Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Уильям Бейкер

В английской деревеньке, носившей название Безымянной, в этот летний вечер шёл проливной дождь. Не стоит скрывать от читателя тот факт, что такое название деревенька получила за свой малый размер. Однако, как бы это ни было странно, в Безымянной деревне обитали весьма зажиточные люди. Вот одним из таких людей был Джеймс Рив.

Он жил с двумя своими детьми: пятнадцатилетней девушкой Френсис и восьмилетним мальчишкой Джоном. Жена мистера Рива умерла, а он, в общем, не слишком тосковал — с тех пор прошло семь лет, и воспоминания уже не приносили ему боли.

Сам по себе Джеймс Рив был невысок, имел крепкое телосложение, носил светлую бороду, кое-где поседевшую от возраста. Так же неотъемлемой частью его внешнего вида были очки в массивной тёмно-коричневой оправе. Как ни уговаривала его Френсис купить другие очки, он наотрез отказывался.

— Эти очки мне подарила твоя мать! — сердито говорил он всякий раз. — Её больше нет. Ты что, хочешь, чтобы я выбросил их?

Конечно, Френсис любила мать и хотела уговорить отца попросту поменять очки, но ни в коем случае их не выбрасывать. Но видя, что он непреклонен, девушка, наконец, перестала это делать.

В Безымянной деревне в этот вечер шёл проливной дождь. Джеймс Рив с тоской глядел в окно. Он ненавидел дожди по той причине, что его жена умерла именно в тот день, когда шёл сильный дождь.

— В такую погоду хозяин собаку из дома не выгонит! — сердито пробормотал он.

Дверь кабинета мистера Рива бесшумно отворилась чьей-то рукой. Спустя мгновенье в дверном проёме возникла Френсис.

— Папа, Мэгги принесла кофе в гостиную, сообщила она.

Сегодня её медно-рыжие волосы были распущены и достигали талии. Отцу это не понравилось.

— Френсис, иди в свою комнату и собери волосы! Ты же прекрасно знаешь, что я не люблю, когда ты ходишь в таком виде!

— Но, папа! — со слезой в голосе произнесла та. — Я всегда хожу с собранными волосами, а мама считала, что это вредно!

— Ну, раз твоя мать так считала… Хорошо, — вздохнул Джеймс.

Настроение у него сегодня было отвратительное, поэтому, когда они вместе с Френсис спускались в гостиную, он проворчал:

— Надеюсь, что эта дурочка Мэгги сегодня не разлила кофе? Право, её работа очень не качественна! Помнишь, Френсис, как она позавчера уронила поднос, который несла в руках? Разбила, между прочим, все три чашки!

Френсис хотела было возразить, но промолчала, лишь укоризненно взглянула на отца. Ему совершенно не нравилась служанка Мэгги, пришедшая работать к ним совсем недавно. Она действительно была неуклюжа и неопытна, поэтому Джеймс Рив хотел поскорее уволить её. Но Мэгги стала хорошей подругой Френсис, и только это обстоятельство оставляло её в доме.

В гостиной на столике стоял медный поднос с двумя чашками и кофейником. Джеймс Рив сел в одно из бархатных кресел и взял чашку с подноса. Оглядев её со всех сторон, он ехидно воскликнул:

— Надо же такому случиться — на моей чашке ни одной трещины! Вот это диво! Френсис, осмотри-ка и ты свою чашку! Неужели на ней тоже ни одной царапины?

Френсис не вытерпела:

— Папа, не надо судить о ней так строго! Ей же двенадцать, она не может работать идеально! Но Мэгги — очень добрая и хорошая подруга…

— Я не спорю. Как друг она, наверное, действительно хороша. А я говорю о е работе! Конечно, идеально она не может работать в силу возраста. Но чтобы не смочь элементарно донести до гостиной поднос с чашками!..

Френсис вздохнула и принялась за кофе. Конечно, оглядывать чашку в поисках трещин она и не собиралась.

Кофе пили уныло и в полном молчании. Дождь за окном усилился настолько, что стало практически невозможно что-либо различать. Однако мистер Рив всё же заметил какое-то чёрное пятно, медленно продвигающееся по дороге. Иногда оно останавливалось и в течение какого-то времени не двигалось, а потом так же спокойно начинало идти в сторону маленького леса.

— Боже упаси, это же какой-то человек! — поражённо воскликнул мистер Рив. — В такую погоду нормальные люди не ходят по улице! Может быть он сумасшедший? Френсис, взгляни-ка: не знаешь ли ты случайно этого человека?

