XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Людской парк

Он ходил из стороны в сторону. Морально устал от всего насилия, давившего со всех сторон. Двойная железная решетка, окружавшая его и еще одного молодого парня — соседа, которого привезли только недавно, неприятно давила на глаза. Но не ограничение свободы было самым страшным в их положении, совсем нет. Мужчина тревожно огляделся по сторонам, проверяя – не пришли ли новые звери? Но к счастью, за решеткой было пусто. Они, безусловно, ходили где-то поблизости, но пока настала та минута, когда он может почувствовать себя в относительном уединении.

Мужчина прекратил свои раздумья и приблизился к центру клетки, где специально для них двоих лежали старые койки. Абсолютно бесполезные, ведь что на них, что на земле – разницы не чувствуешь. От его шагов сосед зашевелился и затем поднял голову.

-Уже утро?

-Давно. Ты лучше спи. Так привлекаешь меньше внимания. Я, пожалуй, тоже лягу.

Мужчина осторожно присел. Не слишком удобно было чувствовать голым телом грязную ткань матраса, но со временем он привык. Все как-никак привыкают. Неспеша положил голову, затем свернулся как мог, так звери будут думать, что он спит и без особого интереса пройдут мимо. Увы, скоро он краем глаза заметил семью собак. Они шли со стороны главной улицы, постепенно приближаясь к их клетке. Мужчина взмолился, чтобы по пути они свернули куда-нибудь, неважно, налево – к чернокожим, или направо – к детям, но только не к ним. Достаточно было им внимания! На всякий случай закрыл глаза полностью. Густые волосы, отросшие за период его нахождения в неволе почти полностью закрывали лицо, но предосторожность не помешает. Кричать захотелось от несправедливости, когда маленькая собака, оторвавшись от своей семьи, с оглушающим лаем приблизилась к клетке. Она все лаяла, опершись передними лапами о прутья. Мужчина готов был поспорить, что язык ее высунулся, а хвост двигался из стороны в сторону. В большинстве своем у собак была одинаковая реакция на людей: они очень долго, примерно столько же, что и кошки, вглядывались в своеобразность тел. Их удивляло отсутствие шерсти и белый, непривычный оттенок кожи в данном отделении. Учитывая, что отделение с белокожими самцами-мужчинами находилось на прямом пути к выходу, достаточно было пройти по главной улице, никуда не сворачивая – все эмоции были первыми и неподдельными.

Мужчина услышал быстрый топот лап. Послышался один кроткий лай, и та маленькая собака затихла. Достаточно он прожил в парке и знал, что так они заставляют детеныша заткнуться. Не зря же возле клетки висела табличка сразу на всех животных языках: «не шуметь! Люди не любят резких громких звуков», или что-то вроде того. Должен отметить, знак как нельзя точный.

«Сейчас они разглядывают нас. Не обязательно лицо. Звери любят необычность нашего облика. Глупые создания, и я ненавижу их. Я сплю, неужели не видно? Уходите поскорее, парк большой, а вам еще столько нужно посмотреть. Вы когда-нибудь видели самок? Они там, дальше. Уходите, твари!!»

Снова послышался лай и удаляющийся топот лап. Рано радоваться. Пока только день, посетители еще придут. Мужчина окончательно открыл глаза. Никого вокруг не было. Он перевернулся на спину и закинул руки за голову. Взгляду предстало прекрасное голубое небо. Облаков сегодня не было, поэтому солнце приятно припекало тело. Мужчина, вопреки подавленному настроению, улыбнулся. Постарался не думать о том, что окружало его по бокам. Если смотреть только наверх, на бескрайнее небо, казалось, что находишься на воле, как в былые времена.

-Скоро нам дадут обед? – спросил сосед. – Голод уснуть не дает.

-Скоро, скоро, — отстраненно произнес мужчина, не желая возвращаться из мира своих фантазий. – Придется тебе привыкнуть. У зверей свои представления о том, как мы должны питаться. – Мужчина сказал это таким образом, будто его тот только несколько минут назад угодил в клетку, хотя прошло уже больше недели.

-Какой сегодня день?

-А я откуда знаю? Не помню, когда перестал считать дни… Не волнуйся, потом ты поймешь, что здесь это не имеет никакого значения.

Они мало разговаривали. Постоянно находившись под наблюдением – хотелось помолчать. Немного побыть в одиночестве. Оттого мужчина продолжал лежать, глядя вверх. Постарался отгородиться от внешнего мира. На секунду ощутить сладостный миг свободы, такой как раньше. Господи, как же давно это было! Помнится, в первый месяц он щадил себя мыслями о побеге, но после понял, что это невозможно. По крайней мере в его случае. Львы-охранники строго следят за порядком. Нигде нет уединения! По сей день не переставало казаться странным, что даже угол клетки, где была проделана специальная дыра для нужды, был освещен со всех сторон. Как-то ночью, чтобы доказать себе всю абсурдность побега, попробовал взобраться по прутьям вверх. Как-то зацепиться ногами и лезть, как по дереву. К сожалению, решетки были слишком длинными, больше трех метров. Звери построили это, опираясь на людской рост, чтобы наверняка избежать катастроф. Возможно, у него бы получилось, если бы не два подоспевших совсем не вовремя львов. Жуткое настало время! Дня два он лежал без сознания, а всю следующую неделю чувствовал неестественную усталость. Ему что-то вкололи, или что-то с ним сделали, чем усыпили всю бдительность и веру в лучшее.

Мужчина содрогнулся, вспомнив о тех несчастных днях. Действительно, у меня могло получиться. Эти звери… — мужчина метнул быстрый взгляд на своего соседа, который всего за семь дней успел измениться в худшую сторону.

