XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Самая крутая тётя на свете

В детстве к нам часто приезжала любимая нашей семьей тётушка Маргарет. Обычно перед её приездом родители начинали судорожно убирать всю квартиру. При этом привлекали и нас с братом. Создавалось впечатление, словно к нам едет не сестра моей мамы, а какой-то ревизор. Тогда когда тётушка ступала на порог, вся квартира блестела от необычной для неё чистоты. В такие моменты тётушка, чуть смеясь, произносила одну и ту же фразу: “Не стоило, сестрица, так стараться для меня!” А мать по своему обыкновению, свойственному многим мамам, отвечала, что, мол, ей не составило большого труда. Но стоит или мне, или моему брату остаться с мамой наедине, как она начинала высказывать нам, что очень устала пока драила квартиру, а мы два оболтуса и палец о палец не ударили.

После того, как тётя входила в квартиру, наступал, наверное, самый благоприятный для нас с братом момент – раздача подарков. А уж, какие подарки она привозила — загляденье. Самые дорогие игрушки, книги, какие-то раскраски и многое другое. Однажды она даже подарила нашей семье путевку в Турцию, с оплаченным отелем, перелетом и питанием. Объясняла она это тем, что “не слишком, то вы загорелые, а вообще-то лето уже на дворе! Да и отдыхать нужно!” Мать поначалу отказывалась, слишком уж был дорогой подарок, но тётя Маргарет была упрямей осла и не хотела даже слушать матушкины возражения. Поэтому этим же летом мы всей семьей поехали в незнакомую для нас страну и получили массу положительных эмоций от данного путешествия и красивых фотографий.

Тетя любила дарить дорогие подарки, которые были предназначены для всей семьи. К примеру, когда папа только сдал на права, мне тогда, наверное, лет десять от роду было, она тогда подарила ему достаточно дорогую на тот момент машину. На все возражения она лишь говорила, что “хочет, чтобы ее племянники имели все самое лучшее в их жизни, а так как они не имеют возможности водить машину, то пусть их возит папа”. До сих пор помню взгляд мамы, которым она одарила сестру после данной фразы. От него на глазах невольно зарождались слезы, а в горле появлялся ком. Но тетушка Маргарет, будто не замечая этот взгляд, лишь пожимала плечами и радостно улыбалась.

Но не за подарки мы очень любили тетушку, а за ту любовь, что она нам дарила на протяжении всего времени, как она гостила. Своих детей она не имела, как и мужа, поэтому всю свою нежность Маргарет без остатка отдавала нам. Бывало по вечерам, она укладывала нас и рассказывала самые удивительные истории и легенды, которые, скорее всего, выдумывала сама. Но одна история мне запомнилась навсегда, Маргарет назвала ее легендой о Луне и Солнышке. Ниже приведу её краткое содержание (запомнить все подробности мне не удалось).

«Жила на свете две сестры. Родители их назвали Луна и Солнышко. Они были очень разными по своему характеру. Солнышко была добрая, искренняя и милая со всеми, и была очень стеснительной и нерешительной. Луна же, напротив, была достаточно закрытым человеком. Никто не знал об ее настоящих чувствах, но зато она постоянно купалась в лучах внимания своих одноклассников и была так называемой “заводилой”. Луна постоянно прогуливала уроки, ходила на множество свиданий и часто ссорилась с родителями. Но, несмотря на все их различия, они были дружны, всегда защищали и помогали друг другу, а также много времени проводили за беседами (иногда пустыми и бессмысленными).

В одну из ночей они сидели на лавочке перед своим домом. При этом, как в большинстве подобных случаев болтали ни о чем. В один момент Солнышко вдруг спросила:

— А кем ты хочешь стать в будущем?

На этот вопрос Луна загадочно хмыкнула и посмотрела прямо на звездное небо, которое сегодня было без облаков, что даже был отчетливо виден пояс Млечного Пути опоясывающего небосвод. Спустя небольшой интервал времени она ответила:

— Самой богатой на свете и жить в свое удовольствие. И еще одного ребенка – мальчика или девочку! Но только одного. Двух, таких же, как я не выдержу!

После последних её слов, сестры рассмеялись.

— А ты будешь ко мне приезжать в будущем? – поинтересовалась Солнышко.

— Конечно! Как же без этого, — улыбаясь, произнесла Луна – А ты кем хочешь быть в будущем?

— Наверное, я бы хотела работать учительницей начальных классов и… — Солнышко ненадолго призадумалась.