Девушка выглянула в окно и прищурилась, силясь разглядеть этого странного человека за пеленой дождя.

— Конечно, узнать кого-либо на улице в такую погоду весьма затруднительно, — изрекла она, наконец. — Однако я с точностью могу сказать, что этот человек в нашей деревне не живёт. У него совершенно незнакомый мне силуэт. Да, насколько я понимаю, он в плаще.

Несколько секунд Джеймс Рив колебался и смотрел на этого странного человека, разгуливающего по дороге во время сильнейшего ливня. Потом резко развернулся и посмотрел на дочь.

— Мне нужно догнать его.

— Зачем же? — непонимающе спросила та.

— Я никогда не видел его здесь. Его поведение и внешний вид внушают подозрение. Возможно, он…

— Кто? — перебила Френсис.

— Я не утверждаю, но считаю вполне возможным, что он… ммм… преступник.

Не слушая смеха и возражений дочери, он схватил свой револьвер, надел пальто, шляпу и выбежал на улицу.

В один миг Джеймс Рив промок до нитки. Дождь залеплял глаза, крупные капли больно ударяли по лицу, но мужчина старался не обращать на это внимания. Он сам особо не верил в то, что человек в чёрном плаще — преступник. Не понимал, зачем догоняет его. Какое-то шестое чувство подсказывало ему, что так надо. Джеймс Рив бежал по дороге, ему под ноги попадались камни и с громким треском отлетали в сторону, а человек впереди, казалось, не слышал этого. Он продолжал спокойно гулять под ливнем.

Наконец Рив оказался в двух шагах от странного человека в чёрном плаще. Выхватив из кармана револьвер, он громко спросил:

— Кто вы?

Человек обернулся, и мистер Рив поразился, взглянув ему в лицо.

На вид этому человеку было под пятьдесят лет. Судя по всему, он не был дома несколько дней — лицо его поросло щетиной. От левого глаза до рта мужчины протянулся ужасный шрам, похожий на высохшую рыбью кость. Лоб его был сплошь в морщинах, кустистые брови не шевелились. Но несмотря на такой зловещий вид, этот мужчина не вызвал у мистера Рива неприязни и отвращения. Наоборот, он внушал неимоверную доброту и интеллигентность.

— Кто вы? — повторил мистер Рив, опустив револьвер.

— Я? — переспросил человек, и Джеймс удивился, каким мягким и приятным оказался его голос. — Моё имя — Хейсти Шарп. А вы, полагаю, доктор Рив? Джеймс Рив?

— Да… — протянул тот. — Откуда вы знаете меня?

— А как же вас не знать? — воскликнул Шарп. — Вся деревня говорит о ваших чудодейственных лекарствах!

— Так вы здесь живёте?

— Можно и так сказать.

— То есть вы сами не уверены?

— Знаете, проще всего будет вам показать. Не хотите ли вы зайти ко мне на чашечку чая? Я живу недалеко.

Джеймс Рив задумался.

— Видите ли… Мне надо предупредить дочь…

— Так зайдите домой! Я подожду вас прямо тут, заодно погуляю немного.

Тот во второй раз поразился тому, что его новый знакомый вот так просто гуляет под ливнем. Поэтому он поскорее зашёл домой, вынул из кармана клочок бумаги, по каким-то обстоятельствам оказавшийся там, нацарапал записку и оставил её на столике в прихожей. Джеймс Рив понял, что Френсис не на первом этаже, поэтому не стал её звать и вышел из дома, надеясь только на крохотный клочок бумаги с предупреждением об отсутствии…

— Ну что, вы зайдёте ко мне на чашку чая? — вновь спросил Шарп, когда мистер Рив вернулся из дома.

— Не откажусь! — улыбнулся тот.

Они шли по дороге, которая вела к самому маленькому лесу их деревни. Джеймс Рив был просто поражён.

— Простите, а почему вы ведёте меня в лес?

— Я живу сразу же за ним.

Это был самый неожиданный ответ, который вообще мог представить себе Рив. Сразу же за лесом начинался очень крутой склон, поросший кустами шиповника. Какого-либо дома там уж точно не могло быть.

Наконец мужчины достигли леса. К этому времени Джеймс Рив успел пожалеть, что не взял из дому зонт. Дождь больше не усиливался, но и не прекращался.

— А как давно вы живёте… ммм… здесь?

