Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Муха

По классу летала муха. Она то садилась на фикус Маргариты Генриховны, то совершала «круги почета» перед висящими на стенах портретами великих поэтов и писателей. «Очень странно, — подумала я про себя, — ведь в середине января мухи обычно не летают, а спят!».

Но этой, видимо, не спалось, как и мне. Только вряд ли муха сидела в дискорде с Сашкой до трех утра, а потом, как сомнамбула, тащилась в школу на уроки. А я после Сашкиного отъезда почти все время только так с ним и общалась, через интернет! Я вздохнула.

Образ Сашки словно возник передо мною, и нахлынули приятные воспоминания. Мы познакомились в Образовательном центре. Мальчишки-спортсмены проходу не давали девчонкам «с литературки». Я почувствовала, что нравлюсь Сашке, очень нравлюсь. И он нравился мне. Очень! Я поняла, что значит выражение «бабочки внутри порхают». А у меня они еще и пели! Выяснилось, что у нас много общего: интересы, вкусы и даже балкон в Образовательном центре. После смены мы долго переписывались, а в начале этого года смогли встретиться опять.

Саша, Саня, Сашуля! Мой Сашка! Васильковые глаза, косая соломенная челка и такое обаяние во взгляде, что даже Антарктида растает! А если и не растает, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь!

Мы провели вместе всего три дня, и он улетел к себе на учебу, тренировки. Там, далеко от меня, как будто на другом конце Земли, его ждала команда, которую он не мог подвести. Там был его мир. Я все поняла и, наверное, должна была его отпустить, сосредоточиться на учебе, будущем…

Я посмотрела на портрет Толстого на стене. Мне показалось, что Лев Николаевич как-то даже по-отечески кивнул, подтверждая правильность моих мыслей. Но сделала-то я по-другому! Я отдала Сашке свое сердце. Представила, как кладу его в Сашкину спортивную сумку и все… Все… Он забрал его с собой за тридевять земель, а я, то есть моя оболочка, осталась дома и страдала.

Я с завистью посмотрела на муху и подумала, наверное, как и некоторые мои одноклассники: почему люди не летают, как мухи? Только подумали мы все о разном. Я бы вот, как муха, крылышки расправила и «пожужжала» бы на всех скоростях к Сашке. Подружка Даша «пожужжала» бы на еще больших скоростях в салон на маникюр, Дрёмин — покурить за угол школы, а Семипалов вообще в тело мухи бы не влез! Даром на неё пялится!

Шёл урок литературы. Маргарита Генриховна диктовала тему домашнего сочинения, а я никак не могла сосредоточиться и понять, о чем она говорит. Кажется, что-то про зарытые где-то яблоки. Может, под фикусом? Маргарита Генриховна театрально изогнулась, заглядывая внутрь горшка своего любимого гигантского растения. Семипалов, сидящий за первой партой, подскочил и тоже заглянул в горшок с фикусом, но ничего особенного там не увидел, разочарованно пожал плечами и, вернувшись на место, как-то недоверчиво и странно посмотрел на Маргариту Генриховну. Он обернулся к классу, опустил подбородок и округлил глаза, как бы интересуясь у других одноклассников, что учительница литературы могла спрятать в горшке с фикусом?

— Под яблоней, ребята! Зарыто под яблоней! — нараспев протянула Маргарита Генриховна, но ни Семипалов, ни фикус, видимо, так ничего и не поняли. В этот момент я снова подумала о нас с Сашкой и улыбнулась. Маргарита Генриховна как будто уловила мои мысли и строго так глянула на меня. Неужели догадывается о чём-то? Неужели это так заметно, что я влюблена?!

Я постоянно думаю о Сашке, скучаю и очень хочу к нему, а не сидеть здесь, под портретами известных писателей и думать над странной темой домашнего сочинения!

Муха медленно спикировала на стол Маргариты Генриховны. Семипалов, сидящий напротив, свернул тетрадку трубочкой, подтянулся и громко ударил по учительскому столу, но промахнулся. Муха обиженно зажужжала и отлетела подальше от Семипалова. Маргарита Генриховна открыла рот от изумления, ее «сирена» уже готова была «разнести» класс, как дверь скрипнула, и на пороге классной комнаты возникли силуэты директрисы и охранника. Последний держал в руках крышку от унитаза. Муха воспользовалась почти «ревизорской» паузой и выскользнула из класса.

— Вот! — сказала директриса. — Извините, что вторгаемся на уроке, но какой-то наш доморощенный Геракл оторвал унитаз в туалете у мальчиков на втором этаже. Не знаете, кто бы это мог быть?

При этом охранник дядя Сережа выразительно глянул на Семипалова из крышки унитаза, как из иллюминатора.

— А чё я! — пробасил Семипалов.- Как на бокс хожу, так самый крайний! — обиделся Арсений. — Не трогал я унитаз! Говорю, не трогал!

— А в сентябре кто в этом же туалете в раковине сливное отверстие гирей закрыл? Дети водой весь пол залили! — процедил дядя Сережа.

— Ну, было… Только я гирю аккуратно в раковину поставил! Отвечаю! Мелким спиногрызам мастер-класс показывал! Я виноват, что ее никто убрать не смог?

