Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 10 до 13 лет
Только вперёд!

Рассказ

Только вперёд!

Молодой врач, в белом халате и шапочке набекрень, стоял на пригорке. Его открытое лицо и высокий лоб были испещрены морщинами. Цвет халата лишь отдаленно напоминал белый, серые и багровые пятна придавали халату вид защитного костюма. Шапочка еле держалась на голове. Красный крест, когда-то гордо и ярко сияющий на сумке, теперь смотрелся тускло и был почти незаметен на истрёпанной ткани.

Врач пытался раскурить папиросу. Уже 5 минут он не мог справиться с такой простой задачей. Он посмотрел вперёд. Высокие шпили костелов виднелись на горизонте. На ярком солнце хорошо просматривалась вся равнина. Маленькие аккуратные домики городка сиротливо смотрелись на фоне идущих колонн танков. На них сидели солдаты, и лихо и радостно развевались флаги. Солдаты кричали и махали ему руками… Но он их не слышал.

Взгляд упал на папиросу. Руки никак не слушались. Возможно, от сильного февральского ветра, который неистово дул на равнине, принося влажный воздух перемен: зима 1945 года подходила к концу. Это была самая долгая и самая холодная зима в его жизни, хотя зимы в этом чужом краю гораздо теплее, чем у него на родине, в Воронежской области. С каждой ночью он всё чаще и чаще видел свою станицу, с соломенными крышами и ароматными пирогами. Он даже просыпался от этого запаха…

Долгожданная весна была совсем уже близко, за теми холмами на горизонте, которые синели на западе. По крайней мере, уже три месяца, в течение которых его батальон продвигался по Восточной Пруссии, он запрещал себе думать иначе. Весна идёт. Она обязательно наступит. Скоро. Уже совсем скоро. И вот теперь на этом пригорке особенно точно и ясно он ощутил это дыхание весны. Ветер был совершенно яростный. Он срывал шапочку, и без того норовящую улететь, он трепал полы халата, которые и так давно были не совсем ровны. Но этот свежий и настойчивый ветер радовал его особенно сильно сегодня. Вероятно, радость была такой от того, что вот уже весь последний месяц он замечал, что у него в бригаде становится меньше раненых. Наступательные бои продолжались, продвижение на запад шло быстрее с каждым днём. Иногда они не успевали развернуть баню, как им приказывали идти вперёд. И они шли, шли, шли только вперёд. Уже два года они шли только вперёд. И вот теперь (он точно почувствовал эту правду), теперь уже не будет назад. Никогда не будет. Возможно, поэтому врач никак не мог разжечь эту проклятую папиросу. Тряслись его руки не только от свежего и яростного февральского ветра… Эта папироса не давалась ему ещё и потому, что он почти ничего не видел. В глазах была пелена, и сил её убрать совсем не было.

Полчаса назад он не смог спасти последнего фельдшера дивизиона. Это был совсем юный парнишка, ещё моложе его. Он погиб от случайной пули, (эти пули иногда долетали до их лагеря). Два часа он боролся за его жизнь. Два часа он молился и видел перед собой фотокарточку его невесты, которую паренёк всегда хранил в нагрудном кармане. Истекающего кровью, фельдшера принесли в палатку хирурга. Ранение было в шею. Когда его раздели, фотокарточка выпала на пол… Два часа молодой врач, извлекая пулю и пытаясь остановить кровопотерю, смотрел только на эту фотокарточку на полу, смотрел так неотрывно, будто именно в ней заключалось спасение. Девушка с букетом пионов в руках так и осталась лежать на полу…

А он теперь стоял на пригорке и пытался разжечь папиросу. Внезапная решительность уже совсем полностью овладела им. Ветер всё больше укреплял это чувство.

Его призвали в армию в самом начале войны. Тогда они только отступали. Раненых было так много, что врачи спали по 1-2 часа, меняясь и заступая на пост. Девушки-медсестры бесстрашно отправлялись на передовую, чтобы вытащить из пекла сражений солдат, а они, врачи, принимали раненых и делали всё, чтобы спасти им жизнь… Особенно тяжело было зимой: если бойцов не успевали вытащить с поля боя вовремя, обморожения ещё больше осложняли спасение… Но вот теперь совершенно точно было понятно – скоро весна. Молодой врач выкинул папиросу, вдохнул полной грудью этот свежий ветер и пошёл назад в бригаду. Он был готов, он знал, что они идут только вперед!

Этот молодой врач – мой прадед. Овчинников Николай Прохорович. Он родился в Воронежской области в 1919 году. В армию его призвали сразу с началом войны из Курска, куда он и вернулся в 1945-ом. Мой прадед прошёл всю войну, начиная с военврача 2 ранга, закончил в звании подполковника, о чем есть запись в музее парка «Патриот» в Московской области. Николай Прохорович дошёл до Берлина. Он спас тысячи жизней, приближая победу наших воинов в Великой войне. Но у него была и своя война – война со Смертью. Именно Смерть – главный враг любого врача, а на войне Смерть совсем вытесняет Жизнь. Мой прадед прожил большую жизнь, он любил Жизнь. А я очень люблю его и горжусь теми подвигами, которые он совершал. Николай Прохорович был награждён Орденом «Красной звезды», медалью «За военные заслуги», Орденом «Отечественной войны II степени».

Могучие воины, отважные медсестры, терпеливые и знающие врачи, бессменные труженики тыла – все они наш народ. Я знаю, что силы, которые позволили выстоять моему прадеду и идти вперёд, есть и во мне, есть в каждом из нас.

Стародубцев Владимир Сергеевич
Возраст: 13 лет
Дата рождения: 27.07.2009
Место учебы: МБОУ ГИМНАЗИЯ 44
Страна: Россия
Регион: Курская обл.
Город: Курск