— Дайте-ка подумать… — пробормотал Хейсти Шарп. — А! Я живу тут уже около шести лет.

— Шесть лет?! — переспросил Рив. — Но почему же тогда я о вас ничего не знаю? Наша деревня очень мала!

— Видите ли, я был вынужден покинуть свою семью и скрыться здесь. Нет-нет, я не совершал никаких преступлений! — воскликнул тот, стараясь предупредить вопрос своего спутника.

— Зачем же вы тогда скрываетесь?

— О, я не могу вам этого сказать. Во всяком случае, пока что. Я дал клятву самому себе… Мы почти пришли!

Джеймс Рив понял, что Шарп нарочно старается отойти от той темы, поэтому расспрашивать нового знакомого не стал.

Он сам не заметил, как они прошли самый маленький лес Безымянной деревни и теперь стояли на вершине большого холма. Место это было безумно красивым: внизу простирались поля, засеянные пшеницей и горохом. Посмотрев чуть влево, можно заметить вдали небольшое, но очень красивое озеро.

— Знаете, я достаточно часто там бываю, — задумчиво сказал Шарп. — Берег того озера — очень тихое и уютное место!

— Вы там бываете? — переспросил Джеймс Рив. — Но, простите… до того озера нет ни одной дороги!

— Но ведь на полях есть тропинки. По ним я и добираюсь до озера. Как же вы не понимаете, что при большом желании можно найти огромное множество выходов из ситуации?

Мистер Рив вздохнул и ничего не ответил. Он уже давно понял, что Хейсти Шарп — очень мудрый и самоотверженный человек, поэтому считал знакомство с ним настоящей удачей. Ведь такие хорошие люди, причём ещё и интеллигентные, встречаются довольно нечасто.

— Где же вы живёте? — вновь спросил Рив.

— В двух шагах отсюда, — махнул рукой Хейсти.

Джеймс огляделся: поблизости не было ни одного дома. Не имелось ни одного сарая, палатки, шалаша — ни одного строения, пригодного для жизни.

Шарп тем временем начал осторожно спускаться с холма, поросшего шиповником. Рив устремился за ним. Спускаться было очень больно — шиповник неумолимо колол руки и ноги — но мужчины не обращали на это внимания. Кусты шиповника оказались очень высоки, в них легко можно было погрузиться с головой.

— Вот мой дом, — указал Хейсти Шарп на землю, по которой они спускались.

Поначалу Джеймс Рив ничего не понял и очень удивился. Затем он посмотрел в указанном направлении и заметил старую деревянную дверь прямо в склоне холма, на которой висел тяжёлый железный замок.

— Эта дверь… ведёт в ваш дом?

— Да. Этот холм — мой дом, — улыбнулся Шарп.

— Но почему вы поселились именно тут?

— Это очень долгая история. Боюсь, я не успею вам её рассказать…

Рив понял, что его новому знакомому попросту не хочется говорить об этом.

Хейсти Шарп вытащил из недр своего плаща старый и ржавый ключ, которым он с трудом открыл замок. Дверь поддалась и со скрипом отворилась.

Изнутри холм представлял собой просторное и уютное помещение. Стены его были очень аккуратно отделаны полированной доской, так же как и пол, на котором к тому же лежал вязаный красный ковёр. По правую сторону от двери стояла складная кровать, огромный шкаф, большой стол, два стула и небольшая печь, а по левую — газовая плита, раковина и небольшой сервант. Над кроватью висели две длинных полки с книгами. На вышеупомянутом столе стоял бронзовый подсвечник, часы, чернильница; около чернильницы лежала толстая стопка чистых белых листов.

— Должен признать, что эта комната прекрасна, — сказал Джеймс Рив. — Она находится внутри холма и при этом так уютно обустроена!

Хейсти Шарп улыбнулся. Ему было очень приятно услышать это. Долгие четыре года он трудился не покладая рук ради её создания.

— Садитесь за стол, — засуетился он.

Поставив кипятиться чайник и выудив из огромного шкафа коробку печенья, Хейсти сел напротив мистера Рива.

— К сожалению, на данный момент это всё что у меня есть к чаю, — застенчиво проговорил он. — Я небогат, но надеюсь, что это исправится.

Через какое-то время чайник закипел. Шарп поспешно заварил две чашки чая и поставил их на стол. Одну себе, а другую — новому знакомому.

