валентин (как все его называли дед Валя) приболел. Так было ему худо, что и на улицу выйти не смог, а таблетки закончились, так и связи на сотовом телефоне не было!
Что есть сил я побежала за бабулей, чтобы рассказать о беде. Может быть, от меня, маленькой девочки, сейчас зависит жизнь взрослого человека!
Всего за 20 минут сошлось во дворе целое местное собрание. Нашлись и нужные таблетки! И мастера сотовой связи. Разве не удивительно, что за одного пожилого человека в деревне переживает так много людей? Родственники все?
На следующий день дед Валя пришел в норму. И сам встретил меня во дворе, когда я принесла новую порцию молока. Пригласил пить чай.
Сегодня в комнате казалось намного уютнее. На столе лежало много старых фотоальбом, на стенах — картины и портреты. За стеклом серванта стояла необыкновенного цвета папка, с которой я не сводила глаз, пока пила чай. Дед Валя, заметив мое любопытство, открыл полку и достал архив. Аккуратно развязал уже потрепанные веревочки, папка распахнулась.
Многие тайны, неразгаданные мной ранее, например, чем заслужил этот человек такое всеобщее уважение, сегодня были разгаданы. Папка была хранителем жизненных историй. Оказалось, Валентин Васильевич многие годы работал на ферме, которая для колхоза была очень ценной. Грамоты рассказывали, как совсем еще молодой скотник добился среднесуточного прироста телят на целых 774 грамма при норме 500! Следующие бумаги говорили о благодарностях за сохранение потомства телят, за достойный труд в совхозе. Среди бумаг с яркими красными обложками хранилась маленькая синенькая книжечка. В 1996 году Валентин Васильевич получил удостоверение «Ветеран труда».
Долгие годы работал дед Валя на ферме. К сожалению, с приходом изменений в стране пришли изменения и в деревню. Фермы не стало. Многие «рукастые» люди уехали в город. Остались люди при своих коровках, а знаний мало. Вот и стали обращаться все за помощью к человеку, который многие годы работал телятником, скотником. А дед Валя всем помогал и помогает. Конечно, сила уже не та, но руки помнят, как правильно и телка принять, и кормить потомство.
В этом году Валентину Васильевичу исполнилось 90 лет! От времени его глаза стали чуть хуже видеть, но сердце все так же любит жизнь!
II
На полу, завернутый в пуховый платок, лежал грязный комок, издавая звуки, похожие на мяуканье.
В комнату зашел дед. Окинул комнату взглядом, пристально посмотрел на нас, будто знал, что мы что-то уже натворили. Я посмотрела на Алёну, которая была младше меня на 2 года, но большинство задумок — дело ее рук. А Алена посмотрела на меня, мы уже знали, что сейчас достанется…дело времени.
За спиной раздалось слабое «мяу». Дед отодвинул нас к стене и увидел тайного гостя. Даже без слов было понятно, что нужно рассказать подробности.
На перебой мы поведали, как на соседней улице, рискуя своей жизнью, отбили и выхватили из пасти дворовых собак несчастного котенка.
Дед дослушал историю до конца. Похвал за храбрость, отругал за бездумный поступок, так как собаки могли схватить и нас. А в конце добавил: «Он здесь не останется…»
Дед Вова всегда был строг к необдуманным поступкам и нежеланным питомцам, которых мы часто притаскивали с разных концов хутора. Никогда не ругал, но его четких слов всегда хватало, чтобы «отсечь» все на корню. Мы с Аленой всегда слушались, не спорили и не оговаривались. Все знали, что в душе дедуля очень мягкий, отходчивый. Нужно только подождать.
Со двора с ведром молока зашла баба Валя. Мы бросились ей помогать, заодно рассказала о своем подвиге, обмолвились, что с котенком придется расстаться, так сказал дед.
После дойки молоко процедили. Заработал сепаратор. Сегодня, как и каждый день, баба с дедом занимались переработкой молока. Откинули творог. Сварили сыр.
Когда все дела были закончены, вся семья села за стол. Так было всегда. Во время ужина все рассказали, как прошел день. Потом долго-долго пили чай.
