Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Обратная сторона карты

Вдоль Литейного проспекта шёл высокий статный мужчина с рюкзаком на спине. Внутри лежал недавно купленный красный парик и цветастый галстук. Дмитрий Андреевич направлялся в цирк на Фонтанке, в котором работал уже двадцатый год. Он всегда считался душой компании, коллеги часто обращались к нему за советом и просто подходили поболтать. Сам же Дмитрий Андреевич не мог объяснить своей волшебной тяги к профессии клоуна, но, ежедневно наступая на ворсовое покрытие арены и ощущая от него прилив сил, точно был уверен, что его выбор – правильный. В эти моменты в голове мужчины нередко проскальзывал эпизод из его детства, ярко запомнившийся и по сей день: маленький любознательный мальчик Дима попал на представление мага-иллюзиониста; во время одного из номеров тот вызвал его из зала помогать показывать фокусы. Юный помощник довольно хорошо справлялся со своей работой, а иногда даже разгадывал секрет иллюзии раньше, чем маг успевал показать её залу. В конце шоу артист поблагодарил мальчика и сказал, что тот вырастет и станет великим иллюзионистом. Маленький Дима ответил, что и правда вернётся на арену взрослым мужчиной, однако хочет стать только клоуном. Маг усмехнулся и сказал: «Посмотрим»…

Не так давно директор цирка подошёл к Дмитрию Андреевичу с неприятным разговором. «В последнее время народу не до веселья, все хотят поверить в чудо хотя бы на несколько минут, а не выдавливать смех над глупыми шутками. Клоуны уже не актуальны, зрителей всё меньше, как и денег! Ты умеешь показывать фокусы? Вводить зрителей в ступор? А лучше бы этим занимался, чем кеглями жонглировал!» – опять звучали злые слова директора в голове мужчины. Дмитрий Андреевич тоже замечал изменения: зал выглядел пустым, по сравнению с его давними концертами, зрители всё тише аплодировали, а некоторые даже уходили со своих мест в середине выступления. От этого на мгновение сердце старого клоуна замирало, и сбивалось дыхание. С самого дебюта и до сегодняшнего дня Дмитрий Андреевич обожал свою работу и был тепло привязан к своей аудитории.

По пути на работу клоун замечал яркие афиши сегодняшнего шоу. Программа со старыми участниками коллектива была всё та же, в некоторые номера лишь внесли небольшие правки, но в этот раз народ особенно быстро раскупал билеты. Всё из-за красовавшихся на переднем плане фотографии иллюзионистов, приехавших в город по приглашению директора с собственным представлением. Клоун не знал этих людей, но с каждой новой попадавшейся афишей всё недоброжелательнее думал о каждом из них: о худощавом юнце с белыми волосами, пышной даме с хитрой улыбкой, старике с огромным брюхом и пышными усами, и стоящим во главе стройным мужчиной, выглядящем куда моложе своих лет. На фото он казался ненастоящим: натянутая на лице улыбка, взъерошенные русые волосы, да и его странная кривая поза не создавали о нём впечатление серьёзного человека.

Вокруг этой компании возник неожиданный ажиотаж: публике хотелось познакомиться с новыми лицами, ведь примелькавшиеся, появляющиеся каждый месяц персонажи уже успели надоесть, да и заявленная программа с фокусами звучала необычно. Дмитрий Андреевич же к ним относился весьма скептично, ведь был уверен, что настоящее название этой труппы – жулики, но из-за предстоящей работы с ними в коллективе пытался мыслить позитивнее.

Войдя в двери цирка, клоун, не раздумывая, отправился в гримерку. Он спешил примерить новые костюмы для шоу, которые купил вчера, ведь желал перевоплотиться и показать интересные номера директору, над которыми думал всю ночь в надежде порадовать его новыми идеями. Но как только Дмитрий Андреевич открыл дверь, его уже ждал сюрприз: шайка фокусников заняла всё место гримёрной и гоготала во весь голос.

— Хо-хо-хо, Дмитрий Андреич, дорогой! Мы уж было объявления хотели вешать, трубить на всю Фонтанку о твоей пропаже! Какой у тебя прелестный рюкзачок, право, – заголосил тот самый, главный. Он выглядел почти так же глупо, как и на фотографии, и при этом зачем-то держал в руках детскую погремушку, которую тряс после каждой совей репризы.