Размышления мужчины прервала толпа семейства кошачьих, не спеша подходящая к клетке. Не трудно было догадаться, что это экскурсия. Львица шла впереди, и порыкивала идущим сзади. Мужчина искоса посмотрел на это забавное зрелище. Подумать только, рассказывают о них!

-Смотри, — сказал он парню. – Ты же проголодался? Сейчас…

Кошки те, что помладше приблизились к клетке. Двойная решетка не позволяла им вытянуть лапу и просунуть ее внутрь, но некоторые все же умудрялись бросить какую-то еду. Мужчина с удовольствием наблюдал эту сцену. Смотрел с живым интересом, так, будто восхищается кинокартиной. Тем не менее, то, что животные вытворяли – действительно развлекало его. Мог даже искренне посмеяться с какого-нибудь неуклюжего кота, но это происходило редко.

Более пяти котов, трое тигров, — должно быть, семья, — гепарды, пантеры, пумы и сам экскурсовод рядком вытянулись вдоль их клетки. Каждый с любопытством наблюдал, почти не слушая львицу. Самые младшие, судя по распушившейся шерсти и стоящим столбом хвостом, что-то держали в лапах и протягивали им. Те, кто посмелее, кидал лакомство внутрь.

-Что это? Они хотят, чтоб мы это съели? – спросил парень, поднимаясь на локтях.

Львица строго рыкнула, повернув голову в сторону зверят. Те тут же убрали лапы и на всякий случай отошли подальше. Само собой, посетителям запрещено было кормить людей, особенно перед предстоящим обедом. Мол – это перебьет их аппетит.

— Это мясо, — пояснил мужчина, которому уже доводилось пробовать это. С трудом понимал, как дошел до такой потери гордости, но все же когда голод заставляет живот прилипать к ребрам, ни о каком отвращении не может быть и речи. Так и ногу свою съешь, лишь бы не потерять сознание от голода или вообще умереть. Быть может, мясо и было отличной едой, но постоянное нахождение взаперти без надежды на свободу вызывало огромный стресс. – Ты же голодный? Иди, попробуй. И мне возьми кусочек. Тот, что лежит чуть ближе к львице.

-Сам возьми, — огрызнулся сосед, вставая на ноги. Когда он подходил к краю клетки, животные оживились, стали быстро переговариваться друг с другом, не сводя с него глаз.

Мужчина поднялся вслед за ним. Не то, чтоб ему так уж хотелось прерывать свой покой, но от куска мяса точно бы не отказался. Учитывая, какой неприятной наружности человек ему попался в соседи, все следовало делать самому. Приблизившись к своему куску, он оглядел его. Чересчур пожухлое, чтобы быть свежим, воняло сильно.

-Гадость какая! – сказал сосед, не желая прикасаться к этому.

— Это для тебя. Кошки любят настоявшееся мясо. Лучше не ешь. Дождись обеда, — спокойно сказал мужчина.

Сосед же был вне себя от злобы и негодования. Мужчина подозревал, что тот был на гране от того, чтобы взять это мясо в свою сильную руку и швырнуть его в морду первому попавшемуся животному. Не принципиально в кого конкретно.

-Как же меня это раздражает! Кто они такие, чтобы думать обо мне как о неодушевленном! Я тоже имею право на свободу и личную жизнь! Они что думают, я картинка какая-то или фильм? Да!? – парень вскинул руками и повернулся к животным. Те испуганно осеклись и отступили назад. Только львица осталась на своем месте, внимательно следя за происходившим. Если звери и боялись, что человек может наброситься на них, то экскурсовод сохранял спокойствие. – Страшно стало?!

-Полегче, полегче, — постарался успокоить мужчина. Поведение соседа его мало удивило, но все же для жизни в теперешних условиях бунт был недопустим. Знал это по своему опыту.

-Вам бы понравилось, посади мы вас в клетку!! Думаю нет.

-Прекрати ты! Помнишь, что было в первый день? Хочешь, чтобы тебя опять закололи? Ты лучше молчи. Бедные кошки, они почти на несколько метров дальше отошли, — мужчина силой отдернул парня от прутьев. – Присядь, приди в себя.

-Я не могу, — сказал он, но все отошел чуть дальше. – Я устал от этого. Где моя жена, где моя семья? Как они там одни? Это все невыносимо. Сколько я здесь?

-Около недели.

-Правда? А по ощущениям больше года. Это не жизнь. Ем да сплю, сплю да ем. Где справедливость? – парень на секунду повернулся к животным, которые все еще стояли там. — Тупые создания. Валите отсюда куда подальше, если не хотите, чтобы я кинул в вас чем-нибудь!

Львица что-то сказала своей группе, затем они ушли. Те, что помладше замедлили шаг и до того момента, как клетка скрылась из их вида, они шли с повернутой головой. Все следили за тем, продолжится ли конфликт.

Только когда их не стало видно, сосед тяжело вздохнул.

-О Господи! О Бог мой! Как я здесь оказался?! За что на меня это свалилось? – он подошел ко все еще лежащим на полу двум кускам гнилого мяса и по одному выкинул их за ограду. Мясо со шлепком стукнулось об асфальт и так и осталось лежать там. – Мало того, что я для них экспонат, так еще и терплю подобные унижения. Как ты привык к этому? Нет, я неправильно сказал, «к этому ужасу»?

-Никак, — просто сказал мужчина и вновь устремил взгляд в небо.

Кайсина Софья Евгеньевна
Страна: Россия
Город: Екатеринбург