Сегодня чаепитие затянулось, так как «висел» немой нерешенный вопрос, как поступить с котенком. Мы не смели спросить, а дед молчал.
Баба Валя, положила руку на плечо деда и так моложаво спросила: «Пусть остаётся?» Дед молча встал из-за стола и направился в сторону своей комнаты, проходя мимо свергнутого на полу платка, буркнул: «Пусть. А мышей вы за него все ловить будете».
Мы с Аленой бросились обнимать бабулю! Она всегда знала, как правильно поступить и как обойти строгость деда Вовы, ведь вместе они уже более сорока лет.
Все втроем мы пошли рассматривать, как говорила баба Валя, «масштаб трагедии».
Набрали таз теплой воды. Начали купать кота. Долго не могли определить пол. Пришлось разбудить деда, который спросонья долго бормотал что-то себе под нос, но пришел нам на помощь. Определил, что это кот. Добавил, что неплохо бы назвать Беляком. Сказал, что на нашем новом питомце полно блох, и принес дихлофос. В деревне это было единственное средство ото всех гадов сразу.
И вот через час в завернутый в чистое полотенце перед нами лежал белоснежный пушистый котенок! Размером с Аленкину ладошку.
Время близилось к полуночи. Все разошлись по своим комнатам. Беляку выделили коробку из-под обуви, застелили старой пуховой косынкой.
Мы с Аленой долго не могли заснуть. Обсуждали происшествия уходящего дня. Но сон взял свое.
Проснулись мы, как нам показалось, раньше всех, до первой песни петуха. Побежали посмотреть, как Беляк провел эту ночь на новом месте. Но коробка оказалась пуста…
Мы выскочили на улицу, посмотреть, авось, кот выбежал на улицу. Навстречу шла бабуля, которая уже завершила утреннюю дойку.
По негласным правилам дома раньше всех просыпался дед. Отрывал сараи, выпускал живность во двор, приводил корову в стойло. И вот уже выходила во двор бабуля. А глава семьи отправлялся, как он сам говорил «дозаривать».
А может дед не сдержал своего слова? И выгнал котенка пока мы спали?
Нужно разузнать.
Большая дубовая дверь вела в спальню взрослых. Тяжелая дверная ручка издала предательский скрип. Дед сквозь утренний сон перевернулся на другой бок, но не проснулся. А около его руки, робко прижавшись, лежал Беляк!
Теперь мы были спокойны. Каждую ночь кот приходил к деду на ночевку, тот же, в свою очередь, не только не прогонял пушистого, но и делился одеялом.
А зимой дед сам принёс домой непрошеных гостей. Где-то подобрал двух умирающих козлят. Кстати, тоже белых. Сердце пожилого человека стало не таким строгим как раньше.
Нашего деда Вовы не стало летом 2022 года.
Кот Беляк так и спит на той же кровати, а баба Валя каждый день пасет свое небольшое стадо, которое из двух полуживых козлят выросло в 36 голов.
III
Из бабушкиной каморки донесся звук падающего предмета. Мы поспешили к двери, из которой со всех ног выбежал кот Степан, тем самым выдавая себя, что именно он совершил дрянной поступок.
На полу лежала упавшая коробка. Клубки пряжи уже успели разбежаться по всей комнате и перепутаться. Да! Предстоит потратить ни один час, чтобы навести порядок в каморке.
Обычно при слове «каморка» возникает ассоциация тесного, темного и угрюмого помещения. Но в нашем случае такое описание не подходит. Большая светлая комната с распашным окном. В углу примостился старенький диван, покрытый всегда свежевыстиранным белым покрывалом. На полу – небольшой половик бежевого цвета. Комната получила своё название после шутейного разговора: бабушка Валя тогда сказала, что здесь она «…создает шедевры как папа Карло в своей каморке». Так слово и прицепилось к бабушкиной комнатке.
В каморке всегда царит порядок, понятный только бабуле. В углу красуется ножная деревянная прялка. Сразу вспоминаются сказка «Золушка» и волшебное веретено, и добрая фея. Эту прялку еще очень давно смастерил сам мой прадед Иван. Со временем механизм потрепался, дерево рассохлось, часто рвутся струны. Всё это доставляет много хлопот, но, по-прежнему, пожалуй, прялка остается самым ценным предметом в доме, создающим атмосферу уюта и тепла.