— Сила есть — ума не надо! — констатировала Даша.

— Ой, чья б корова мычала! Мисиписи! — огрызнулся Семипалов.

— Миссисипи, ваще-то! — зачем-то вставил Дрёмин, очень большой любитель географии.

— Прекратите! — в унисон вскрикнули директриса и Маргарита Генриховна.

— Сильвия Борисовна! Извините, конечно, но у нас урок литературы, между прочим, а не классный час на тему «Очумелые ручки»!

— Простите, уважаемая Маргарита Генриховна, мы уже уходим. Семипалов! После урока ко мне в кабинет зайдите, пожалуйста!

— С вещами? — сумничала Даша. Охранник гоготнул, и дверь закрылась.

— Итак, ребята! — Маргарита Генриховна поправила массивные очки. Все напряглись. Даже гении на портретах, казалось, вытянулись по струнке.

— Мы с вами немного отвлеклись. Как вы поняли , тема домашнего сочинения: «Что зарыто под яблоней?». Согласна, что тема непростая. Но вы уже в десятом классе и должны размышлять, анализировать, трансформировать, преображать… — подбирая нужный глагол, Маргарита Генриховна почему- то опять подошла к фикусу.

— В общем, пишите о том, что вас сейчас волнует! — и она нежно погладила листья любимого растения — Вот вас, Котова, например, что в данный момент беспокоит?

Маргарита Генриховна неожиданно повернулась ко мне, и весь класс, казалось, уставился на меня, не мигая. Я резко вскочила с места и почему-то глянула на портрет Бунина надо мною. С него на меня смотрело Сашкино лицо и улыбалось.

— Мне? — я попыталась что-то выдавить из себя.

— У нее любооовь! — протянул Семипалов и как-то неестественно заржал. Маргарита Генриховна прожгла меня взглядом даже из- под массивных очков:

— Что-то вас, Ася, как подменили в последнее время! Возьмите себя в руки! ЕГЭ не за горами!

И, обращаясь ко всему классу, добавила:

— Вот вам моя подсказка: в старину девушка, стоя под яблоней, загадывала своё самое заветное желание и закапывала под ней какой-то очень ценный для себя предмет, чтобы желание непременно исполнилось!

— Темнота! Прошлый век! — хмыкнул Семипалов. — Тогда интернета не было. Он сейчас все желания исполняет! — и заржал.

— Ограниченный ты какой-то, Семипалов, не романтик! — вздохнула Даша.

— Что? — не понял Арсений, не зная, впрочем, воспринимать ли слова Даши как комплимент или наоборот.

— Жду ваши работы завтра! — прокричала Маргарита Генриховна одновременно со звонком с урока.

Домой. Хочу домой. Зарыться с головой в синий плед и забыть сегодняшний день! Всё и всех забыть, кроме Сашки.

— Ась, ты с нами прогуляться? — окликнула меня Даша. Дрёмин стоял с ее сумкой, а Семипалов думал, как бы незаметно прошмыгнуть мимо кабинета директора и «цербера» дяди Сережи.

— Не, домой, спать! — я зажмурилась. — Семипалов! Не думай! Тебе не идет! Мимо директрисы не проскочишь! Иди уже! — я махнула на него рукой.

— А чё она сегодня такая злая? — округлил глаза Арсений.

— Твой-то звонит? — не унималась Даша. — Не приедет?

Я отрицательно замотала головой.

— Всё! Всем пока! — Я натянула пониже шапку и двинула к выходу из школы.

Не хочу никого видеть, слышать… Я к Сашке хочу. Я шла быстрыми шагами, а в висках стучало: нет, он не сможет приехать. Тренировки, соревнования, экзамены… Почему всё на нас навалилось? Почему никто не может понять, как нам важно быть вместе! Просто сидеть, обнявшись, рядом и вдыхать запах друг друга, нежно трогать руки, целовать волосы, глаза, губы, забывая, в каком мы времени и мире. Забывая обо всем! Но он приехать не сможет. Во всяком случае в ближайшее время. Я тоже. Мама одну к нему не отпустит. Никак.

Подойдя к дому, я остановила взгляд на небольшом деревце прямо перед моими окнами. Яблоня! Сама же её сажала, еще когда училась в третьем классе! Весной яблоня покрывалась ароматными белоснежными цветами и хоть и не была слишком урожайной, но осенью несколько янтарных яблочек все же свисало с её ветвей.

— Яблонька, милая! — прошептала я, нащупывая в кармане куртки колечко из тонкой проволочки, которое Сашка связал и надел мне на палец, в шутку прося руки и сердца.

Повинуясь какому-то внутреннему порыву, я копнула ладошкой влажную землю, сделала ямку, положила туда колечко и зарыла свой тайник с мыслями о Сашке.

Дома я заснула быстро. Мне снился аэропорт, гудящие самолеты, пассажиры, выход номер 1. А возле него стоял мой Сашка со спортивной сумкой на плече, из которой рвалось наружу мое сердце.

Бекетова Алла Александровна
Возраст: 17 лет
Дата рождения: 28.05.2005
Место учебы: мбоу сош №30
Страна: Россия
Регион: Ставропольский край
Город: Пятигорск