Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
От столетия к столетию

Солнце светило над, казалось бы, бескрайними суровыми землями, умело перекраивая испуг в восхищение. Ранним утром прекрасного летнего дня двое жителей неизвестного народа, неизвестной земли и неизвестного селения вышли из своего скромного дома и направились на поляну неподалёку, в которой ещё не успели натыкать деревянных строений, и сели на землю, примяв траву и поставив рядом с собой прочные корзины. Это было пока ещё не тронутое человеком место: высокая зелёная трава, старающаяся быть как можно ближе к солнцу, ветер легко гулял над полем, не встречая ни одной преграды перед собой, а птицы без страха летали в деревьях, чирикая и напевая свои песни, никому не понятные.

Люди, пришедшие на свободную землю, словно вмиг умертвили её, ведь ветер стих, птицы улетели, а часть травы была прибита ногами к земле. Солнце, вопреки прочим закономерностям, с той же блаженной безучастностью смотрело вниз, скучающе развалившись в облаках. Природа притихла, как запуганная собака.

Старший из двух гостей на этом поле посмотрел на мальчика, которого привел с собой, и глубоко вздохнул. Мальчишка, оглядевшись, повернулся к отцу и дёрнул его за рукав кафтана:

— Батюшка, — он с блестящими от чистого интереса глазами глянул на родителя — Позволишь мне спросить?

— А что же не позволить-то? — мужчина наклонился к сыну и тот с волнением указал на единственную птицу, летевшую в небе :

— Птичка?

— Отчего она летает?

Задумавшись над вопрос, отец провел рукой по длинным густым волосам. Птица махнула крыльями и скрылась в небе, на что мальчик слегка разочаровано вздохнул.

— Летает птица от того, что её держит ветер и любит небо — сказал взрослый. Мальчик почесал затылок и, воодушевленный, вскочил на ноги, начинав прыгать на места и размахивать руками — —Чего ты взбаламутился?!

— Значит ли то, что ты сказал, что Бог ветра держит птиц на руках? — спросил он, продолжая прыгать — А если достаточно попросить и принести Богу дар, то он поднимет в небо и людей? И будем мы, как птицы, парить над землёй, не зная преград и не боясь высоты!

— Птицы – не люди, — сказал отец и похлопал сына по голове, дабы тот успокоился. Мужчина поднял взгляд и обвел рукой всё видимое небо — Летать нам, людям, не дано.

— Отчего же люди не летают, как птицы?

— У птиц есть крылья — кивнул родитель, похлопав рядом с собой по траве. — А ты, как не маши руками, не оторвёшься от земли. Мы к ней прибиты крепко-накрепко.

Приуныв, мальчик с лёгкой завистью глянул на малыша -воробья, что сидел на ветке высокого дерева и вертел головой, наблюдая за людьми. Кажется, он был совсем маленьким и никогда ранее не видел чужаков на своем поле.

Обиженный мальчик взял с земли камень и хотел кинуть в воробья, но отец схватил сына за руку и забрал камешек из его рук.

— Коли сами мы летать не можем –нечего птицам мешать, — строгим голосом он смог усмирить мальчишку и, погладив его по голове, усадил рядом с собой — Зависть тебя не красит. Тем более, к братьям нашим меньшим.

Зажмурившись, ребёнок обнял отца, и его взгляд больше не касался неба. Его вниманием завладели высокая трава, сияющая в солнечных лучах, жучки, бегающие по зелёным листочкам и цветам, и небольшие пышные кусты.

Его рука потянулась к упавшему зелёному листочку, маленькому-маленькому, словно пёрышко синички.

— Батюшка, а у меня ещё вопрос есть,— он повертел лист в руках. — Кто наградил нас этой красотой?

— Знаешь, сына, — мужчина замолчал на мгновение и покачал головой, обведя взглядом поляну — Есть много богов на земле ,и каждый за своё отвечает. Однажды один из них породил людей, другая даровал для них бескрайние поля и тёмные опасные леса, коим нет ни конца, ни края, а третий пустил воду в реки и озера. Матушка-земля наша милостивая одарила нас плодородной землёй, травой, кустами, всем-всем-всем и заботится о нас, как о собственных детях.