Рядом на полке стоит уже более современный электрический механизм. 20 лет небольшая серенькая прялка служит этому дому.
На старом сундуке стоит большой короб с клубками, соединенными между собой огромной булавкой, чтобы пряжа не перепуталась между собой по цвету и качеству. Вот белая пряжа для тонкой паутинки, рядом – голубая на косынку, а внизу много маленьких клубочков с остатками, которые пойдут на пуховые носки. Именно этот короб Степан уронил на пол…
В самом же сундуке всегда хранилось самое важное, как говорила бабуля, «материал для творчества» — пух, еще необработанный, над которым придётся много поколдовать, чтобы получилось добротное изделие.
Урюпинский район Волгоградской области, где живет моя бабушка, издавна славился своими пуховыми изделиями. Во время Великой Отечественной войны рукодельницы передавали на фронт носки, косынки, которые помогали в холодное время греться бойцам. Особенно прославились перчатки с двумя пальцами, ими пользовались во время стрельбы.
В послевоенное время из-за большого уровня безработицы многие люди вязали и продавали платки, нередко это оказывалось единственным средством заработка для местных.
На сегодняшний день, к сожалению, большинство жителей уже не берут в руки спицы, но каждый знает, по какой причине в райцентре установлена скульптура козы. Да и животины во дворах заметно поубавилось.
В доме Бардиных (так называли жители, знающие нашу семью) все были включены в ремесло. С ранней весны начинали чесать коз. Весь пух разбирали по мешкам. И начиналось самое интересное! Пух смешивали! Как художник смешивает тона, так разнообразна становилась пуховая палитра. Нужно пряжу светлее? Так и белого пушку добавить можно! Но ни в коем случае не переборщить, иначе появятся светлые пятна на готовых изделиях.
В этом году бабушкин сундук был до краев набит мешками с пухом! 46 коз дали более 20 кг «серого золота».
В один из вечером мы все собрались в каморке бабули. Она расстелила большое белое покрывало и бросила в центр первый клочок пуха, как обозначение, что работа началась. У каждого из нас в руках свой пакет с пухом. Поочередно мы бросали маленькие кусочки, пока из большого количества мешочков не получилась одна огромная цветная пуховая гора, похожая на перьевые облака! Бабуля собрала края покрывала.
Теперь появилась работа для деда. Он достал старенькие потертые чески. Они служили ему уже не первый год. Из-под легкой руки деда разноцветные клочки постепенно выходили однотонными пластами.
И вот в дело вступает прялка. Бабуля садится около окна. Тонкими ручейками пуховые полоски перетекают и ложатся на нитки. Пряжа готова!
Дальше стирка. Сушка… Теперь найдется дело и для нас, самых старательных внучек! Бабуля достает две моталки. На одну вешает постиранный моток. Край пряжи цепляет на второе приспособление. Наша задача – перемотать с одной конструкции на другую всю пряжу и обратно. Бабуля говорит, что чем больший путь совершит нить, тем она станет мягче. Мы всегда готовы помочь! Увлекательное это занятие!
… Долгими зимними вечерами пряжа превращается в пуховые изделия.
Когда-то давно бабушка научила вязать и мою маму. Первая косынка из-под маминых спиц была продана аж за 220 рублей! Данный бюджет был потрачен на красивую синюю рубашку, которая пострадала под раскаленным утюгом в первый же день покупки, поэтому было решено, купить и новый утюг!
Мама же научила вязать и меня. Конечно, я пока еще не освоила вязание косынок и платков. Не хватает усидчивости. Но желание помогать тем, кто защищает нашу Родину сильнее минутной лени и слабости. Из небольших клубочков, которые остаются от основных изделий, мы вяжем носки для участников Специальной военной операции. По вечерам я старательно перекидываю петли, которые одна за другой сливаются, превращая серую однотонную пряжу в самые теплые и мягкие изделия для тех, кто далеко от дома.
