Солнце клонилось к закату. Лиственные деревья, как будто страшась грядущих холодов поседели, а теперь и вовсе скинули с себя жухлые остатки былой молодости.
Среди всего многообразия звуков, что можно встретить в горных лесах, вам без труда составит узнать песню огня, жаркую, монотонную, завораживающую.
Вылезая из полатки, молодой человек обнаружили тень, греющеюся рядом с трескучим поленом.
— Добрый день, — сказал незнакомец — вы не против, если я погреюсь у вашего костра?
— Нет, нет. Пожалуйста, — пробормотал сбитый с толку юноша, всё же увидит человека здесь, в столь отдалённых от цивилизации местах — это поистине редкое событие.
— Долго по лесу ходите? — спросил незнакомец, набивая трубку табаком.
— Дня три.
— Геолог?
— Геологоразведчик.
Мужчина поморщился:
— Бросьте вы умные слова говорить, — большёй клубень дыма, словно майский жук, тяжело полетел к звёздам — мудрости от них не прибавится, а голова устанет. До озера доходил?
— Какого?
— Дальнего.
— Того, в которое Яшня впадает?
Собеседник юноши улыбнулся: Пригорское, да какое же оно дальнее, на него ребятня, чуть ли не с семи лет бегает по утрам, я про другое.
— Тогда не знаю — потупленно и даже с некоторым чувством раздражение заявил «геологоразведчик» .
Путник тяжело вздохнул: Сходи, обязательно сходи на это озеро, дня два назад был там, на крякв значитс хотел поохотится, слышу, селезень кричит, ну думаю, щас ты у меня потанцуешь брат. Выхожу на берег, а там, ляпота такая, что полчаса оторваться не мог, косяк уж давно поднялся, путь продолжил, а я всё гляжу, да гляжу.
Табачный дым тонкой струйкой поднимался в ночное небо, слово, за слово и разговёр пошёл, пошёл и закончился.
— Да… — многозначительно заявил охотник глядя в тёплый пепел — пойду я, а то уж родственники наверное беспокоятся. Бывай, каменовед .
— Подождите, — перебил юноша — где вы хоть то озеро видели? Пойду погляжу на него .
Утро было осенним, холодным, пасмурным. В лесном горном воздухе стояла тишина, лишь редкая птица смела испортить её своим не красивым криком, который отзывался в сердце печальными, а порой даже пугающими нотами.
Но вернёмся к нашему герою, чьи сапоги хлюпали в болотце, стучали по скалам и утопали в моховой подстилке леса .
Путь пошёл вверх, остановился на вершине хребта, соколом прыгнул вниз, уводя странника за собой в чащу леса. Тучи сгущались, солнце скрылось, и вот уже первая снежинка начинает свой танец, а затем и тьма её сестёр решает присоединиться, вливаться в этот странный вальс.
» Им хорошо, пролетят, упадут, да и растают, не успеют задуматься ни о себе, ни о других. Шагнут в небытие без горести о прошедших минутах, а как быть мне — человеку? «
Земля слезла вниз к берегу реки, увлекая новоиспечёного философа в ледяную воду.
Опять костёр, опять шум, теперь его причина не только огонь, но и зубы молодого человека, отплясывающие дикую чечётку. День вновь подходит к концу .
Боль — слово которое исчерпало и не исчерпало всё случившееся этой ночью. Лучи света, исходящего от костра, подобно львам терзали глаза юноши, нечто глядело на путника из темноты, нечто, которое никак нельзя было обнаружить, но так легко было почувствовать. Разум терзаемый жаром играл с человеком в такую игру, что черти могли бы лопнуть от зависти. А самое противное — мысли, от них не спрячешся, не убежишь, они заставляют тебя сожалеть о каждом поступке, о каждом прожитом дне и никак от них не спрятаться, покуда сами не ослабеют, покидая полуживое измучиное тело.
Больному было всё хуже и хуже, он видел тени, зверей, людей, свет ослабел — нечто загородило костёр, глаза путника закрылись.
Воздух был холоден и свеж, то там, то тут лежали остатки вчерашнего снега. Насупившийся снегирь завтракал ягодами рябины.
Вновь были одеты сапоги, опять был одет рюкзак. То ли болезнь прошла сама собой, то ли нечто загадочное спасло юношу от неминуемой гибели, кто знает? Да и важно ли это?
Но вот деревья расступились. Перебирая волнами гальку, озеро поздоровалось с долгожданным гостем.
— Зачем? Зачем ты рисковал жизнью, шёл за тридеветь земель, чтобы полюбоваться видом какой-то лужи? — чуть ли не закричал строгий женский голос.
— Нет — ответил немолодой рассказчик — люди всегда, что-то ищут, идут к цели, незамячая порой главного — процесса. Вся наша жизнь проходит в пути и даже если не дойти до цели, то дорога была пройдена не зря, она обязательно что-то тебе даст, что-то покажет, чему-то научит.
Вновь зашумело озеро, опять подул ветер, а дорога уже звала странника, звала его в прекрасный бесконечный путь.
