XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

НеФормат
Категория от 14 до 17 лет
Сценарий телепрограммы “Великие и бессмертные”. Эфир с Гоголем, Толстым и Набоковым «По совместительству писатель, наставник и педагог»

Примечания:

1. Интервью создано в жанре мокьюментари. Появление писателей-педагогов стало возможно в 2083 году благодаря техническому прогрессу и достижениям российских ученых.

2. Выпуски телепрограммы “Великие и бессмертные” можно разделить на три части. За время эфира интервьюер встречается с каждым наставником отдельно и задает вопросы, многогранно освещая тему и раскрывая самого гостя-эксперта.

3. Интервьюер Алёна Алёновна – журналист, заслуженный учитель России, преподаватель русского языка и литературы в лицее №12, победитель конкурса “Учитель года”.

4. Телепрограмма рассчитана на школьников и их родителей. Каждый выпуск имеет определенную тему, которая актуальна и интересна подрастающему поколению. Съемки проходят в лицее №12 в кабинете русского языка и литературы. Экспертами телепрограммы являются приглашенные гости, которые относятся к сфере искусства и культуры.

5. Участниками являются ученики 9-11 классов. Каждый может задать приглашенному гостю вопрос.

6. ЗК – закадровый голос

Стендап в кадре – интервьюер

А – Алёна Алёновна

Н – Николай Васильевич Гоголь

Л – Лев Николаевич Толстой

В – Владимир Владимирович Набоков

Ученики:

Андрей – ученик 9 класса, заикается, стеснительный мальчик, очень взволнован.

Аня – ученица 9 класса.

Катя – ученица 11 класса, картавит.

Сергей – ученик 10 класса.

Олеся – ученица 11 класса.

*В кабинете темно. Затем позади учительского стола на цифровой доске появляется заставка телепрограммы с надписью “Великие и бессмертные”.*

*Неонового фиолетово-голубого цавета подсвечивает школьные парты, а когда кто-то из учеников хочет задать вопрос, подсветка парты меняется на желто-зеленый. На небольших столах ноутбуки. Возле “парт” кресла-яйца. На заднем плане холодным белым светом подсвечиваются книжные полки-спирали. На общем плане ученики 9-11 классов в свободной форме. Недалеко от входа в кабинет стоит длинный учительский стол, в который встроена панель управления всей техникой в кабинете. Во время эфира на экране в столе изображен логотип “Великие и бессмертные”.*

*По всему кабинеты появляется цифровое изображение разных букв, которые соединяются в фразу: “Чтобы воспитывать другого, мы должны воспитать прежде себя” (Н.В.Гоголь).*

ЗК: Профессия учителя всегда была одна из самых почитаемых и важных. Но есть люди, которые в свободное от педагогической деятельности время писали тексты, сделавшие их знаменитыми. Многие писатели и поэты по всему миру были учителями задолго до того, как появились первые общеобразовательные школы. Вспомним тех, кто проводил свое время не только над рукописями, но и у школьной доски.

Часть 1. Николай Васильевич Гоголь:

Стендап: Здравствуйте, дорогие телезрители! В эфире телепрограмма “Великие и бессмертные” и я, её ведущая – Алёна Алёновна. Сегодня мы предлагаем вам познакомиться с известными людьми России в сфере культуры и литературы через призму их педагогической деятельности. И первым открывает галерею педагогов Николай Васильевич Гоголь!

ЗК: 20 марта (1 апреля) 1809 года в Великих Сорочинцах Миргородского уезда родился один из самых загадочных русских классиков – Николай Васильевич Гоголь. Известен не только как писатель, но и как преподаватель, драматург, критик, публицист.

Стендап: Встречаем Николая Васильевича!

*Аплодисменты детей. Выход писателя.*

А: Добрый день, Николай Васильевич! Рады вас приветствовать в нашей школе. Я начну наш диалог со статьи “Несколько мыслей о преподавании детям географии”, которая была опубликована в 1831 году в “Литературной газете”. Статья до сих пор считается одним из лучших педагогических трудов. Ваши первые публикации были посвящены педагогике, а не литературе. Расскажите об этом труде.