— Знаете, все эти шесть лет я мечтал с вами познакомиться, — сообщил он. — Вся деревня кишит разговорами о ваших лекарствах и превосходному умению лечить очень тяжёлые болезни! Скажите, пожалуйста, из каких трав создана ваша фирменная лечебная настойка?

Завязался разговор о всевозможных лекарствах и медицине в целом, который продлился достаточно долго. За время всего разговора Джеймс Рив не раз восхищался необыкновенными познаниями Хейсти Шарпа в этой сфере. Столько информации мог знать только профессионал.

— Простите меня за любопытство, но откуда вы знаете столько всего о медицине? — удивлённо спросил мистер Рив.

Шарп замялся и слегка покраснел, словно что-то скрывая. Потом прокашлялся и тихо произнёс:

— Мне с детства очень запомнились рассказы матери…

Джеймс посмотрел на своего нового знакомого проницательным взглядом, но то не раскололся. Он явно что-то скрывал, но не собирался выдавать свою тайну.

Рив взглянул на свои наручные часы. Толстая чёрная стрелка указывала на цифру восемь, что говорило о двухчасовом походе мужчины в гости к Шарпу.

— Пожалуй, мне уже пора домой, — учтиво сказал он хозяину холма.

— Ну что ж, до свидания! Для меня было честью познакомиться с вами.

Домой Джеймс Рив вернулся промокший до нитки — к вечеру дождь так и не прекратился. Он швырнул пальто и шляпу на стул, после чего прошёл в гостиную.

Там сидела Френсис. Лицо её было бледное, как полотно. Глаза девушки были широко распахнуты, губы сжаты настолько, что походили на тонкую линию. Завидев отца, Френсис резко выдохнула, медленно поднялась, подошла к нему и дрожащей рукой потрясла у него перед носом его же запиской.

— Почему ты… не написал тут… во сколько ты вернёшься? — срывающимся шёпотом спросила она.

— Что с тобой?! — вместо ответа воскликнул тот.

— Я подумала, а что, если ты был прав? Что, если тот человек в чёрном плаще действительно был преступником? С тобой же могло произойти всё, что угодно! — она сорвалась на крик.

— По моему, тебе плохо, — пробормотал Рив. Он усадил дочь обратно в кресло, позвал Мэгги и попросил её сделать травяной чай для Френсис.

Той действительно было нехорошо.

— Так кто же это был — преступник? — тихо спросила она.

Отец глубоко задумался.

— Нет, дорогая, — изрёк он, через несколько минут, улыбнувшись. — Это очень хороший человек.

На следующий день Френсис не стало лучше. Отец осмотрел её и с лёгкостью установил нервный срыв. Назначив дочери нужные лекарства и приказав ей соблюдать постельный режим, он, наконец, задумался.

Кем же всё-таки являлся Хейсти Шарп? Почему он создал дом внутри холма, а не построил какую-нибудь маленькую хижину? Всё же легче, чем выкапывать дом под землёй!

Однако Джеймс Рив знал наверняка: его новый знакомый от кого-то скрывался. Иначе он бы не стал так искусно маскировать дверь своего дома. Только сейчас Риву стало понятно, что вход в дом Хейсти Шарпа был расположен в самом укромном месте холма.

Эти мысли атаковали Джеймса вплоть до полного выздоровления его дочери. Произошло это через полторы недели. На улице в тот день светило яркое летнее солнце, и девушка чувствовала себя прекрасно.

— Френсис, не желаешь ли прогуляться? — предложил ей отец.

Та с радостью согласилась.

Джеймс Рив решил сразу идти в сторону того самого холма. Не только для того, чтобы проведать Шарпа; за лесом располагались поля и небольшое озеро, куда ему не терпелось сходить. К тому же для Френсис эта прогулка была в новинку.

Хейсти Шарпа дома не оказалось; об этом говорила дверь, закрытая снаружи на замок. Спустившись с холма, Джеймс и Френсис приняли решение пойти к озеру, серебристая гладь которого блестела на солнце.

— Папа, а это случайно не тот человек в чёрном плаще? — вдруг спросила девушка, указывая в сторону озера.

Рив проследил за её рукой и прищурился: там маячило какое-то чёрное пятно. С каждым дуновением ветра оно слегка меняло свои очертания.

— Не знаю, не знаю… Впрочем, мы всё равно собирались пойти к озеру — вот и проверим.

По мере приближения стало ясно, что двигающимся чёрным пятном оказался не кто иной, как Хейсти Шарп. Он прогуливался по берегу такой же размеренной походкой, что и всегда.

