XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

НеФормат
Категория от 14 до 17 лет
Наследие Арриды: Спасение

Фанфик по мотивам серии книг

Дж. Фланагана «Ученик Рейнджера» — Наследие Арриды: Спасение

1

Хусейн вошёл в пещеру и, сказав часовому пароль, прошёл к кругу мятежников. Несколько человек возле входа неодобрительно посмотрели на него, но промолчали. А тем временем высокий человек, сидевший ближе всех к огню, продолжал говорить, не обратив внимания на вошедшего…

-… в это время Альшаатины Хусейна должен будет прикрыть отход наших сил, которые переулками выведут Карима из города. За городом они сядут на лошадей и двинутся в пустыню. Потом, заметая следы, они вернутся к убежищу. Всем всё ясно? –

Говорящему ответил ряд голосов – Ясно.

– Так, все свободны, кроме тебя, Хусейн.

Пробиваясь через выходящую толпу, молодой человек подошёл ближе к костру.

– Ты что-то хотел, дядя? – спросил он.

– Да — Умар вздохнул – Почему ты опять опоздал на совещание? Я замечаю это за тобой не в первый раз. Где ты пропадал в этот раз?

– Ты сам послал меня в Маророк на разведку.

– Да, но ты должен был вернуться оттуда около двух часов назад! Почему ты задержался в этот раз?

Хусейн раздражённо посмотрел на дядю — Я хотел проведать отца и сообщить ему хорошие вести! –

– А если бы тебя поймали? — тихо спросил Умар – Без тебя и твоего отряда у нас нет и шанса спасти его. Ты можешь хоть раз вести себя ответственно?

Подросток понурил голову – Я понимаю, дядя.

– Вот и хорошо — С облегчением выдохнул мужчина – А теперь иди и объясни детали плана своей банде.

2

Хусейн сильно удивился, когда, заходя в выделенные его команде помещения, не услышал привычного гама дюжины голосов. В общей комнате подростки, вместо обычного занятия ерундой, чистили винтовки, точили лёгкие сабли, заряжали магазины, готовясь к завтрашней операции. Они даже не кинулись с криками встречать своего лидера, как они это обычно делали.

– И что это должно было случиться, чтобы Альшаатины наконец-то взялись за ум? – спросил удивлённо Хусейн – Или Огузы вырезали мой отряд и подослали своих шпионов?

– Спросил бы лучше у своего дяди – ответил ему самый старший в комнате, восемнадцатилетний Мурад – Он отловил нас, когда ты ушёл на разведку и попросил, хотя бы до того момента, когда вернётся Карим, вести себя серьёзно.

– Вы же не могли просто так согласиться? –усмехнулся командир- И что же он вам пообещал?

– Нам наконец-то разрешили увеличить наш отряд – улыбнулась Фахда, единственная девушка в отряде Альшаатинов – А также нам разрешат делать, что хотим.

– Умар так и сказал?

– Нет, конечно. – Сказал Саад и, низким голосом, состроив важную гримасу на лице, произнёс – «После завтрашнего налёта вам будет предоставлена широкая автономия в рамках нашей организации. Вы сможете самостоятельно планировать операции, строить собственную агентурную сеть и расширять вашу оперативную группу»

Все сразу же засмеялись.

– Теперь я понял, что это говорил Умар – Всё ещё посмеиваясь, сказал Хусейн – Это конечно хорошие новости, но сначала надо вызволить моего отца, а потом уже всем этим заниматься.

Хусейн подошёл к карте Маророка, бывшей столицы Арриды. Несколько веков назад племена туранов, живших в горах на севере от Арриды, были объединены воином Огузом Первым. Он и его приемники захватили гигантские территории севернее и восточнее Арриды. В то время она распалась на несколько воюющих городов-государств. Поэтому, даже объединившись перед лицом угрозы, войско Арриды было наголову разбито Сулейманом Вторым. Поначалу тураны, ставшие называть себя огузами, принесли в Арриду мир и порядок, но через 300 лет от них видели только поборы и унижения. Тогда и начались восстания, участники которых требовали независимости от Огузской империи. Ещё через сотню лет начали появляться организованные группировки, нападавшие на караваны огузов-налогосборщиков, грабившие банки и проводившие другие акции за независимость Арриды. Одной из таких была группа «Старая Аррида», действующая в бывшей столице — городе Маророк. Она создала специальный отряд разведчиков, состоящий из подростков-снайперов: Альшаатинов (чертят), как их прозвали огузы. И сейчас их задачей было вызволение лидера «Старой Арриды» Карима аль Малика.