Н: Плетнёв расположил меня в качестве учителя, когда прочёл публикацию с мыслями о преподавании детям географии. Я вел занятия в различных семьях, включая работу с юношей, отстающим в умственном развитии.

А: Что самое главное в работе с детьми?

Н: Труд и терпение, и даже приневоливание себя награждают меня много.

*Одна из дальних парт несколько раз меняет свой цвет то на зелёно-желтый, то на фиолетово-голубой. Ученик задает вопрос*

Андрей (смущено): З-з-здравствуйте, Н-н-николай Васильевич. Р-р-расскажите, а как вы нашли п-п-первых учеников?

Н: Мне было лишь двадцать два, и при пособии моих знакомых, поэтов Василия Жуковского и Петра Плетнёва, мне удалось отыскать учеников. Трое отпрысков Лонгиновых признали меня приятным и забавным. Младший из них, Миша, впоследствии стал известным литератором.

А: Почему вы стали вести частные уроки?

Н: Я был юн, и эта работа меня прельщала, да и деньги давались с избытком.

А: По договорённости вы должны были учить мальчиков Лонгиновых русскому языку, но стали обучать их естествознанию и истории. Почему вы изменили дисциплины?

Н: В русском языке они и так разбирались. Однако если кто-то из юношей, отвечая свой урок, использовал какие-то избитые выражения, я немедленно останавливал отвечающего. Я спрашивал: “Кто это научил вас говорить так?”. Юноши задумывались о клише в речи, и мастерство общения на русском языке значительно улучшилось.

А: Потом вы получаете назначение на государственную службу – преподавателем истории в столичный Патриотический институт, где обучали дочерей военнослужащих, а затем и в петербургский университет. Студенты, которые учились под вашим наставничеством, дали небольшие комментарии.

*На экране появляются цитаты, которые озвучивают ученики писателя:

“Гоголь прошел по кафедре как метеор, с блеском оную осветивший и вскоре на оной угасший, но блеск этот был настолько силен, что невольно врезался в юной памяти”.

“Гоголь сошелся с нами хорошо, как с новыми товарищами”.

“Новаторство было одним из отличительных признаков его характера”.

“Гоголь овладел совершенно вниманием слушателей. Невозможно было спокойно следить за его мыслью, которая летела и преломлялась, как молния, освещая беспрестанно картину за картиной в этом мраке средневековой истории”.*

А: Николай Васильевич, расскажите, каким должен быть учитель? Как заинтересовать ученика?

Н: Слог профессора должен быть увлекательный, огненный. Он должен в высочайшей степени овладеть вниманием слушателей. Если хоть один из них может предаться во время лекции посторонним мыслям, то вся вина падает на профессора: он не умел быть так занимателен, чтобы покорить своей воле даже мысли слушателей.

А: Николай Васильевич, вы были единственным преподавателем на университетской кафедре истории, который читал свой авторский курс. Как вы готовились к написанию учебника истории?

Н: Я, кажется, рассказывал Погодину об этом прекрасном процессе. Сколько приходило ко мне мыслей! Да каких крупных, полных, свежих! Мне казалось, что я делаю кое-что необщее во всеобщей истории.

А: Какая еще особенность была в вашей подаче материала?

Н: Анекдоты! Я их особенно обожал, преподавая историю. В то время я пытался помочь Жуковскому разработать новую методику преподавания этого предмета.

А: Несмотря на лестные комментарии бывших учеников, ваша карьера закончилась быстро и не лучшим образом. Почему?

*ЗК: Всего четыре года Гоголь был учителем. Ему пришлось не только уйти из университета, но и расстаться с институтом для девиц – его уволили. Повлияла и общая не пунктуальность.

Из архивов:

Историограф университета профессор В. Григорьев: “Гоголь, по незнанию классических древних и новых европейских языков, не обладал даже средствами приобрести надлежащую начитанность, а научные приемы ему были неизвестны”.

