Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Камень Солнца

Пролог

Прежде, чем этот рассказ начнется, позволь, читатель, в кратких словах обрисовать тебе страну, в которой и происходит действие.

В самом ее центре лежит плодородная холмистая равнина, с юга, востока и севера окруженная Шимскими горами, которые местные жители часто называют Подковой. Могучий Тан-Рахц на юге и снежное Двуглавье на северо-востоке дают начало двум величайшим рекам страны – Съеффу и Одьяу, первый из которых замыкает оба конца Подковы и, извиваясь, течет в море Брадси, а второй, сливаясь с первым, отделяет северные склоны гор, где пасутся тонкорунные овцы, от золотых пшеничных полей и фруктовых рощ юга. В устье Съеффа, за северным концом Подковы и диким лесом Ирмирро, расположен Дуль – столица этих земель. Лежащие в заливе напротив него Безымянные острова издревле славятся едой из рыбы и моллюсков. Столицу и Зиз, южный город сладкого солнца, находящийся в верхнем течении Съеффа, соединяет Дорога Караванов, практически на всем своем пути идущая вдоль берега реки. На другом берегу находятся Черные Топи, страшное место, где можно встретить выпь и лихорадку, а иногда и кое-что похуже. Севернее Топей, за слиянием рек Гиа и Килв, также впадающих в Съефф, расположено Поморье, где делают прекраснейшее льняное полотно во всей стране.

Люди в ней живут самые радушные. Каждый занят своим делом, любит и умеет трудиться, а потому преступлений там не совершается. Все споры всегда решаются мирным путем. Мода на холодное оружие и дуэли осталась лишь в столице, но и там люди не сражаются по-настоящему. Со своими проблемами каждый разбирается сам, либо с помощью друзей и родных. Только в самых необычных случаях, когда дело касается всего народа, в Дуле собирается Совет Граждан. Решениям, принятым там, все подчиняются беспрекословно.

Сейчас в стране нет даже своего летоисчисления. «Зачем нам это?», — говорят люди. – «Ведь и так все помнят, сколько лет назад случился тот страшный пожар, и сколько времени мы все восстанавливали…»

По той же причине они не верят в магию. «Может, она и существует – но где? Она ничем не помогает в жизни, а тот, кто увлекается ей – лентяй и шарлатан».

Это очень простой мир – мир, где все счастливы, где благодаря постоянности нет места необычному и чудесному. Но очень скоро этот мир кое-что изменит.

 

Глава 1

Золотая находка и серебряное крыло

О том, что может вырасти в винограднике, если за ним не присматривать, а также о ранних пташках

Солнце только еще вставало из-за гор, окрашивая снега на вершине Двуглавья в розоватый цвет пролитого вина, а Эрибор уже спешил по узкой тропинке наверх, к своим виноградникам. За те несколько дней, что прошли с его отъезда, сочные ягоды, скорее всего, поспели и могли передавить друг друга, или же ими могли полакомиться птицы. А ведь каждая корзина долинного винограда – это кувшин прекрасного вина, стоящего в столице до двухсот монет, уважение соседей, слащавые улыбки попутчиков и искренняя радость маленькой Фиды, всегда получавшей от щедрого дядюшки в подарок кисть-другую…

Эрибор наконец добрался до виноградников и остолбенел, разинув рот. Вместо обычного белого винограда на нескольких лозах висели невероятные плоды размером с хороший кулак, с глянцевой золотистой кожицей. Мужчина ясно помнил, что на этих лозах виноград был если и не меньше, то уж точно не больше, чем на остальных. Он сорвал одну ягоду. Кожица лопнула, и в трещине появилась большая капля сока. Эри слизнул ее. «На вкус как виноград. А почему он за эти три дня так вымахал?».

На земле под лозой что-то блестело. Эрибор нагнулся и подобрал с земли небольшой камень: бывший овал длиной с две фаланги пальца, верхняя половина которого была круглой, как речная галька, а нижняя стачивалась семиугольным клином. Камень был дымчато-медовый, и в глубине его насмешливо переливались золотистые искорки. «Так это ты причина моего счастья? Ну, спасибо, удружил! В Дуле о таком винограде и слыхом не слыхивали! Только… Ты-то откуда взялся?»

Размышляя примерно таким образом, Эри спускался вниз по тропе. Урожай надо было собрать, и лучше сделать это, пока не стало слишком жарко.

Подойдя к дому, Эрибор удивился третий раз за утро. На коньке крыши сидела птица. Заметив человека, она тут же улетела, но мужчина успел заметить, что ее оперение отливает серебром.

***

— Он вернулся домой.

Голос, произнесший это, холоден и лишен любых эмоций.

— Ну и что это значит? – раздается второй голос. В нем хрипло перекатываются раздражение и нетерпеливость.

— Значит, что он взял себе камень…

-…который бы не попал к нему, будь вы чуть более аккуратными!!! Честно сказать, не понимаю, почему я вообще с вами связался!