— И вам доброе утро, друзья, – растерянно ответил клоун.

— О, Дмитрий Андреич, хо-хо, это прекрасно, что ты уже считаешь меня своим другом. Я Джоук, – сказал мужчина.

— Интересный псевдоним, Джоук.

— Какой же псевдоним, в самом деле? Самое настоящее имя, собственное, хо-хо-хо! Прямо в свидетельстве так и прописано, могу доказать, – Джоук потянулся было за бумажкой в кармане, но был остановлен резким ответом собеседника.

— Спасибо, но, пожалуй, поверю вам на слово. А откуда, собственно, вы знаете моё имя?

— О, Дмитрий Андреич, неужели ты настолько плохого обо мне мнения! Конечно же мы потрудились разузнать имя нашего дорогого коллеги заранее! Присядь, не будем же мы знакомиться в проходе, в самом деле, – Джоук пододвинул стоящий рядом с ним стул к собеседнику и жестом предложил на него приземлиться.

Дмитрий Андреевич присел и вновь осмотрел своего нового знакомого. Одет Джоук был в полосатые классические штаны и красно-жёлтую рубашку.

— Дмитрий Андреич, не буду придумывать долгого вступления, перейдём сразу к делу. Насколько ты мог слышать, наша труппа умеет довольно, я бы даже сказал, профессионально показывать фокусы. Но именно фокусами наши проделки предстают для человека обычного. Ты веришь в магию?

— Нет, разве я ошибся с вашим возрастом, чтобы обсуждать такие темы? Хотя, смотря на вашу… Игрушку, – смущённо ответил мужчина.

— Скажите спасибо, что бычий пузырь с горохом не принёс, хо-хо-хо. Ох, нет, не подумай, я вполне смею называть себя зрелым человеком, даже в какой-то степени перезрелым! А всё-таки жаль! Из тебя бы вышел неплохой волшебник, мой прекрасный друг. «Сапожник починяет нам ботинки, а плотник — табуретку и крыльцо, но только у волшебника в починке светлеет ваше сердце и лицо!». Хо-хо! Знаешь, а давай перейдём к практике, самому уже, честное слово, трепаться языками надоело. Я хочу показать тебе один из номеров нашей предстоящей программы. Позволь… – иллюзионист встал со своего места перед Дмитрием Андреевичем и уже держал в руках 54-картовую колоду. Джоук тщательно перемешал карты и посмотрел на собеседника сияющими от счастья глазами.

— Сейчас, Дмитрий Андреич, внимательно следи за моими движениями. Я буду тасовать колоду и раскладывать карты на стол. Запомни вот эту картинку, – Джоук держал меж двух пальцев карту с изображением джокера, отливавшую золотистым блеском, – славный малый, не правда ли? В общем, как только ты увидишь её на столе, тут же накрой лицевую сторону ладонью. Договор? – закончил и расплывчато улыбнулся мужчина.

Хотя клоуну вовсе не по душе были все эти трюки, он согласился. Дмитрий Андреевич не мог понять причину утвердительного ответа, и свёл своё согласие к тому, что на него повлияли очередные приёмы иллюзиониста. Мысленно мужчина назвал его шарлатаном и проходимцем, но деваться было некуда.

Джоук в это время виртуозно перекладывал карты из правой в левую руку и наоборот. Он по-настоящему был увлечён своим делом и выглядел так, словно в жизни умел лишь это. Успешно перемешав колоду, мужчина принялся раскладывать её на столике в центре гримёрки – постепенно появлялись бубновая четвёрка, пиковая семёрка, дама крести, червовый туз… Золотистый джокер! Дмитрий Андреевич резко среагировал на блик упавшей карты и мигом прихлопнул изображённого на ней персонажа. Клоун приподнял голову и хотел узнать дальнейшую суть всего действа, но понял, что не слышит и не видит перед собой затейника фокуса. Он повернулся вбок, но вновь не разглядел ни одного участника шайки. Не то, что людей, он не мог различить знакомый и родной ему вид небольшой комнаты: всё пространство было усыпано теми же яркими блёстками, что и карта. В ушах поднялся громкий звон, виски пульсировали, глаза переставали различать даже свет, от боли веки сомкнулись сами.

