XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 10 до 13 лет
Ложное обвинение.

— Слава! Ты вернулся на 3 часа позже, чем обычно, как ты это объяснишь? Я звонила тебе 7 раз, а ты не ответил! Да что же мне с тобой делать, а?

— Да не кричи, мам, сейчас все объясню…

Да-да, именно так и было, когда я вернулся домой. Не лучшее приветствие, правда? Вы можете подумать, что я просто загулялся. Да никогда в жизни, честное слово! Я знаю, что когда я прихожу домой не вовремя, то мама обязательно будет злиться и ругать меня. Я бы и пришёл вовремя, если бы не директриса…

В общем, дело было так, я иду себе спокойно по коридору, а тут Сидоров как вылетит передо мной, как собьёт меня с ног.

— Эй, полегче, — проорал я, — громила!

— Ты это кому? Мне, что ли? — закричал меня в ответ Сидоров, — ну ты сейчас получишь!

Сидоров был больше меня раза в два: и в ширину, и в высоту. И вот он взял первое, что попалось под руку, и как зарядит мне в лобешник. Это был цветок. Мои волосы, рубашка, брюки, новенькие кеды — все в земле, а передо мной унылый цветок и, что самое важное, разбитый горшок. Сидоров посмотрел налево и резко побежал в другую сторону. Я понял — идёт директриса. Когда она увидела меня — о ужас! Даже вспоминать не хочется…

— Митрофанов!

— Д-да, Марья Семёновна…

— Ко мне в кабинет, живо!

Я бы убежал, но её глаза… Она так их выпучила, что мне казалось, они вот-вот выпрыгнут из орбит. Они так покраснели от злости и так пристально смотрели на меня, будто гипнотизировали… И я под этим гипнозом шёл в самое страшное место в школе — кабинет директора, а в моем случае директрисы.

Я зашёл. Сел. Тишина. Директриса смотрела журнал.

— Ну что, Митрофанов, — пугающим басом проговорила она, — начал год ты хорошо…

Мне сразу как-то полегчало, посветлело на душе.

— Потом….

Я вздрогнул, а директриса повысила голос:

— … съехал значит на тройки…

Я побледнел:

— Но…но…

— Молчать! — закричала директриса, закрыв глаза, — а теперь, — угрожающе сказала она, — ты ещё и школьное имущество портить решил?

— Но Ма-Марья Семёновна, я тут совершенно ни при чём, это всё…

— Не надо никаких оправданий, не хочу ничего слышать!

— Ну Марья Семёновна, ну…

— В качестве наказания…Секунду…

На моё счастье зазвонил телефон, и директриса подняла трубку.

— Алло… Что? Да-да, отлично, тогда через 5 минут в актовом зале. Уже иду!

Она положила трубку.

— Ну что ж, тебе повезло, я ухожу на совещание.

— Ур-ра! — закричал я, но, кажется, очень зря. У директрисы снова покраснели глаза.

— Но это не избавит тебя от наказания, — взбесилась она, — все это время, пока я буду на совещании, ты посиди здесь и подумай! Хорошенько подумай над своим поведением! А телефончик твой я заберу, пожалуй.

В этот момент у меня просто отпала челюсть, и ножки стула как-то покосились, и я упал с него. Марья Семёновна усмехнулась, она положила ручку, блокнот и мой телефон в свою маленькую сумочку и вышла из кабинета.

Я сразу подумал, как только услышу ее удаляющиеся шаги, то сбегу из этой тюрьмы. Но вместо этого, когда захлопнулась дверь, я услышал, как повернулся ключ в замке.

Так я и сидел на полу, наверное, минут 30. Мне стало холодно, я встал, посмотрел в окно, сел на стул, обшарил все шкафы, снова посмотрел в окно… Уже хотел идти дальше, но развернулся и пригляделся. И я не ошибся — там в окне была директриса, которая направлялась в сторону автобусной остановки, я взялся за голову и снова упал.

«Нет, это не директриса, а настоящий монстр»,- подумал я, резко вскочил на ноги и посмотрел в окно. На остановке директрисы не было!

Я побледнел, в носу защипало, я снова посмотрел на остановку, а её все нет, я лёг на подоконник. Слезы сами катились из глаз. Было холодно и очень страшно. Я все ждал.

И, видимо, директриса все-таки доехала до дома и, когда доставала ключи от входной двери, увидела вместо них ключи от своего кабинета и мой выключенный телефон. И, видимо, все-таки вспомнила, что что-то забыла. И не что-то, а кого-то. Меня! Запертого в ее кабинете!

Когда дверь открылась, я с бешеной скоростью вылетел из кабинета. И про свой любимый телефон даже не вспомнил…

— Мамочки! – мама села на стул, — ужас то какой….

— Ну я же говорил, что она у нас с прибамбахом!

Признаюсь честно, я мечтал перевестись в другую школу, но мама настояла, чтоб я остался здесь. Ведь все мы – люди, и каждый имеет право на ошибку. Даже директор школы, тоже человек. Как бы странно это ни звучало. И справедливость все-таки восторжествовала — виноватой теперь чувствует себя директриса передо мной, невиновным учеником, забытым в самом страшном месте школы.

Борисова Лилия Андреевна
Страна: Россия
Город: Кулебаки