— И быть вместе со своим ухажером! – выкрикнув, прервала её самодовольная Луна.

— Он не ухажер! У него есть имя! – возмутилась сестра. Отчего Луна рассмеялась ещё сильнее.

— Ну, так я права? – самодовольно произнесла Луна.

— Да! — тихо буркнула Солнышко.

После этой непродолжительной беседы они продолжили сидеть в тишине на лавочке и смотреть на звезды, наслаждаясь временем проведенным рядом…»

Я помню и свой вопрос, что задал тогда спросонья, отчего-то опечалившей тетушке: “А как сложилась их судьба в будущем?” Тогда Маргарет тихонько погладила меня по волосам и тихо, чтобы не разбудить заснувшего брата, произнесла: “У Солнышко все сложилось, как она и хотела. У Луны тоже, кроме одного, она, к сожалению, не могла иметь детей…” Тогда я еще не понял, как Луна не может иметь детей, но лишних вопросов задавать не стал. Из всех историй эта казалась мне самой настоящей, будто основанной на реальных событиях. Но когда я был маленьким, я отвергал эту мысль. Лишь после, когда я вновь и вновь вспоминал эту легенду, понял, что эта история реальна, просто немного имена у персонажей другие…

Как бы нам не было хорошо с тетушкой, время текло быстро и вскоре приходило время нам расставаться с ней. Помню, когда она уезжала, я с трудом сдерживал свои слезы. Все же за две недели общения, тетушка становилась одним из самых близких членов семьи. Всегда прощание происходило в тишине, что делало данный момент еще более грустным и печальным. Конечно, тетя пыталась развеселить нас, но при этом она и сама еле сдерживала слезы. Я помню, как она, по своему обыкновению, целовала нас в щечку и нежно трепала наши волосы, оставляя нас лохматыми, а также говорила какую-то вдохновляющую речь, которую мы с братом слушали в пол уха, постоянно думая о том, что время летит очень быстро.

Когда родители мне на день рождение подарили мобильный телефон, я первым же делом написал с него тёте с прикреплением своих бессмысленных фоток и голосовых сообщений. Она в это время отдыхала где-то в Италии. До сих пор удивляюсь, как тетя не заблокировала меня тогда, тратя время на их просмотр и прослушивание. Я часто поражался себе, пересматривая эту переписку. Удивляла моя открытость с тетей, которая не была присуща общению со своими родителями или друзьями. Рассказывал я ей обо всем, что произошло за день, а она, я так думаю, внимательно слушала или читала, задавала наводящие вопросы и давала советы. Иногда, следствием данных онлайн общений, было более глубокое понимание житейских ситуаций, случающихся со мной. Рекомендации были не прямолинейными, а такими, чтобы я сам пришел к тому или иному выводу.

Мы также часто общались по видеозвонку, где она показывала мне свою рутинную работу, а также природные и городские красоты того места, в котором она находилась. При этом каждый раз обещала непременно взять меня в следующую свою поездку. Иногда мама шутила, что “тетя мне ближе, чем ей собственная сестра”. Папа тоже подхватывал данную шутку и часто, смеха ради, спрашивал, как там моя дорогая тетушка.

Вскоре тетушка сдержала свое обещание. И я вместе с ней поехал в ее очередной отпуск. Младший брат тоже просился, но он был слишком мал, поэтому его не отпустили к Маргарет, но я пообещал привезти ему сувенир из своего первого “самостоятельного”, как я считал, курорта. Братик, конечно, поначалу сильно расстроился, но как только услышал про сувениры, он вмиг повеселел и даже начал напевать себе под нос какую-то песенку из одного из его любимых мультфильмов — «Бременские музыканты».

На курорте она учила меня кататься на лыжах. Тогда я увидел, насколько трепетно она относилась к этому виду спорту, потому что Маргарет с такой теплотой рассказывала про то, как нужно отталкиваться и как в это время передвигать лыжи. Если у меня что-то не получалось или делал я что-то неправильно, она лишь глубоко вздыхала и вновь показывала, что нужно делать. В такие моменты мне отчего-то становилось стыдно, хотя тетя ни чем не показывала, что разочаровывалась во мне, но от ее глубокого вздоха мне становилось страшно. Похоже, поэтому ее боялись сотрудники фирмы, работавшие под её руководством. Данный вывод, я сделал из случайно услышанного разговора тетушки с одним из своих подчиненных. Она его не ругала и не отчитывала, но слова, пусть и ничего не значащие вызывали у меня чувство страха. А взгляд, которым она уже, наверное, просверлила дырку на стене, заставлял спрятаться меня где-то под кроватью и никогда оттуда не выходить. Но как только она смотрела на меня, взгляд ее становился теплым и нежным и я вмиг забывал, что когда-то хотел спрятаться от нее. Это была магия, что до сих пор неведомая мне.