– По нашим сведениям захватчики повесят Карима на площади перед домом наместника. – начал доклад Хусейн – Наши люди внедрятся в конвой и, когда начнётся казнь, убьют настоящую охрану и будут отступать переулками к окраине города. Мы расположимся на крышах вдоль всего пути отступления и будем прикрывать Карима. После того, как он скроется, вы заляжете на дно до вечера, после проберётесь до окраины Нового рынка. Оттуда мы доберёмся до убежища. Всем подготовиться и выспаться. Собираемся завтра на рассвете.

–Так точно, начальник. – сказал Исмаил, и все продолжили подготавливаться.

3

Карим вздохнул и ещё раз перечитал письмо, которое ему передал связной, внедрившийся в стражу:

«Вас не повесят прилюдно. Наместник решил, что сначала вас расстреляют, а потом повесят на площади ваше тело. Своим я сообщить не смогу, из тюрьмы никого не выпустят до утра. Простите»

Дочитав до конца, лидер мятежников сложил лист и спрятал в куче сена, служившего его постелью.

-Дааа… – подумал он – день обещает закончиться быстро.

4

Разместив своих людей на крышах, Хусейн уже было отправился на свою позицию на площади, но непонятное предчувствие остановило его. Он вдруг, по непонятной причине, захотел проведать отца в тюрьме. Молодой человек понимал, что это опасно, но он привык доверять своим чувствам. Наконец, решившись, он, по крышам, перепрыгивая мелкие улочки, побежал к тюрьме. Добравшись до цели, Хусейн посмотрел в бинокль на оконную решётку камеры отца. Карим ходил из конца в конец свой маленькой комнаты. Подросток задумался: его отец всегда был терпеливым человеком. Карим должен был знать, что его спасут, Хусейн сам рассказал ему это. Значит что-то пошло не по плану. Он решил подобраться к окошку отца и спросить, что случилось. При обычных обстоятельствах это не представлялось возможным, но в это утро на крыше не было ни одного стражника. Это тоже было подозрительно, но Хусейн уже карабкался по стене тюрьмы. Добравшись до окна отца и зацепившись за решётку, он позвал заключённого:

– Отец, это я, Хусейн!

Карим обернулся на голос:

– Сынок, это ты?

– Да, я. Ты выглядишь взволнованным. Что-то случилось?

Лидер мятежников, вместо ответа, нагнулся, достал из кучи сена записку и передал сыну. Хусейн прочитал, держась одной рукой за решётку, и чуть не упал.

– И когда это произойдёт? – посмотрел он на отца

– С минуты на минуту. – ответил Карим, но Хусейн уже спрыгнул на землю и побежал в сторону позиции своего ближайшего бойца. Её позиция была в 5 минутах ходьбы от тюрьмы. Забравшись её крышу, ему сразу же в грудь уткнулся ствол снайперской винтовки.

– Стой, кто идё… Хусейн? Что-то случилось?

– Нет времени объяснять, Фахда. Беги, сообщи всем, что Карима скоро расстреляют во дворе тюрьмы. Сначала обеги всех Альшаатинов, а потом беги к Умару. Он сейчас прячется в лавке ювелира на площади. – Быстро протараторил молодой человек.

– Хорошо – Фахда выглядела растерянной – А ты куда пойдёшь?

– Постараюсь сделать так, чтобы вы не опоздали. – ответил Хусейн

5

Карим сидел на земле во дворе тюрьмы, дожидаясь своей смерти. Крепко связанные руки зудели. Рядом с ним сидели темноволосый, светлокожий молодой человек лет 20 и самый знаменитый вор Маророка – Азиз Рашид. Он воровал уже 15 лет и его смогли поймать, только подкупив одного из его подельников. Облава нагрянула тогда, когда Рашид встречался с Каримом, чтобы договориться о сотрудничестве. Там их обоих и накрыли. Парнишку же лидер повстанцев видел впервые. Карим наклонился к нему и спросил:

— А тебя за что казнят?

— А тебе какая разница? Почему я должен тебе отвечать? — огрызнулся тот. По его акценту можно было понять, что он прибыл откуда-то с севера.