Со временем ощущения утихли, и Дмитрий Андреевич наконец смог увидеть обстановку вокруг себя. Он не знал этого места ранее, вокруг не было прочных стен, мужчина смог разобрать лишь вид красно-белых полосок по всему периметру. Похоже, что это был цирковой шатёр, почти такой же, в котором клоун обычно проводил свой рабочий день, но тут материал выглядел грязноватым и потрёпанным. Дмитрий Андреевич вгляделся в дальний угол: оттуда к нему шёл странный человек. Толстый горбатый старик с мученическим, но узнаваемым лицом, словно вот-вот был готов разрыдаться на месте. Он приближался к клоуну и жалобно заглядывал ему в глаза, вдруг негромко заговорил.

— Приветствую, мой друг. Не задавай вопросов, не перебивай, послушай. Я Джоук. Да-да, не удивляйся, тот самый. Мы сейчас по другую сторону карт, реальность здесь вывернута в обратную сторону. Как мы вообще оказались тут? Столкновение противоположностей в настоящем мире – и вуаля! Ты – клоун, а я – шут, – в голосе Джоука не было прежнего веселья и потехи, говорил он безэмоционально, не шутил и не гоготал после слов, иногда будто забывал собственные фразы.

— Шут? – изумленно переспросил Дмитрий Андреевич.

— А ты ещё не понял? Думал всё-таки, я какой-нибудь простой семьянин, стишки для дитяти учил и погремушку у него отобрал? Здесь, кстати, она давно пропала и так и не нашлась, к сожалению… Погремушка в смысле. О чём я? А! К какой карте тебе стоило прикоснуться, чтобы сейчас вести диалог?

— Джокер…

— Именно. На самом деле, я даже рад, что так вышло. Сюда не являются просто так, узрев мир с другой стороны, человек изменяется. Помнишь мой вопрос про магию? Ты всё ещё убеждён, что её не существует?

— Это шутка? Очередная иллюзия? Джоук, не стоит заигрываться, прекращайте и репетируйте отдельно от меня!

— Тише, мой дорогой, паника в таких случаях – нормально, но не стоит так громко кричать. Если ты хочешь выбраться – сыграем партию в карты. Когда на руках у тебя останется один главный козырь – ты свободен. Свобода… Хорошее слово. Интересно, есть ли она вообще у кого-нибудь?

— Я даже трогать эти картишки не хочу. Покажите выход и отойдите подальше.

— Так вот же он.

— Где? Я не вижу дверей поблизости, – Дмитрий Андреевич покрутил головой и остановил взгляд на шуте. Второй лишь улыбнулся и держал в руках колоду.

Клоун застыл. Он не понимал, как влияет на него собеседник. Один вид карты вызывал отвращение, но от безысходности мужчине казалось, что в этот момент она и правда сможет его спасти. Он неуверенно двинулся вперёд. Шут склонил голову, он был доволен его движением.

— Прекрасно, Дмитрий Андреич. Присаживайтесь, сыграем партейку.

Джоук щёлкнул пальцами, и между двумя мужчинами появился небольшой круглый столик и два стула. Шут присел и сразу же начал тасовать колоду. Дмитрий Андреевич стоял, пытаясь отойти от удивления, и спустя некоторое время опустился напротив Джоука, где для клоуна уже был выложен веер игральных карт. Мужчина взял его в руки и начал рассматривать изображения: все цифры и масти были изображены вверх тормашками, восьмёрка упала набок, а некоторые четыре карты выглядели совсем иначе: вместо, как решил Дмитрий Андреевич, валета был изображён современный дворецкий в классическом костюме, вместо изысканной дамы – худенькая женщина, одетая в дорогое платье и серебряные украшения, а короля заменял ухоженный мужчина в классическом костюме, видимо, директор крупной фирмы.

— Надеюсь, тебе хватило времени изучить картинки, теперь, друг мой, перейдём к правилам. Я положу по центру карту, к примеру… Анбуб бесконечности. Постарайся запомнить эти названия для лёгкой игры. Теперь ты должен накрыть её либо бесконечностью другой масти, либо другой картой анбуб, если подходящей нет – бери из основной колоды. Играем до тех пор, пока в руках одного из нас не останется одна особая карта. Начнём же.

Завершив речь, Джоук посмотрел на клоуна. Дмитрий Андреевич задержал взгляд на его лице и ожидал более подробного описания “особой” карты, но так и не услышав его, начал перебирать свой веер.