Возвращаться домой с того курорта я не хотел. Мне так нравилось там, но тоска по родителям и младшему брату все тянула и тянула обратно на родину. Так что приехал я как положено через две недели, а дома с гордостью рассказывал всей семье, как ловко катался с горы и при этом показывал им свои фотографии. Мама иногда охала и ахала по мере моего рассказа. Младший брат завидовал мне белой завистью и постоянно что-то уточнял, словно был каким-то учителем, который хотел выдавить из меня всю информацию. Но он чуть успокоился в своем расследовании, когда я вручил ему оловянную фигурку лыжника. А отец лишь по-дружески хлопал по плечу, и было видно, как он гордиться мною. Но мама, по всей видимости, не слишком поддерживала его гордость, ведь я мог упасть и разбиться в этот момент. Поэтому папа постоянно отшучивался на все эти упреки матери.

Придя в школу, я, конечно же, начал рассказывать всем о своем невероятном курорте. Так что в моем учебном заведении практически все знали о моей супер крутой тетушке. Я помню, как с неким хвастовством, на вопрос учителя физкультуры: “Где ты научился так хорошо кататься на лыжах?”, ответил, что научила этому самая лучшая тетя на свете. Он даже отправил меня на какие-то городские соревнования, где я занял третье место, чем непременно похвастался тете. Мама, узнав об этом, лишь закатила глаза и тихо посмеялась. Но вскоре, через три дня, к нам пришла большая посылка от нее с огромным количеством московских сладостей. Они лежали у нас еще целых два месяца, потому что даже такие сладкоежки, как мы с братом, не смогли их осилить за один присест. Так еще и мама высыпала лишь немного конфет каждую неделю. Она волновалась о том, что у нас будут болеть зубы, а ей сейчас не очень-то хочется мотаться с нами по больницам. При этом, по всей видимости, постоянно перепрятывала коробку.

Но мы все равно продолжали играть с братом в игру: “Найди конфеты, пока мамы нет дома”. Я был в ней Шерлоком Холмсом. Брат, конечно, тоже хотел быть этим гениальным детективом, но я возразил ему тем, что прочитал страниц данной книги больше, чем он. В итоге брат смирился со своей ролью Доктора Ватсона. Но, к сожалению, даже такие гениальные детективы, как мы, не смогли найти конфеты спрятанные главным пиратом — мамой (так решили мы с братом, ведь по нашей тогда логике, только пираты могли прятать клад).

К одиннадцатому классу, тетя практически перестала отвечать на мои сообщения и редко заходила в сеть. Я тогда очень разволновался и даже сообщил об этом маме. Лицо матушки вмиг стало мрачным. А спустя час я нашел ее заплаканной на кухне. И пока успокаивал маму, бегая туда-сюда, то за водой, то за валерьянкой, я ненадолго забыл о тете. Вскоре в дом зашел подавленный чем-то отец, на мои расспросы он только и отвечал: “Потом, потом. Все потом!” И это настроение передалось мне. Никто не отвечал из родственников на мои вопросы. Отчего в моей голове промелькнула мысль: “А не случилось ли, что плохого с тетенькой?”. И как же я был прав в тот момент.

На следующий день мать поведала о смерти тети, не упомянув отчего. Маргарет часто рассказывала мне, что у нее бывают проблемы с сердцем, но с ее деньгами, как я думал, она не могла умереть от этого. Я стойко выдержал эту новость при маме, но стоило мне только зайти в свою комнату и закрыть ее на замок, как слезы невольно потекли по моим щекам, ведь теперь я никогда более не увижу ее живой. Это навеяло мне воспоминания о том, когда мы последний раз провожали ее до аэропорта. Тогда была хоть надежда, что мы с ней встретимся, а сейчас её нет.

Я вновь и вновь по пути на похороны перечитывал нашу переписку. Мне казалось, что все происходящее лишь сон или тупой розыгрыш, и что тетя на самом деле жива и едем мы не на похороны, а просто к ней в гости. Она ведь только недавно пообещала мне придти на мой выпускной вечер в школе, который будет через 2 месяца. А я с нетерпением ждал, когда, наконец, представлю одноклассникам свою тетю. Но, к сожалению, этого никогда не произойдет.