— Потому что, малой, я могу быть последним человеком, с которым тебе удастся поговорить – усмехнулся мятежник. Молодой человек задумался:

— Возможно, ты и прав.

— Ну так и как ты докатился до жизни такой?

— Меня зовут Питер Ливси. Я был подмастерьем у аралуинского купца Джеймса Френча, но меня ложно обвинили в шпионаже – сказал молодой человек обиженным тоном.

— Ложно, говоришь – мужчина осмотрел Питера и саркастическим тоном сказал – ну-ну!

Но ещё поболтать им не удалось. Во двор вошла расстрельная команда во главе с недавно назначенным комендантом тюрьмы, клонмельцем Фридрихом Штаубе. Подойдя к приговорённым, он сказал высокомерным тоном

– Встать и подойти к стене!

— Ну, вот и всё. – тихо проговорил Рашид – сейчас течение песни нашей жизни оборвётся.

6

Хусейн лез по стене со всей возможной скоростью. Его отца могли расстрелять в любой момент. Его мышцы скрипели от напряжения, но он не обращал внимания на это. Наконец, забравшись на крышу, подросток побежал к другому концу крыши, выходящему на двор. Добежав, он упал рядом с краем крыши. Тяжело дыша, он посмотрел вниз и выдохнул – Карим был ещё жив. Но в тот же момент из знания вышли солдаты с винтовками и офицер. Хусейн быстро вытащил из-за спины своё ружьё, прикрутил к нему оптический прицел и облокотился на парапет.

Осуждённых поставили лицом к стене. Карим услышал, как Штаубе скомандовал:

— Наизготовку! Целься!

Карим уже приготовился услышать команду «Огонь!», почувствовать резкую боль в спине и поэтому очень удивился, когда выстрел прогремел раньше. Рашид и Питер тоже выглядели удивлёнными. Опять грянул выстрел и послышался крик. Но стреляли не в приговорённых. Карим оглянулся. Клонмелец лежал на животе и у него по спине расплывалось красное пятно. Рядом валялось тело огузского солдата с пробитой головой. Остальные выцеливали что-то на крыше. Вдруг упал ещё один враг. На его груди была видна рана. Солдаты, растерявшись, отступили в тюрьму, даже не обратив внимания на своих пленников.

Увидев, что огузы спрятались в тюрьме, Хусейн начал слезать по стене. Спустившись, он подбежал к отцу.

— Отец! – крикнул подросток и обнял Карима.

— Прости, не могу обнять тебя. – усмехнулся аль Муалим и показал связанные за спиной руки.

— Да, конечно. – Хусейн немного покраснел, заметив посторонних, но быстро успокоился и, достав саблю, перерезал путы Кариму и Рашиду. Потом он посмотрел на аралуинца.

— А это кто? – спросил он у старших.

— Сейчас он наш товарищ по несчастью. – ответил Азиз. – Разберёмся кто он такой позже. Сейчас надо уйти в безопасное место.

Хусейн перерезал верёвки Питеру и все, подобрав винтовки убитых, направились в сторону ворот, но вдруг из дверей выбежали несколько солдат и открыли огонь. Мятежники быстро попрятались за ящиками, стоящими во дворе, но огузы успели ранить в руку Хусейна и в бедро Рашида. Хусейн выглянул из-за ящика, но сразу же нырнул обратно и в стену, позади него, врезалось не меньше десятка пуль. За эту секунду он успел увидеть около десятка солдат и молодого светлокожего офицера. Мятежники начали отстреливаться, не подпуская огузов близко к своему убежищу.

— Что мы будем делать? – спросил Карим после того, как в его ящик врезалась пара пуль. – Мы не сможем держать их долго.

Хусейн задумался и вспомнил бегство врага, когда был убит комендант тюрьмы и молодого западного офицера. Юноша наклонился к отцу и сказал

— Возможно они побегут, когда лишаться руководства.

— Хм… Возможно это сработает. Всё же такой план лучше, чем никакой. — Карим развернулся и сказал Питеру и Рашиду – Отвлекаем их, пока Хусейн выцеливает офицера. — Они кивнули.