Историк литературы и профессор Петербургского университета А. В. Никитенко: “Гоголь так дурно читает лекции в университете, что сделался посмешищем для студентов. Начальство боится, чтоб они не выкинули над ним какой-нибудь шалости, обыкновенной в таких случаях, но неприятной по последствиям. Надобно было приступить к решительной мере. Попечитель призвал его к себе и очень ласково объявил ему о неприятной молве, распространившейся о его лекциях. На минуту гордость его уступила место горькому сознанию своей неопытности и бессилия”.*

Н: Я позволял себе почувствовать не вконец самоуверенным и поспешно утратил энтузиазм. Как будто, ни одно студенческое существо меня не понимало. Это народ бесцветный как Петербург.

А: От каких ошибок вы бы хотели уберечь педагогов?

Н: Я с невиданным энтузиазмом взялся за преподавание, но довольно быстро охладел к нему. У меня не было базового исторического образования. Скорее я брал внимание учеников оригинальностью и артистизмом. Я стал прогуливать собственные лекции, притворяясь больным. В 1835 году закончил с преподаванием.

Аня: Николай Васильевич, а как вы ушли из университета?

Н: Оставив учительское ремесло, я полностью сосредоточился на литературной работе. Я расплевался с университетом. Неузнанный взошел я на кафедру и неузнанный ушел с нее.

Часть 2. Переворот в педагогике. Лев Николаевич Толстой:

Стендап: Следующий представитель галереи педагогов-наставников – это новатор и реформатор Лев Николаевич Толстой!

ЗК: Лев Николаевич Толстой родился 9 сентября 1828 года в усадьбе Ясная Поляна Тульской губернии. Русский писатель и мыслитель, участвовал в обороне Севастополя. Открыл 26 народных школ и сам обучал грамоте крестьянских детей. Свои задумки и методики он описал в педагогическом журнале «Ясная Поляна». В 1872 году Толстой издал «Азбуку» – четырехтомник с былинами, баснями, загадками для учеников и методическими советами для учителей.

Стендап: Встречаем Льва Николаевича!

*Аплодисменты детей. Выход писателя.*

А: Здравствуйте, Лев Николаевич! Добро пожаловать в нашу школу! Представляя вас, мы успели упомянуть “Азбуку”. Расскажите о методиках, которые применяли в школах, и какие правила были в Яснополянской школе?

Л: Путешествия по школам Европы не приносили мне ничего нового, поэтому я начал разрабатывать собственное педагогическое учение, опираясь на взгляды Жан-Жака Руссо о совершенной природе ребенка. В Ясной поляне царили особые правила или, вернее, их вообще не было. У учеников была полная свобода. В классе они сидели, где хотели, домашнее задание выполняли не дома, а прямо в школе. Вместо строгой дисциплины и заучивания правил – заботливое и человечное отношение к детям, дружественная и свободная атмосфера в школьном коллективе, осознанное изучение научных элементов. Детей не принуждали к обучению, но они приходили в школу с первыми лучами солнца и уходили оттуда поздно вечером. Их не наказывали, не били, они добровольно подчинялись требованиям учителя, признавали его авторитет и вели себя примерно.

*У первой парты во втором ряду меняется цвет подсветки. Девочка задает вопрос*

Катя: Лев Николаевич, а какие пг’едметы вы пг’еподовали?

Л: Я, преподавал старшим ученикам математику, физику и историю. Я старался не только заполнить их умы знаниями, но и развить их мышление. Мои ученики не только усваивали факты, но и понимали глубинные законы природы и исторические события. Вместо того, чтобы просто запоминать формулы и даты, они осознавали их значение и применяли в решении сложных задач.

А: Какие методы преподавания вы считаете не допустимыми?

Л: Меня не устраивает схоластическая методика повторения и проверок материала с помощью контрольных работ: заученные наизусть главы из учебников не являются истинными знаниями. Ребенку необходимо начать творить в раннем возрасте, чтобы избежать беспрерывного подражания и копирования в будущем. Большую часть времени мои ученики писали сочинения, рассказы и даже повести. Я с гордостью публиковал их работы в альманахах, чтобы показать всем примеры подлинной литературы.