Похороны прошли тихо, никто за время всей церемонии не издал и звука. Но в глазах некоторых “родственничков”, я видел лишь безразличие. Наверняка, они приехали сюда только ради завещания. Я помню, как бросал тете монетки, пока закапывали гроб, помню громкие всхлипы матери и моего младшего брата. Единственное что меня поразило, что не приехала бабушка, мать тети. Я, конечно, знал, что они не в ладах, но чтобы настолько. Неужели она не хочет увидеть свою дочь в последний раз.

Я помню, как мы всей семьей, через несколько дней после похорон, положили молча цветы на ее могилу. Мама по-прежнему не могла успокоиться, она постоянно винила себя и вновь и вновь извинялась перед своею сестрой. Отец лишь утешал её и грустно смотрел на могильную плиту, на которой красовалось имя Маргарет, а также фраза: “Помним, любим, скорбим”. В этот же день оглашали ее завещание и многие выглядели воодушевленно и немного радостно несмотря на ранее прошедшие события. Мне казалось, что, при этом они радостно потирали свои руки в предвкушении большой добычи. Со стороны, это выглядело так мерзко, что мне хотелось им врезать. Но я мужественно сдерживал свою злость. Но это не мешало мне смотреть на них, как обычно глядела тетя своим до ужаса пронзающим взглядом. Отчего родственнички постыдно прятали свои глаза и старались как можно быстрее отойти от меня. Похоже, у них все же осталось немного совести и это радовало.

По завещанию, руководство компанией передавалась её заместителю, который часто подменял ее, пока она была в разъездах, а 10% от акций компании доставались мне, еще 5% маме и брату. Также мне доставалась ее машина. На ней она очень любила разъезжать по всему городу, напевая свою любимую песню, а также конверт с письмом. Другим родственникам ничего не досталось, отчего они вышли все раздосадованные, а некоторые даже упрекали покойницу недобрым словом.

Но меня это уже больше не волновало, мне хотелось прочесть то письмо, что оставила мне тетя Маргарет. Так что, пока родители разбирались в бюрократичных делах, я быстро прибежал в отель, судорожно открыл письмо и начал его читать.

«Привет, мой дорогой племянник. Раз ты читаешь это письмо, значит, я уже умерла. Да так происходит, к сожалению, все в этой жизни бывает. Даже смерть. Я хочу попросить тебя долго не грустить обо мне. Лучше подумай о живых, чем в тысячный раз вспоминать мертвых. Потому что вторым ты уже ничем не сможешь помочь, да и не нуждаются они в этом.

Я очень люблю тебя самой сильной любовью, что есть на белом свете. Будь у меня возможность, я бы подарила тебе весь мир. Может именно поэтому я так много начала работать в последнее время. В ближайшее время я планирую лечь в больницу. Надеюсь, что успею, а если не успею, что ж такова судьба.

Я всегда мечтала о детях. Но, к сожалению, судьба такая злодейка (рядом был нарисован карикатурный злой смайлик) не дала мне эту возможность. Так что прошу простить меня за такую дерзость, я всегда считала тебя своим ребенком.

Надеюсь, я успела прийти к тебе на последний звонок! Ведь это важное событие в твоей жизни. Если нет, разрешаю тебе выругаться за двоих. Как жаль, что я это не увижу.

И последнее я бы хотела ответить на твой вопрос, что ты задал много лет назад. Счастлива ли я? Да, счастлива… Особенно когда рядом ты, мой носорог.»

В письме лежал еще один листочек, на котором очень карикатурно был нарисован носорог — негласный символ нашей семьи, ведь отец часто по-доброму называл меня носорог, а после подхватили и все остальные члены семьи, к которым я отношу и тетю. Он был нарисован достаточно аккуратно. Носорог стоял на песке, а рядом были нарисованы пальмы и небольшая речка. Быстро смахнув слезы, я побежал в магазин: подбирать подходящую рамочку для этого рисунка.

Сейчас я уже сам отец двух прекрасных дочек, а этот рисунок по-прежнему стоит у меня на столе, на самом видном месте. А если кто-то спрашивает, откуда у тебя этот рисунок, я, не задумываясь, отвечаю: “Он достался мне от самой крутой тети на свете!”

Панькина Любовь Николаевна
Страна: Россия
Город: Саранск