XIII Международная независимая литературная Премия «Глаголица»
Непростой выбор
* * *
Когда уже кончится эта пытка? Канули в далекое прошлое дни, когда урок технологии или труда, как его сейчас называют, был приятен. В мастерской было интересно. А теперь целыми уроками пишем, пишем, и пишем. Учитель тоже оставляет желать лучшего. Руки уже отваливаются… Сколько мо…
О да-а, чудесная музыка, как я жаждал тебя услышать! Наконец-то – звонок.
— «Глеб, не забудь телефон» – на всякий случай напомнил мне Женька.
Выходим из класса. До следующего кабинета, тут недалеко. Алгебра. Ну что ж, есть надежда, что нас отпустят. Прямо по коридору, и – налево. Где Дина? А, вон там идет.
Эх, Дина. Она появилась в пятом классе. К новеньким у меня всегда был интерес, вдруг среди них появится хороший человек. А она мне с самого начала понравилась. И не только потому, что была красивой. Нет. Красивых девочек у нас в классе полно. А в Дине есть то, чего нет у других. Добрая, честная, отзывчивая, не испорченная современным миром, не жадная. Для меня она – самородок в нашем обществе. Она во многом похожа на меня: ей нравятся книги про волшебные миры, она никогда не матерится, в отличие от других девочек, тоже хочет стать врачом… Умная, скромная… Расписывать можно долго. Дина очень интересный человек, и не так давно я попробовал подружиться с ней. Нашел в себе силы. Но заговорить о любви… Меня не хватило. Не так же сразу. Но внутри меня все равно играли фанфары! Победа близко!
Что?! Серьезно? Ура! Нас отпустили. Домой!!! Спешу к выходу, но с определенной скоростью, не упуская Дину из вида. Стоп?!?! ЖЕНЯ??? Они вместе с Диной идут по лестнице!
Ммдааа, поторопился я с победой…
Неделю назад, на русском, я писал фразы на своем придуманном языке. И одна из фраз, расшифровывалась: Дина я тебя люблю. Свернул в трубочку, запечатал, а тут мой друг Женька захотел посмотреть, что я там накалякал. Ну и после недолгой борьбы он таки смог. Я не очень сопротивлялся его напору. И, как выяснилось потом, недооценил степень риска. А его реакция… Он как-будто вошел в анабиоз, крепко задумался. Может шифр был слишком явный? У меня начали появляться подозрения. Когда я говорил о Дине, Женя замирал на пару секунд, а потом резко уводил разговор в сторону. И так с тех пор было каждый раз, тем более, если я обращался к ней. Я начинал думать что, он тоже влюблен в Дину.
И вот теперь, этот «лучший друг» мило с ней болтает. Все мои подозрения взлетели вверх осиным роем и стали меня грызть. Я разрывался на части. Одна говорила: «Наваляй ему с двух рук и коленом». Другая: «Коленом и в челюсть».
Все особенно осложнялось тем, что Женя единственный из школьных друзей, кого я могу назвать настоящим другом. Дружба у нас с давних пор. Когда в нашем классе стали сформировываться «группировки», меня с Женей усердно травили. Он считался одним из самых «слабых» в классе, но был силен душой – благороден. Этим он радикально отличался от других. А непохожий на всех человек – идеальный козел отпущения. Я тоже был другим. Я любил читать, не имел телефона! Уже причина потравить. Но я вдобавок к этому – практически единственный христианин в классе! Сами подумайте, как над таким не поиздеваться? В те времена мы и стали друзьями – так было легче защищаться. Мы помогали друг другу и силой и словами. Как там в песенке поется? «Друг в беде не бросит, лишнего не спросит». Если я попадал в передрягу он приходил на помощь. И я частенько шел защищать его, в основном от пары любителей «прикалываться». Мало того я и ему, и тем кто задирается, «вещаю» о вере. Прошу не материться, разнимаю, отвечаю на вопросы о Христе… Иногда чувствую себя проповедником! Очень это выматывает. Женя? Он не верующий, но обычно задумчиво слушает мои «проповеди». В школе он для меня самый близкий человек, не считая Дины. Если я его потеряю…
Я очнулся от воспоминаний.
Одевшись, мы пошли к выходу. Дина как всегда задержалась в раздевалке. Но этот Евгений упорно продолжал ее ждать. Ну а мне что делать? Идти домой? Не дам себя со счетов снимать! Чтобы был повод задержаться, я стал держать входную дверь. Дело нормальное, так как из-за пропускного карточного режима дверь блокируется. И вот, наконец, Дина тоже оделась. Опять Женька! Из школы они вышли вместе.
Я не знал, как их развести в разные стороны. Что делать, чтобы не потерять одного из них. Мне невольно пришел на ум фильм «Цирк» Чарли Чаплина. Вчера смотрели всей семьей. Вспомнилось, как главный герой из любви к девушке отказался от нее, так как ей нравился другой. Не просто отказался, а реализовал их счастье. Подвиг, да и только.
Выбор все еще лежал на моих плечах тяжестью Монблана, а руки все еще также чесались наподдать кое-кому. Надо было решать. Я еще раз посмотрел на друзей. Было видно что, Дине сейчас интересно с Женькой. И еще раз вспомнил фильм. Наверное, это тоже помогло мне сделать выбор. Я решил, превозмогая все свои желания, стремления – не мешать им. Пусть будет так, как лучше для нее. А я? Переживу как нибудь.
Дина и Женя мирно шли впереди, а я плелся сзади. Смирился с тем, что перевес не на моей стороне. Не знаю, как. Явно не без Божией помощи. Перед глазами всплывала картинка, как в поединке один баран бодает другого под зад. Захотелось улыбнуться. Но не получилось. Трудно смиряться с поражением. Трудно, но можно.
Моя дорога сворачивала с их пути. Мне идти в Малые Клыки, а им в Константиновку. Я еще раз развернулся, посмотрел им вслед. И пошел своею дорогой.