А: Закончив роман-эпопею «Война и мир» вы вновь направляете энергию на решение больших теоретических и практических вопросов воспитания детей. Расскажите о написании “Азбуки” в четырех книгах и о самом материале.

Л: В “Азбуке” по существу даны материалы по всем предметам начальной школы: от алфавита до художественных рассказов, статей по естествознанию и материалов по арифметике. Гордые мечты мои об этой азбуке были вот какие: по этой азбуке только будут учиться два поколения русских всех детей от царских до мужицких.

А: Над чем работали после “Азбуки”? И какие особенности работы над таким трудом?

Л: Я писал «Новую азбуку» в одной книжке, а вслед за тем «Книги для чтения». Все свои учебники для школы лично и через посредство учителей и членов своей семьи проверял в школах.

А: Чем можно объяснить такой глубокий интерес к вопросам воспитания детей?

Л: Когда я входил в школу и видел эту толпу оборванных, грязных, худых детей с их светлыми глазами и так часто ангельскими выражениями, на меня находила тревога, ужас, вроде того, который испытывал бы при виде тонущих людей. Ах, батюшки! Как бы вытащить! И тонуло тут самое дорогое, именно то духовное, которое так очевидно бросается в глаза в детях. Я хотел образования для народа только для того, чтобы спасти тех, тонущих там Пушкиных, Остроградских, Филаретов, Ломоносовых. А они кишат в каждой школе.

А: После этого случая дети проявили не только свой интерес к «сочинительству», но и большое художественное чутье, верность и меткость глаза, глубину переживаний, чистоту нравственных определений и чувств. Какие были ваши эмоции от проделанной работы?

Л: Мне и страшно, и радостно было, как искателю клада, который бы увидал цвет папоротника: радостно было потому, что вдруг, совершенно неожиданно, открылся мне тот философский камень, который я тщетно искал два года, – искусство учить выражению мыслей; страшно потому, что это искусство вызывало новые требования, целый мир желаний, не соответственный среде, в которой жили ученики, как мне казалось в первую минуту. Ошибиться нельзя было. Это была не случайность, а сознательнее творчество.

*На одной из парт подсветка перестает менять свой цвет. Мальчик поднимает руку. Учительница разрешает ответить*

Сергей: Скажите, каким должен быть учитель?

Л: Если учитель соединяет в себе любовь к делу и ученикам, он совершенный учитель!

ЗК: В педагогике был совершен переворот. Толстой доказал всему миру, что если предоставить возможность творчества, верить, обходится по-человечески, помогать, а не понукать, то ребенок будет проявлять ум, настойчивость. Каждый ученик способен подняться до подлинного художественного творчества.

Часть 3. Эффект Набокова. Владимир Владимирович Набоков:

Закрывает нашу галерею Владимир Владимирович Набоков и его эпатажные лекции!

ЗК: Владимир Набоков родился в Петербурге 22 апреля (10 апреля) в 1899 году. Американский писатель, рожденный в России, получивший образование в Англии, где изучал французскую литературу перед тем, как на пятнадцать лет переселиться в Германию. Спасаясь от ужасов Второй мировой войны, Набоков переместился из Европы в Америку, и вопрос заработка встал перед ним со всей беспощадностью. Поэтому предложение преподавать литературу писатель воспринял с огромнейшей радостью. Поначалу с ним заключили контракт на один учебный год, а в результате он преподавал в разных учебных заведениях на протяжении семи лет. Давал частные уроки английского, французского и стихосложения в Берлине, читал лекции по истории литературы, русскому языку и писательскому мастерству в США.

Стендап: Встречаем Владимира Владимировича!

*Аплодисменты детей. Выход писателя.*

А: Здравствуйте, Владимир Владимирович, рады вас снова видеть у нас в классе (ранее вышел мини-выпуск с Набоковым “О Машеньке”)! Материалы лекций для колледжа Уэллсли и Корнелльского университета вы готовили в течение года. Расскажите о них и подготовки к занятиям.