— Мистер Шарп! — окликнул его Джеймс Рив.

Тот резко обернулся, испуганно расширив глаза. Увидев того, кто его звал, он облегчённо выдохнул и улыбнулся.

— Ах, это вы! Добрый день! А я-то уж подумал, что это они нашли меня…

— Кто это — они? — удивился тот. — Вы кого-то ждали?

Хейсти подскочил, опомнившись. Он закрыл рот рукой, чтобы ещё чего-нибудь не выболтнуть и отвернулся в сторону.

— Нет, никого я не ждал… — спустя некоторое время пробормотал Шарп. — Это я так… в свои мысли погрузился…

С досады он запрокинул голову: слишком уж очевидно было то, что он что-то скрывает. Но Рив из вежливости не стал расспрашивать своего нового знакомого, и это принесло тому некоторую радость.

— Мистер Шарп, знакомьтесь, это моя дочь Френсис. Френсис, это мистер Шарп.

— Очень приятно, мисс Рив! — воскликнул Хейсти. Девушка улыбнулась. — Не хотите ли вы со мной прогуляться вдоль берега?

Те радостно согласились.

Разговор почему-то не завязывался до тех пор, пока Шарп не изрёк:

— Не сочтите меня эгоистом, но я считаю, что у меня прекрасная жизнь.

— Почему? — улыбнулась Френсис.

— Потому что я беден.

— Простите меня за такой невежливый вопрос… — пробормотал Джеймс Рив. — Как же бедный человек, по вашему мнению, может быть более счастлив, нежели богатый?

После этих слов глаза Шарпа чуть не вылезли из орбит. Он был так удивлён, что несколько минут смотрел в одну и ту же точку. Потом Хейсти поднял глаза на своего нового знакомого и тихо проговорил:

— Неужели вы не знаете, что деньги портят человека? Он просто концентрируется на них и не замечает ничего вокруг. В жизни важны не деньги, а краски, которыми эта жизнь наполнена. Жизнь может быть яркой, красочной, а может быть нудной, чёрно-белой. Это зависит от того, как вы живёте, как смотрите на жизнь…

— Получается, вы считаете, что чёрно-белой жизнью живут люди, которые имеют много денег? Но ведь богатые люди могут позволить себе хороший дом, еду, одежду — хорошие условия в целом, а бедные не имеют такой возможности! — возразил Рив.

— Зато бедные люди не одержимы деньгами! — воскликнул Шарп. — К чёрту хорошие условия! Подумайте сами: если бы у меня было много денег, стал бы я селиться в таком странном жилище, узнал бы, что это такое? Нет! Но благодаря своей бедности я вышел из зоны комфорта, создал необычный дом и теперь живу неординарной жизнью!

Дискуссия между Хейсти Шарпом и Джеймсом Ривом не прекращалась — каждый старался доказать свою точку зрения. Френсис поняла, что не в силах прекратить спор, поэтому просто решила погулять. Незаметно для самой себя она дошла до того самого холма и практически сразу же обнаружила дверь. Непонимающим взглядом девушка посмотрела на неё и тут же кинулась назад, к отцу.

Как раз в тот момент, когда Френсис вернулась, Джеймс Рив решил перевести дух и замолчал. Его дочь воспользовалась моментом и воскликнула:

— Папа, я только что обнаружила дверь в холме! Разве там кто-то может жить?

Шарп посмотрел на неё настолько испуганно, что той самой стало страшно.

— Мисс, вы долго искали эту дверь? — с надеждой спросил он.

— Нет, я только один раз взглянула на этот холм, как сразу же заметила её.

— Как вы думаете, любой человек с такой же лёгкостью может найти эту дверь?

— Хм… — задумалась Френсис. — Конечно, она же очень заметна!

Шарп покачнулся и побледнел.

— Простите меня, возможно, я выражусь сейчас очень грубо, но вам лучше вернуться обратно домой. Прощайте!

Он развернулся и непривычно для него быстрым шагом пошёл в сторону своего холма. Джеймс Рив и Френсис поражённо посмотрели ему в след. Оба никак не могли понять, почему же Шарп так резко и странно распрощался с ними. Судя по слову «прощайте», Хейсти считал, что больше не встретится со своими новыми знакомыми.

Прошло две недели.

После завтрака Джеймс Рив пошёл в свой кабинет. Поднявшись на второй этаж, он заметил Мэгги, которая мыла зеркала. Завидев хозяина, она подошла к нему и вытащила из кармана конверт.

