Пролог
— Ты хорошо себя показала, дитя. Третий лик тобой гордятся, а поэтому они даруют тебе свободу. Лети, дитя моё, туда, откуда смерть тебя забрала. Ты была прекрасным архангелом. Смертная жизнь ждёт тебя.
Глава 1
Дориан резко распахнул глаза. Первое, что ему встретилось – незнакомый белый натяжной потолок, на который падали солнечные лучи. Они двигались, принимая различные фигуры. Дориан медленно сел, зевая и щурясь, оценивая обстановку. Спальня в минималистическом стиле: белые стены без обоев, большие окна справа от односпальной кровати с белыми простынями, на которой он очнулся, серый письменный стол и белые полки, заставленные различными книгами и учебниками.
Дориан медленно встал, разминая затёкшие конечности, и подошёл ближе к письменному столу, мельком осматривая содержимое. Он с сожалением понял, что ни паспорта, ни водительских прав там не оказалось. Только разбросанная по всему пространству канцелярия и тетради. Дориан взял одну из них, открыл на первой странице и прочёл имя человека, чью жизнь сегодня ему предстоит пережить. Винсент Моро.
Ещё раз подняв взгляд на полки, осмотрев книги и прочитав их названия, он понял, что учится Винсент на медицинском факультете, судя по тому, как много там было медицинских справочников.
Дориан развернулся и покинул комнату. Квартира, по которой он проходил, была небольшой, но уютной. Обнаружив ванную комнату, парень зашел туда и встал перед зеркалом, висевшим над раковиной. Оглядел себя.
Сегодня проклятие, видимо, решило его пожалеть, так как лицом его сегодняшнее тело обладало неплохим: светлая кожа, тонкие черты лица, растрёпанные тёмные волосы, голубые глаза, которые придирчиво и устало осматривали собственное отражение. Лицо показалось ему смутно знакомым, но, очевидно, быть таковым оно не могло.
В конце концов, прошло уже так много дней с начала этого ада, что он забыл своё первое — настоящее — лицо. Каждый день Дориан просыпался новым человеком, новой личностью и надеялся, что, быть может, именно сегодня это закончится. Он устал. Устал ждать, устал жить, но покончить с этим не мог. Судьба преподнесла ему это проклятие, и Дориан не понимал за что.
Он со злостью стиснул зубы, выдохнул и резко включил кран, а затем плеснул водой себе в лицо и развернулся. Дориан покинул ванную, захлопнув за собой дверь. Он ушёл в гостиную и сел на диван, закинув ноги на кофейный столик. Дориан уже привык к тому, что каждый день проживает жизнь нового человека, но привычка от себя прошлого у него остались. Например, человеком он был совершенно нескромным, любопытным и слегка грубоватым.
Дориан не знал, сколько он просидел, глядя на тёмный экран телевизора, но периферийное зрение уловило в окне слева резкую вспышку. Она оказалась так близко, что парень резко вскочил с дивана. Он подошёл к окну, посмотрел вниз на город, но ничего не увидел. Показалось? Вполне возможно.
Дориан со вздохом вернулся на диван. Он уже давно перестал что-либо делать или предпринимать, будучи новой личностью день ото дня.
Глава 2
Дориан весь прошлый день провёл, лежа на диване, смотря в телевизор и поедая то, что обнаружил в холодильнике. Потерял сознание он все на том же диване, глядя на тёмный экран телевизора и надеясь, что завтра он проснётся в таком же хорошем теле.
Однако этого не случилось.
Дориан резко сел и распахнул глаза. Телевизор, белые стены, кофейный стол… слишком знакомая гостиная. Слишком знакомые ощущения. Парень так резко вскочил с дивана, что чуть не поскользнулся, и помчался в ванную. Остановившись перед зеркалом, он вцепился в край раковины так, что побелели костяшки, и посмотрел в зеркало. Винсент Моро. Это не новое тело. Это он, Винсент, парень с медицинского факультета. Его глаза расширились от паники, в ушах зазвенело, и он попятился к стене.
— Этого не может быть…- бормотал Дориан. Не может. Как?! Почему?!
Внезапно перед ним возникло что-то яркое и белое. Вспышка света зарябила в глазах, заставив Дориана зажмуриться и закрыть лицо руками. Когда свет померк, он медленно отвел руки от лица и закрыл глаза. Перед ним стоял человек. Девушка. Ее кожа была такая бледная, что практически светилась, на ней был белый халат, а распущенные белоснежные волосы спадали на плечи. Над ее головой — ореол. Глаза девушки были золотистого цвета.
Рот Дориана открылся, он попытался сказать хоть что-то, но мог только беззвучно хватать ртом воздух, как рыба, брошенная на берег. Девушка тем временем сделала шаг назад, подняв руки.
— Осторожно. Я не собираюсь причинять вам вреда, смертный, — произнесла она тихо.
