На улице лил дождь. Такой, что зонты выворачивались наизнанку. Но надо было идти в школу. Бабушка достала с верхней полки чулана свой старый школьный рюкзак и вручила мне со словами: “Надевай, внучок, он надежный, проверенный!”
Я вздохнул. Рюкзак и правда был “проверенным”, потрепанным донельзя. Кожаный, с массивными ремнями, он выглядел так, будто пережил уже не одно поколение. Тяжелый, как чемодан с кирпичами, и мокрый уже от одного взгляда на улицу.
Дождь барабанил по асфальту, лучи разливались как озера. Я шел, шаркал ногами, а рюкзак то и дело съезжал набок, потому что один ремень был короче другого. Капли просачивались сквозь потертую кожу, и вскоре плечи стали влажными. Ветер свистел, а я дрожал, мечтая оказаться дома.
Вдруг я споткнулся о камень и навернулся. Рюкзак свалился с меня в открытом виде, и я машинально заглянул внутрь. Вместо учебников и бутербродов там оказалась… деревянная лестница, ведущая вниз, в темноту. Любопытство пересилило. Я осторожно спустился и очутился в небольшом, но уютном помещении. На полу лежал мягкий мох, а в центре мерцал маленький костер. Над ним висел котелок, от которого шел аромат глинтвейна на виноградном соке. Я огляделся и заметил полку с книгами, гамак под потолком и даже граммофон с пластинками. В рюкзаке было так уютно и спокойно, что я решил пригласить друзей. Первым пришел Марк. Он промок до нитки и дрожал. Я поманил его за собой, помог спуститься по лестнице. Потом заглянула Таня с пакетом имбирных пряников. Следом — Рома, который принес колоду карт и предложил сыграть в “Дурака”.
Мы грелись у костра, пили глинтвейн и читали друг другу книги, готовясь к школе. Дождь стучал по рюкзаку, как будто пытался до нас достучаться, но нам было все равно.
Когда тучи разошлись и выглянуло солнце, мы неохотно вылезли наружу. Я оглянулся на потрепанный рюкзак и улыбнулся. Теперь я знал его секрет: он не просто хранил вещи, он хранил моменты счастья. Я был благодарен бабушке за этот удивительный подарок.