— Сэр, я нашла это в почтовом ящике. Тут написано только то, что он от Хейсти Шарпа. Адрес не указан.

Тот приподнял бровь.

— Хорошо, спасибо. Давайте его сюда…

Мэгги отдала Риву письмо и снова принялась за уборку. Джеймс ушёл в свой кабинет и закрылся там.

«Так, похоже, исследованию придётся подождать, — подумал он. — Мне нужно прочитать письмо».

Адреса на конверте действительно не было, впрочем, как и марки. Очевидно, Шарп донёс его самостоятельно.

Джеймс Рив аккуратно вскрыл конверт. На колени ему выпало письмо, сложенное вчетверо. В письме значилось:

«25 июля 19… года.

Уважаемый мистер Рив, прошу простить меня за моё поведение в тот день. Благодаря вашей дочери я понял, что скрываюсь зря, поскольку меня с такой лёгкостью могут найти. Поэтому я понял, что вынужден покинуть свой холм и уйти пешком в неизвестном направлении.

Сейчас я всё ещё дома. Напишу это письмо, отнесу его вам и уйду. Я должен это сделать, чтобы меня не нашла полиция.

Вы наверняка заметили, что я всё время что-то скрывал. Думаю, что могу рассказать вам свою историю. Всё же мы больше не увидимся…

Хейсти Шарп — это моё ненастоящее имя. В действительности меня зовут Уильям Бейкер. Да, я врач, изобрёл множество лекарств, поэтому так разбираюсь в медицине. Шесть лет назад я жил со своей женой и сыном в центре Лондона. У меня было очень крупное состояние. Однажды в нашем саду кто-то убил слугу. Причём моим же коллекционным ножом, который я потерял и никак не мог найти. Очевидно, убийца попросту украл его, а потом, когда никого не было дома, кроме этого слуги, он перелез через забор и убил его. После этого он каким-то образом подбросил мой нож мне же в кабинет.

Полиция решила, что убийство совершил я — на это указывали все улики. Моя жена точно знала, что это не так и пыталась доказать это полицейским, чтобы спасти меня. Ей это, к сожалению, не удалось. Мне начали готовить казнь, а до тех пор посадили в тюрьму, откуда я благополучно сбежал через несколько дней. Я добрался пешком до Безымянной деревни. К счастью, тут булочником работал мой друг. Мне пришлось прийти к нему, всё объяснить и попросить помощи. Он дал мне нормальную одежду вместо той, в которой я был заключён. Так же мой друг подарил мне неплохую сумму денег, и я начал трудиться над созданием дома внутри холма.

Прошло четыре года. Мой друг скончался, чем я был очень расстроен. Но одно утешало: дом внутри холма был готов, причём у меня ещё оставалось немного денег. Там я и жил всё это время. Иногда мне приходилось подрабатывать, ибо для жизни нужны были хоть какие-то деньги. Работа приносила очень мало денег, но их вполне хватало на еду. И, знаете, я понял, что теперь не одержим деньгами. Благодаря бедности я по-другому взглянул на жизнь — более красочно. Мне открылись настоящие ценности жизни. Даже дождь стал приносить радость. Видите ли, я понял, что у людей много стереотипов относительно окружающей среды. Дождь, холод, слякоть – всё это считается плохой погодой. Но я научился видеть в этом красоту, и, знаете, я не жалею об этом!

Полиция наверняка ищет меня до сих пор, есть большая вероятность того, что она доберётся и сюда. Поэтому у меня есть только один выход — уйти. Не знаю, что со мной теперь станет. К своей семье я уже вряд ли смогу вернуться. Возможно, найду себе какой-то дом, возможно погибну…

Я оставляю вам мой холм. Ключ я вложил в конверт.

Прощайте!

Уильям Бейкер, или Хейсти Шарп»

Прочитав письмо, Джеймс Рив сразу же заглянул в конверт. Там действительно лежал знакомый ржавый ключ от холма. Мужчина посмотрел на него печальным взглядом…

Неожиданно Риву пришло в голову твёрдое решение. Он бегом спустился на первый этаж и крикнул своим детям:

— Собирайте вещи. Мы переезжаем в подземный дом моего знакомого…

Соляр Ксения Игоревна
Возраст: 14 лет
Дата рождения: 18.07.2008
Место учебы: ГБНОУ «Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных» Литературный клуб "Дерзание"
Страна: Россия
Регион: Санкт-Петербург и область
Город: Санкт-Петербург