— А мы? — возмущённо сказал ребёнок — А мы ей что?

— А мы ей заботу и любовь, не бросаем мы ее, в бою не отдаем и до смерти стоим за неё. Это наш долг, сын, мой, — отец указал пальцем на сына.— И твой. Мать свою родную, и вторую Родину-мать защищать, любить ее до конца и самому её не обижать. Матушку-землю обидеть -это ниже мертвых провалиться.

— Таки я понял, — мальчик поднял мятый лист и словно прикрыл им солнце. Листик засиял в солнечных лучах, став ярко-ярко зелёным, и начал чуточку светиться, показывая каждую жилку. — Мы так много имеем у себя, что никогда не сможем отдать богам достаточно. Но они дали нам весь этот мир и мы должны его защищать, ведь всё это они породили.

Ничего не ответив, мужчина поднялся, взял корзину в руку и жестом показал сыну подниматься за ним. Схватив свою корзину, ребёнок, немного пораздумав, положил на дно маленький зелёный листик.

С того момента пролетело много лет, многое стёрлось, многое было создано и сделано. Нет больше у неизвестного народа этого неизвестного селения, не жили там люди долгое время, забросили дома и о земле не заботились. Пока однажды…

Девушка выбежала в сад и запрыгнула на скамейку, поправляя платье. Она с интересом посмотрела вперёд: стоит маленький заборчик, за ним – неаккуратные кусты и ветвистые деревья, а перед ним – аккуратная лужайка и множество клумб. Она боялась смотреть за забор — уж больно страшные крики оттуда доносятся, да и отец говорит, что там ужас стоит — поэтому опустила взгляд на миленькие, прелестные цветы, такие же красивые и светлые, как она сама. Но ей совсем не нравились эти цветы, она хотела бы посадить другой цветок, который видела недалеко от прежнего дома, но никто не хотел этим заниматься.

—Дорогая, ты чего от гувернантки сбежала? — раздался громкий голос рядом со скамейкой. Девушка обернулась и увидела немолодую мать, что со строгостью в глазах, но без злобы, на неё смотрела. — Мадам Бонне разволновалась вся! А ну живо на урок или, Бог свидетель, ты вынудишь меня силком тебя притащить!

Та лишь хмыкнула, не желая подчиняться воли матери, опустила глаза на землю. Там, правда, ничего интересного: скошенная трава, жучки, песок — скучно, но смотреть в глаза родительницы она не хотела. Женщина же села рядом с дочерью на скамейку и дотронулась до её плеча, дабы привести её в чувства.

— Давай, родная, не капризничай,— она нахмурилась и на её слегка напудренном лице появилась нотка беспокойства, исказившая обычное светское спокойствие. — Тебе пора повзрослеть и понять свое легкомыслие.

— Матушка, я так устала от вязания, пения, фортепьяно и танцев, знал бы кто… — девушка легко провела рукой по лбу. — Я нашла столько интересных книг в библиотеке, но мадам отказалась помочь мне с некоторыми словами, утверждая, что подобная литература мне не подходит!

— Что же это за книги такие?

— Различные труды учёных по математике, истории, биологии, — начала перечислять она. — Гёте, Кант, юношеские рассказы Остин, «Робинзон Крузо» и «О духе законов». Часть из них были переведены, но не все, и я расстроена тем, что мадам Бонне, зная только Джейн Остин, согласилась помочь, единственно только с ней. А отец ведь принес столько книг, почему вместо фортепьяно я не могу заняться чтением?

Ее мама молча опустила глаза, в которых лишь на мгновение было дозволено мелькнуть страху, и глубоко вздохнув, мысленно сосчитала до десяти. Руки слегка задрожали, выдавая волнение, она расправила плечи, чтобы почувствовать себя хоть немного увереннее.

— Прекрасно, что тебя заинтересовала такая литература, но, пойми одно – тебе не к чему репутация синего чулка.

Девушка сначала вопросительно посмотрела на родительницу, а после, кажется, вспомнив, что это значит, оскорбилась. На молодом лице отчётливо можно было разглядеть обиду, которую, как не старайся, юная леди ещё не научилась прятать.