Дориан все еще не мог придти в себя. Постепенно в сознании всплыли события вчерашнего дня. Гостиная, телевизор, вспышка за окном. Так вот что это было! Значит, эта девушка… Не была человеком. И именно она вчера была за его окном, а затем повлияла на проклятие так, что Дориан очнулся в том теле, в котором был и вчера. Невероятно. Невозможно.
Пока Дориан находился в ступоре, девушка продолжила:
— Я прибыла оттуда, откуда является все живое. Оттуда, где свет побеждает тьму. Я — Архангел. Имя мое Макота.
Дориан, наконец, смог совладать с собой. Тихо, едва слышно, он прохрипел:
— Что происходит? — он не был даже уверен, услышала ли она, но Макота мягко улыбнулась и протянула ему руку. Дориан медленно протянул свою и позволил Макоте вывести его из ванной. Они прошли в гостиную и сели на диван. Дориан ущипнул себя за руку, думая, что, быть может, это просто сон, и он все еще без сознания. Боль была вполне настоящей, и парень медленно посмотрел на девушку перед ним, по-новому разглядывая её: красивое лицо, золотистые глаза, которые смотрели на него с мягким прищуром, белая повязка на лбу со странными золотистыми иероглифами, белоснежный наряд, который едва не ослепил Дориана. Теперь он решил, что окончательно сошёл с ума. Макота тем временем просто сидела, не шевелясь, и тоже смотрела на Дориана. Встретившись с ней взглядом, тот увидел в её глазах что-то похожее на жалость. Нет, это было сочувствие.
Дориан отвел взгляд. Он так давно ни с кем не общался, предпочитая все время проводить в одиночестве, что не мог даже выдержать взгляд этих сочувствующих ему глаз. Макота же завела разговор, прожигая парня своим золотистым взглядом.
— Наверху неспокойно. Херувимы заинтересовались вами, смертный. Им кажется, что есть что-то неладное в том, что четырнадцать Великих наслали на вас Проклятие Грехов. Третий лик попытались войти в Междумирье, чтобы разъяснить вашу ситуацию, но их не пустили. И они послали меня вам на помощь. Быть может, если к Великим отправят архангела вместе с тем, на кого наслали проклятие, они нас пустят.
Дориан слушал, не перебивая. Виски сжались, появилась головная боль от всего того, что рассказала ему Макота. Он провёл рукой по волосам, ещё сильнее растрепав их, и хриплым от волнения голосом произнес:
— Проклятие Грехов? Что это?
— Проклятие, при котором тот, на кого его наслали, каждый день будет проживать жизнь тех, кто совершал один из шести грехов.
— Что я такого сделал, что мне досталось это проклятие? — этот вопрос Дориан задал сам себе. Краем глаза он заметил, что Макота покачала головой и произнесла, видимо, услышав его слова:
— За этим меня и послали к тебе. Пойдём со мной. Мы отправимся в Междумирье, туда, где свет и тьма переплетаются, образуя кольца.
Макота поднялась с дивана, и Дориан следом за ней. Она сделала несколько шагов назад, и через мгновение парень ослеп от того, что появилось за ней.
Крылья. Два огромных белоснежных отростков взметнулись за спиной Макоты, такие огромные, что охватывали практически все пространство от стены до стены. Дориан попятился, едва не сев на диван, поражённый этим зрелищем. Макота не дала ему упасть, схватив его за руку. Ее глаза закатились, оставив только белый белок. Она мягко потянула Дориана к себе, и тот оказался в кольце ее крыльев, которые окружили их двоих. В следующее мгновение Дориан почувствовал, как что-то отрывает его от пола. Голова закружилась, и он потерял сознание.
Глава 3
Очнулся Дориан от того, что кто-то резко поднял его на ноги. Парень покачнулся, едва не упав, и медленно открыл глаза.
Вокруг была такая тьма, что он не видел абсолютно ничего. Однако когда он развернулся, то увидел ослепительное сияние, из-за которого он едва не потерял сознание вновь.
— Осторожно, смертный. Все в порядке. Это я, Макота, архангел, — обеспокоенным голосом произнесла девушка. Ее сияние постепенно меркло, и Дориан облегчённо выдохнул. Он поднял руки, потирая глаза. — Мне очень жаль, что я подвергла вас опасности. Я и не думала, что вы так отреагируете… — ее голос затих.
Дориан поморщился, а затем нарочито небрежным тоном произнёс, хотя в глазах его все ещё рябили чёрные точки:
— Я в порядке. Что дальше? — он огляделся. Тьма стояла непроглядная, и она полностью накрыла его и Макоту. Ее сияние полностью угасло, крыльев за спиной не было.
— Пошли, — произнесла девушка и мягко схватила Дориана за руку, ведя за собой. Тот мог лишь только удивляться, каким образом она понимает, куда идти. Парень тут же оборвал сам себя — конечно, она знает. В конце концов, она не человек и явно часто бывала здесь.