Все правила были понятны, поэтому процесс игры пошёл быстро. Карты летали в руках двух игроков, на столе возник беспорядок. Четвёрки перекрывались бесконечностями, затем сверху летели двойки, туза били обычными тройками. Смешались в кучу итсерк, ивреч. Первые брошенные карты уже не были видны под грудой остальных партий. В один момент тишину развеял шут.

— Изменения – это двигатель прогресса. А изменения на что-то совершенно противоречащее идеалу – не всегда абсурд, Дмитрий Андреич. О чём-нибудь тебе говорят эти слова?

— Только лишь о вашем пристрастии к излишней болтливости – парировал клоун, накрывая брошенную противником карту.

— Мой друг, я не понимаю, за что ты на меня держишь злобу. «Но только у волшебника в починке светлеет ваше сердце и лицо», помнишь? Я же пытаюсь тебе помочь, пойми. Я знаю, что тебя тревожит и как это исправить. Да и в конце концов, разве мои советы кажутся лишними?

— Не стоит болтать под горячую руку, с хода игры сбиваете. А если хотите знать, я всё так же считаю вас обычным лгуном, дурачащим меня настольной игрой, – на самом деле, после фразы шута Дмитрий Андреевич был немного напуган и смягчён одновременно: незнакомый человек, казалось, в самом деле знал о переживаниях клоуна и старался решить его проблему.

— А ты не такой доверчивый, как я предполагал. Если же я сделаю так? – шут повёл указательным пальцем по воздуху над столом, и карта из колоды самостоятельно подлетела к рукам Джоука.

— Магия бывает не только чёрная и использовать её можно в самых разных целях. Кстати, кажется, забыл сказать, теперь ты, попав в это пространство, тоже наделён небольшой частичкой нашего мира. Попробуй.

Клоун выдержал паузу, и задержал ладонь над лежащей на краю колодой. На подушечках появилось ощущение тепла и лёгкого покалывания. Карта поднялась в воздух, последовала по направлению за пальцами и нашла себе местечко в собранном веере. Дмитрий Андреевич лишился слов. Отрицавший и порицавший фокусников всё это время, теперь он сам ощущал что-то непривычное. А самое для него страшное – мужчине это понравилось. С детским восторгом он смотрел на левитирующую тройку итсерк, ожившую на этот небольшой срок.

— Вижу положительные эмоции на твоём лице, для меня это хороший знак, – довольно проговорил Джоук, – теперь сможешь использовать этот навык когда захочешь.

Игра стала проходить азартнее: теперь оба противника использовали силы немного выше своих привычных.

Прошло около двадцати минут, от колоды на краю осталось три –четыре карты. Игроки мастерски отбивали ходы друг друга. Дмитрий Андреевич выманил очередную карту. Когда она встала на своё место, зрачки мужчины расширились: он держал картинку клоуна, чем-то похожего на него внешне, осыпанную золотистыми блёстками. «Кажется, это она, – пронеслось в голове у мужчины, – осталось лишь избавиться от лишнего». Шут скинул туза ивреч. Оппоненту повезло – он перекрыл его тузом кип. На стол шлёпнулась девятка кип. Сверху легла девятка небуб. У клоуна осталось две карты. «В жизни бы такого не сказал, но хоть бы магия сейчас была на моей стороне, осталось немного, я освобожусь», – размышлял мужчина. Джоук достал карту из веера… Дворецкий небуб.

— Ну неужели! – вскрикнул Дмитрий Андреевич и опустил на стол дворецкого итсерк, держа в руках одну заветную карту.

Он искренне улыбнулся и поднял голову, но быстро заморгал и замахал перед лицом руками: вновь эти золотистые блёстки и невыносимая боль. Старого шута уже давно не было на своём месте, и шатёр начинал растворятся в поле зрения клоуна…

***

Через неделю после этих событий афиши с фотографией фокусников таинственным образом пропали. Купленные билеты вернули, но скоро они вновь нашли своих обладателей: в городе представляли обновлённую цирковую программу с участием клоуна-иллюзиониста.

Захарина Елизавета Васильевна
Возраст: 17 лет
Дата рождения: 08.07.2005
Место учебы: МБОУ СОШ 7
Страна: Россия
Регион: Ставропольский край
Город: Ставрополь