На подлокотник скамейки села маленькая бабочка, которая, к своему, наверняка, удивлению стала частью спора.

— Ты должна быть как, скажем, бабочка, — женщина указала на насекомое, заставив дочь оторвать взгляд от земли и глянуть на капустницу. — Лёгкая, незатейливая и прекрасная, чтобы смотреть и наслаждаться. Багаж книг, безусловно, хороший, но твое пренебрежение к танцам и фортепиано может очень отяжелить твои крылья.

— Я найду общество мне по душ, — незамедлительно прилетело возражение.

— Только это не то общество, которое тебе нужно искать, — махнула рукой мать. — Общество сухих педанток – вот же забава!

— Общество интеллигентных и образованных звучит менее забавно? — на эмоциях сказала дочь и посмотрела в глаза матери столь пронзительно, что той чуть было не пришлось отвернуться. — А сама ты кто в обществе, которое так боготворишь? А отец? Он приносит все эти книги, но ты не называешь его скучным.

— Потому что это мои книги. — На сей раз пораженно замолчала уже молодая девушка — Да, каждая до единой. И я была когда-то похожей на тебя, и я, поверь, намного лучше знаю, что тебе скажут и как к тебе отнесутся, и я-то точно знаю, что тебе это не нужно. Иди лучше заниматься музыкой и подбирать красивое платье, чтобы всех поразить на балу. Иди танцуй, будь элегантной и красивой, а не скучной женщиной, которой все будут предрекать судьбу старой девы.

Ее дочь встала и, что-то пробормотав, ушла. Она смотрела на землю грустно и разочарованно, прямо как ее мать в этот момент. Бабочка улетела с подлокотника и направилась куда-то далеко, через леса, паря невысоко над землёй.

Усадьбу продали, это место бросили молодые умы, что искали лучшего и большего, чего не смогли найти здесь. Спустя года, прошедшие в преобразованиях и изменениях, люди превратили заброшенное село в ныне неплохо заселенное, чистое и красивое.

Прошло не одно столетие и уже другие жители этого неизвестного селения так же сидели ровно на этом же месте. Их было трое человек: дедушка, его внук и внучка. Закутавшись потеплее в шарфы и куртки, они смотрели на звёзды, ярко сияющие в ночи и исчезающие ближе к горизонту, выискивая знакомые созвездия.

Дети вместе листали холодные страницы энциклопедии в поисках нового созвездия, о котором им рассказывал , а потом и показывал дедушка, а после с восторгом читали все, что про это созвездие написано в книжке.

В небе пролетел самолёт, и лишь один старик проводил его взглядом, тогда как дети были слишком заняты, пытаясь произнести «Бетельгейзе» без запинки. Однако, когда машина уже скрывалась из виду, они всё же посмотрели ей вслед и махнули рукой, искренне желая удачного полета.

— Мы ведь совсем недавно покорили небо, — сказал внукам дедушка. — А до того только и могли, что мечтать, эх!

— А кажется, будто мы всегда могли летать! — улыбнулся мальчик, вглядываясь в небосвод.

— Кажется, будто до этого совсем несложно додуматься, — кивнула девочка и закрыла книжку с описаниями созвездий.

— Поднять машину в небо – задача, знаете ли, не из лёгких, однако человек на всё способен, чтобы сделать мечту реальностью, на всё!

И пока дети увлеченно рассуждали о чудесах, созданных руками человека, взгляд старика упёрся в высокий забор, разделяющий два участка – их, и соседний. А что там, за забором, не видать: буйные ли деревья, огромные ли просторы, клумбы ли с прекрасными цветами или простой дом, простые люди и их простые мечты, которые когда-то подняли в небо самолёт.

Сколь сильно этот мир несовершенен, столь же сильно он и прекрасен. Никто не знает, что там будет дальше, как всё изменится и куда мы повернём, однако заметьте, я прошу, что человек, не имеющий крылья, теперь покоряет небосвод.

Астраханцева Анастасия Романовна
Возраст: 15 лет
Дата рождения: 29.05.2007
Место учебы: Средняя школа №8
Страна: Россия
Регион: Ярославская обл.
Город: Ярославль