В: Две тысячи страниц прослужили мне 20 лет. На каждом занятии лежала стопка бумаг, от которых я постоянно отвлекался: чертил схему дуэли Онегина и Ленского, маршруты странствий персонажей «Улисса» по Дублину, план квартиры Грегора Замзы или вагона из «Анны Карениной».

*Меняется цвет подсветки у четвертой парты в первом ряду. Ученица отвечает*

Олеся: Владимир Владимирович, а как же проходили ваши лекции?

Н: Однажды я погасил весь свет в аудитории, опустил шторы на окнах и в темноте начал рассказ: «На небосводе русской литературы…». Затем включил дальнюю лампу со словами: «Это Пушкин». После зажег следующий светильник в центре зала: «Это Гоголь». За еще одной лампой последовал Чехов, а свет, резко заливший зал от поднятия штор, возвещал Толстого. Как-то чертил таблицы симптомов персонажей Достоевского. Было и такое, что называл Рильке и Манна карликами или гипсовыми святыми по сравнению с Кафкой.

А: Говорят, что главного героя «Превращения» Грегора Замзу вы разбирали особенно подробно….

*Перебивает Алёну Алёновну*

В(эмоционально и красочно): Да, я рисовал его с разных ракурсов и отмечал, что даже в обличье жука Замза так и не понял, что под жестким покровом на спине у него есть крылья.

А: Конспекты ваших лекций – «Лекции по русской литературе», «Лекции по зарубежной литературе» и «Лекции о Дон-Кихоте» были изданы отдельным трехтомником. Скажите, вы когда-нибудь импровизировали? Или только четкий план?

В: Я давал себе отчет, насколько непредсказуемо вдохновение – как в написании текстов, так и в устной речи. К моменту первого выхода на преподавательскую кафедру у меня было написано 2 000 страниц текстов лекций. Каждая занимала 50 минут и умещалась на 20 листах бумаги. Я настолько не доверял импровизации, что даже обратился к руководству колледжа с просьбой позволить записывать лекции дома на магнитофон и включать записи в аудитории, но получил отказ.

А: Ваши лекции любили не только студенты, но и профессора, которые регулярно приходили послушать. При этом вы появлялись на лекциях в стоптанных теннисных тапочках, но требовали строжайшей дисциплины. Что было запрещено и что поощрялось?

В: Запрещал разговаривать, курить, вязать, читать газеты, спать, менять места в аудитории, садиться рядом с друзьями и возлюбленными. Я действительно был строг при оценке студенческих знаний. При этом одним из важнейших критериев — это наличие или отсутствие пошлости. Пошлость − это покушение морали, философии, истории на суверенные границы искусства.

А: И финальный вопрос: Как правильно изучать литературу?

В: Литературу, настоящую литературу, не стоит глотать залпом, как снадобье, полезное для сердца или ума, этого «желудка» души. Литературу надо принимать мелкими дозами, раздробив, раскрошив, размолов, – тогда вы почувствуете ее сладостное благоухание в глубине ладоней; ее нужно разгрызать, с наслаждением перекатывая языком во рту, – тогда и только тогда вы оцените по достоинству ее редкостный аромат и раздробленные, размельченные частицы вновь соединятся воедино в вашем сознании и обретут красоту целого, к которому вы подмешали чуточку собственной крови.

*Макро-план: писатели-наставники оставляют подписи на столе*

*Главный план: Алёна Алёновна пожимает руки гостям*

*Телеведущая смотрит в центр класса обращаясь к зрителям: Сегодня нам не только задать вопросы и побеседовать, но и обсудить методики преподавания и учебный план с такими разными наставниками. С вами, уважаемые телезрители, мы увидимся уже в следующую пятницу. В новом выпуске с Александром Александровичем Блоком, Александром Сергеевичем Пушкиным и Иваном Сергеевичем Тургеневым мы узнаем все об образе русской женщины в классической литературе. До скорых встреч!*

*Кадр направлен на стол. Свет в кабинете постепенно затемняется, а логотип в центре стола подсвечивается.*

Черных Алена Владимировна
Страна: Россия
Город: Старый Оскол