— Поосторожней, Айфло, — теперь в холодном голосе звучит насмешливая угроза. – Без нас вы бы тогда не справились. Не справитесь и сейчас. Признаю, мои подданные совершили ошибку – но они уже заплатили. Своими жизнями. Даже без моего участия. Теперь камень постоянно с ним. Но я попробую его достать.

— Ты уж постарайся, Хоуш, — ворчит второй голос.

— Не думаю, что это будет сложно, — холодный голос постепенно затихает. – Ведь он всего лишь человек

 

Глава 2

Кислый сок для сладкого вина

О том, почему продавать виноград нужно в Дуле, а пить вино в Зизе, или: «странному товару – странные покупатели»

Лучшее в мире вино делают в Дуле. Виноград корзинами исчезает в подвалах виноделов, чтобы потом вернуться в кувшинах и бутылках, приобретя сладкий, горький, пряный вкус. Что происходит в подвалах – величайшая тайна. Но хороший виноград виноделы просто-таки рвут из рук, платят, не торгуясь.

Эрибор был уверен, что за то чудо, выросшее на плантации, можно взять не меньше трехсот монет. Утром он собрал весь виноград, попутно выяснив, что крупные ягоды не мнутся, пока остаются гроздью. Потом, оставив дом под охраной двух молодых овчарок, отправился в Зиз. Старый Кэм, уже собиравшийся протянуть лапы, неожиданно резво бежал рядом с хозяином, игнорируя все приказы вернуться домой. Да и сам Эри чувствовал, что шагать было много легче. Путь в этот раз занял намного меньше времени. Эри с улыбкой погладил лежащий в кармане камень.

Караван из Зиза отправлялся на следующее утро. Почувствовав голод, Эрибор решил зайти в харчевню, где встретил своего друга Мислу. Они разговорились, и Эри рассказал ему о случившемся. Мисла неожиданно возразил:

— Ну зачем тебе ехать в Дуль? Продай виноград кому-нибудь из купцов за ту же цену – и оставайся! У меня еще осталась бутылка старого красного. Можем распить на двоих…

— Спасибо, Ми, но я все же поеду. Хочется увидеть лица покупателей… – отшутился Эри.

— Как знаешь, — пожал плечами собеседник.

Вечером со стороны реки потянулся густой туман. Взвыли и тут же умолкли собаки, и в дверь дома Эрибора кто-то постучал.

На пороге стоял коротышка, одетый в купеческий кафтан.

— Вы, должно быть, Эрибор? Добрый вечер.

Эри пожал протянутую ему ладонь.

— А как зовут вас?

— Это не имеет значения, — заверил его собеседник. – Я слышал, какое счастье вам привалило. И мне бы хотелось купить все, что оказалось у вас на плантации. Плачу любую цену.

— Весь виноград?

— Да, виноград… и еще кое-что. Желтый камень примерно вот такой длины, — он пальцами показал размер, — с одной стороны круглый, с другой огранен. Плачу любую цену, — кажется, последнее относилось только к камню.

Эри, сперва думавший согласиться, при упоминании камня насторожился. Откуда этот человек может знать о нем? Да и… человек ли он вообще? Мужчина вспомнил ощущение тумана между пальцами, возникшее, когда он пожал ладонь коротышки.

— Сделки не будет, — отрезал он.

— Но… – попытался возразить собеседник, но Эри просто закрыл дверь.

За окном клубился туман. Тот же туман, смешанный с ненавистью, клубился в глазах коротышки.

***

— Камень все еще у него. И он собирается в Дуль, — обладатель холодного голоса слегка обескуражен.

— Думаю, понятно, почему его нельзя туда пускать?! – невероятно, но в хриплом голосе – страх!

— Не беспокойся…

 

Глава 3

Совпадения на большой дороге

Кратко о том, что может ждать путников на пути в столицу, и о том, когда в последний раз шел дождь

Ранним утром следующего дня караван выходил из Зиза. Над рекой плыли клочья тумана, и это по непонятным причинам вселяло в Эрибора опасения. Он неустанно повторял про себя давние слова отца: «До столицы, Эри, по Речному тракту будет чуть меньше двух дней пути. Ночуем мы обычно в горах за переправой через Одьяу, а потом за день пересекаем лес Ирмирро. Путь этот полностью безопасен, лишь в самые жестокие холода в лесу появляются волки. Их можно отпугнуть огнем. А Дуль… Этот город великолепен. Там можно найти ответы на все вопросы, возникающие сейчас в твоей курчавой головке…».

Мужчина сунул руку в карман. Золотистый вопрос тут же согрел ладонь.

Эри ехал во главе каравана. Спутники удивленно косились на повозку, в которой стояли корзины с ягодами, но вопросов не задавали. Пока что.

— Эй, Эри!

Эрибор обернулся. Перед ним на черном жеребце гарцевал не кто иной, как Задира Спил, смутьян и сплетник, известный по всей Подкове, и, кажется, даже за ее пределами. Эри усмехнулся. В последнюю их встречу Спил на чём свет стоит клял лошадей, называя их исчадиями мрака, и сейчас определенно рисовался.

— Что это у тебя на плантации выросло? – поинтересовался Спил. – Не поделишься секретом?