Хусейн подождал, пока его товарищи откроют активный огонь, высунулся из-за укрытия и выстрелил по командиру. Через мгновение он почувствовал резкую боль в груди. Последнее, что он увидел было как его враг, держа в правой руке пистолет, хватается левой за кровавое пятно, находившееся на месте его правого глаза…

7

Перезаряжая винтовку, Карим услышал два пистолетных выстрела, слившихся в один, и увидел упавшего Хусейна, с красным пятном на груди. Отец замер, не веря своим глазам. Через секунду он бросился к сыну и попытался остановить кровотечение, отрывая от своей рубашки куски ткани. Глаза предводителя повстанцев заполнились слезами, когда он понял, что его усилия напрасны, и он припал к груди своего сына. Он перестал замечать что-либо вокруг себя, не обратив внимания на подошедшего огуза. Враг хотел убить Карима, но, увидев тело юноши на руках мужчины, замер. Солдат сразу вспомнил своих детишек, оставшихся в прибрежном городе Аль-Шабах. Старшему было 16 лет и тот уже стал подмастерьем у купца, а младшему, только на прошлой неделе исполнилось семь. Солдат представил, что, если бы он держал так на руках своих детей. Он снял свою каску, чтобы почтить памятник молодого борца за свободу, но вдруг, от дверей тюрьмы раздался голос:

— Эй ты! Что ты там возишься? Я же приказал пленных не брать! Никакой жалости к врагам империи! Убей их!

Солдат вздохнул, но поднял винтовку и прицелился в Карима. Его рука была уже на спусковом крючке, как вдруг раздалось несколько выстрелов из винтовки и, за мгновение, старый солдат понял, что больше никогда не увидит своих детей.

Услышав эти выстрелы, Хусейн сделал на собой усилие и приоткрыл глаза. Увидев плачущего отца, он сказал:

— Прощай. – И вновь провалился в беспамятство.

8

Хусейн очнулся в кровати. Его тело болело, будто его били палками, молодой человек чувствовал жар, но, что самое главное, он был жив. После осознания этого факта Хусейн осмотрел комнату, в которой лежал: по рисункам на стене он понял, что лежит в палате Братства Хранителей Жизни. Это сообщество целителей, имевших свои госпитали по всему миру и соблюдавшими нейтралитет во всех конфликтах. У кровати, свесив голову и посапывая, сидел Карим. Хусейн приподнялся на локтях, но тут же рухнул на кровать и вскрикнул от боли. Его отец сразу же проснулся, а в коридоре послышался топот ног. Через мгновение в палату влетело одиннадцать подростков и все наперебой загалдели. За ними вбежал один из целителей. В этот момент, в открытую дверь, проскользнул человек в тёмно-зелёном плаще. Он пристроился в углу, никем не замеченный. Наконец Карим окончательно отошёл ото сна и поднял руку. Альшаатины сразу же замолчали и, наконец, пропустили врача. После осмотра, во время которого все стояли тише воды, ниже травы, он сообщил, что жизни пациента ничто не угрожает, но для полной реабилитации потребуется пара дней. Дал какую-то микстуру и ушёл к другим больным. Как только дверь захлопнулась, толпа опять начала говорить наперебой, но на этот раз Хусейн, превозмогая боль, поднял руку и задал единственный интересующий его вопрос:

— Что произошло и почему я до сих пор жив?

— Нас спасли твои подопечные. – ответил ему Карим, – Они заняли позицию на крышах и убили всех солдат…

— Кроме офицера. – перебила его Фахда, – Он как-то успел нас заметить и спрятался внутри тюрьмы.

— Как я и говорил, пока меня не перебили – тут лидер мятежников позволил себе улыбнуться, – Альшаатины нас спасли. Потом подошли люди Умара. Они сделали вид, что уходят в пустыню, а мы тем временем добрались до здания Братства и целители приютили тебя. Мы уж думали, что ты не выживешь.

Вдруг Хусейн заметил человека в углу и вспомнил северянина, которого тоже хотели казнить и спросил у отца:

— А кто же наш случайный попутчик? –

— Его зовут Питер Ливси. По его словам, он подмастерье купца, но, так как мы на одной стороне, он мог бы нам сказать и правду.

Питер вышел из тени и сказал:

— Извините, что не представился. Имя я назвал настоящее, правда солгал про род деятельности. Я рейнджер из Аралуинской Империи. Я должен был узнать про настроения арридийцев и помочь вам в восстании против огузов. Я прошу вашего содействия.

— Хорошо, — ответил Карим – Я тебе верю. Добро пожаловать в «Новую Арриду»!

— И победа будет за нами! – Сказал Хусейн.

Ломакин Кирилл Александрович
Страна: Россия
Город: Жуковский