Темнота медленно отступала. Было так тихо, что у Дориана зазвенело в ушах. Он решил завязать разговор, не в силах выносить эту тишину.
— Так, значит, это правда, что существуют ангелы и демоны?
— Правда. И все мы делимся на поколения. Я, как ты уже знаешь, архангел.
— Почему именно архангел? — спросил Дориан, услышав в ее голосе странную горечь.
— В жизни на земле я, как и здесь, была учителем. Архангелы следят за передачей откровения и обучают других ангелов.
— Как ты умерла? — возможно, это был слишком грубый вопрос, но Дориан не мог подавить свое любопытство. Он мельком глянул на Макоту и увидел на ее губах грустную улыбку.
— Меня лишил жизни мой родной в той жизни человек.
Тьма начала рассеиваться, разговор зашёл в тупик. Дориан не умел поддерживать людей. Вместо этого он занялся тем, что начал рассматривать то, что их окружало.
Белоснежные изваяния и стены. Дориан замер, застыв перед одним из таких изваяний в виде пушистого кольца с глазом в середине, который смотрел вдаль. Макота мягко потянунула парня за руку. Тот попятился от «кольца» и вновь замер, когда его поглотила тьма. Макота остановилась тоже. Тьма рассеялась вновь.
— Я же говорила, что в Междумирье тьма и свет переплетаются. Идем.
Архангел потянула его за руку, и Дориан пошел. Вскоре они вошли на большое поле, одна сторона которого была белоснежная, а вторая — скрытая тьмой.
И в середине поля тьмы восседало четырнадцать тех самых колец, одно из которых видел Дориан в виде изваяния. Макота и он застыли. Эти кольца были огромными и мрачными, некоторые из них были меньше, другие — больше. Алые глаза некоторых были закрыты, а у других — открыты. Они наблюдали за Дорианом и Макотой. Те тем временем подошли к самому огромному парящему кольцу и замерли перед ним. Глубокий, низкий мрачный голос, казалось, разнёсся по всей поляне.
— Архангелы посмели забрести на нашу территорию и привести с собой смертного? И смертного, который совершил самое жестокое преступление, убив шесть Смертных грехов?
У Дориана перехватило дыхание. Что? Он? Убил шесть Смертных грехов? Этого не могло быть. Он бы не смог…
Макота вступила в разговор, её голос был тихий, но решительный. Она встала перед Дорианом, словно закрывая его от пушистого кольца.
— Он не мог этого сделать. Он просто смертный мальчишка, ему не подвластно убивать. Вы наслали проклятие не на того.
Голова Дориана затрещала. Внезапно в его голове пронеслись видения. Воспоминания.
Вот он, стоит на том же самом месте перед пушистым кольцом, которое представляется ему как Раэль, главным дьяволом правосудия. Рядом с ним парит такое же кольцо, однако размером оно с самого Дориана, и представляется как Гнев. Один из смертных Грехов. Все кусочки пазла встали на свои места.
Дориан медленно поднял голову и внимательно оглядел кольца. Справа от Касикана парил тот самый Грех. Последний из семи.
— Это сделал не я, — громко и четко сказал Дориан. Взгляды троих — Макоты, Раэля и Греха Гнева — обратились к нему. — Ее я убил шесть Грехов. Я всего лишь простой смертный. Мне неподвластно это. Это сделал он, — Дориан кивком указал на Греха.
Тот перестал парить, замер, а его глаз расширился.
— Как ты вспомнил? — промолвил Грех едва слышно.
Раэль медленно повернул глаз к Греху, прищурил его. Гнев дьявола правосудия был ощутим в воздухе, когда он произнёс:
— Это сделал ты. Ты подставил себя, убил своих братьев и сестер… и ради чего? Ради престола Младшего дьявола? Чтобы мы выбрали на него именно тебя, потому что других не осталось?!
Последнее слово он почти прорычал. Дориан вздрогнул, а Макота сделала шаг к нему.
Грех Гнева медленно кивнул. Он перевёл взгляд на Дориана, но не успел ничего произнести, когда внезапно…
Рассеялся.
Гнев рассеялся, его кольцо превратилось в пепел, который разметался по темной земле.
— Все решено. Нам очень жаль, что Младший из нас опустился до того, чтобы убить собственную семью и подставить смертного. Ты отправишься на землю, а мы освободим тебя от проклятия. Прощай.
Дориан хотел было что-то сказать, но не смог. Тьма поглотила его сознание.
Эпилог
Он проснулся. Яркий солнечный свет, мягкая постель и непонимание того, что происходит. Дориан сел, зевая. В спальню вошла красивая девушка с длинными белыми волосами и кружкой кофе в руках. Дориан улыбнулся, а затем сказал:
— Так странно. Я совершенно не помню, что было вчера. А ты, Макота?
Девушка задумалась.
— Странно, но я тоже.