— Секрет всего один, так что не поделюсь, — буркнул Эри.

— Как скажешь, легко согласился Спил. – Решил виноделам продать?

Эрибор кивнул.

— Ну и дурак, — мерзко усмехнулся Спил (Эри поперхнулся от возмущения, потом представил себя спорящим на данную тему и поперхнулся еще раз). – А знаешь, почему? Нет? Значит, дурак вдвойне. Ну кто у тебя его купит, если не объяснишь, как ты его вырастил? А не сможешь – вообще заклеймят колдуном на всю оставшуюся жизнь.

— Да уж, ты об этом позаботишься, — пробормотал Эрибор.

Спил захохотал и умчался вперед.

«А ведь он прав», — Эри задумался и не сразу обратил внимание на то, что происходит на дороге.

Кажется, конь Спила поскользнулся. Жеребец слетел с обрыва, всадник – с седла, и оба скрылись в реке. Эри спешился и подбежал к обрыву.

Внизу волны лениво облизывали тело черного коня. Спил исчез.

Эри посмотрел под ноги. Земля была сухой.

***

С другого берега реки за караваном внимательно наблюдал человек. Клочья тумана испуганно шарахались от его снежно-белой, отливающей каким-то холодным металлическим блеском хламиды. Удивительно, что его еще никто не заметил. Возможно, причина была в начерченной на земле и слабо светящейся голубой границе…

Увидев на другом берегу реки Эрибора, человек удовлетворенно кивнул. Потом развернулся и зашагал вперед. Здесь делать было уже нечего.

В воде около берега колыхалось неподвижное тело, и волны сглаживали мерзкую усмешку на губах.

 

Глава 4

Переправа через Одьяу

Единственная в своем роде, потому что она от первого лица, которое само до конца не уверено, что оно именно первое

Дальше караван двигался молча. Я по-прежнему ехал впереди и пытался вспомнить, когда в последний раз шел дождь. Получалось плохо.

Чем дальше, тем меньше мне нравилась вся эта история. Казалось, что я играю чью-то роль на сцене сумасшедшего театра, и череда происходящих случайностей — лишь задумка неизвестного режиссера. А что нравилось мне меньше всего — моя роль, похоже, главная.

Пополудни остановились в небольшой лощинке под холмом, по другую сторону которого бежал ручей. Кто-то озаботился уставшими лошадьми, кто-то занялся обедом. Я пошел за водой. Старый Кэм увязался за мной.

Я уже наклонялся к воде, как вдруг что-то сильно ударило меня в спину, и я кубарем перелетел через ручей. Обернувшись, я увидел припавшего к земле Кэма. Его взгляд, пустой и холодный, сказал мне все.

В следующий момент Кэм прыгнул, и я оказался погребен под его тушей. Сверкающие клыки оказались в какой-то ладони от моего горла. Несомненно, через несколько секунд он прикончил бы меня.

Внезапно тяжесть исчезла. Я приподнялся на локтях и увидел, что Кэм дерется со странной белой птицей. Ловко уворачиваясь от ударов, та при первой же возможности била его клювом по голове. Еще один удар — и пес затих.

Птица внимательно посмотрела на меня и взлетела. Я поднялся и устало поплелся обратно.

К седлу моего коня оказалась прикреплена записка: «Тебя будут поджидать у переправы. Поспеши — одиноких путников не ловят».

***

Пушистые метелки травы щекотали лицо. Земля была теплой. Я лежал на вершине холма, шагах в двухстах от переправы. Чем дольше я ждал, тем меньше верил в правдивость предупреждения. Мост выглядел абсолютно обыденно, а в округе не было ни души, как и полчаса назад.

Я оставил виноград на попечение старого Фарзы, а сам ускакал сразу же после обеда, сказав, что хочу разведать местность. Почти сразу же после переправы лошадь радостно умчалась дальше, а я затаился здесь, решив, что если ничего не произойдет, я просто вернусь к каравану.

Пока я ждал, на дороге показалась наша процессия. Повозки уже подъезжали к мосту, как вдруг из-под него появились люди — много людей. Я не слышал, о чем они говорили с купцами, но ясно видел, как один из нападавших вытащил нож и вогнал его в плечо возражающему. Разбойники (в этом уже не оставалось никаких сомнений) в мгновение ока окружили и обыскали караван. Я понял, что искомое не нашлось — они взбесились еще больше. Посовещавшись с дружками, вожак направился к еще одной фигуре, одиноко стоявшей около моста.

Та развернулась, и я внезапно понял, что ее взгляд устремлен прямо на меня. Дикий вой прорезал воздух: «Он здесь! За ним, в погоню!».

Ужас овладел мной. Я развернулся и, что было сил, бросился в горы.

 

Глава 5

Встреча у обрыва

О погоде в Шимских горах, путешественниках, погонях и засадах

Узки и извилисты тропинки, ведущие через Северный перевал Шимских гор. Не люди и не звери протоптали их — ветер, солнце и падающая вода выточили в гладких скалах эти тонкие обрывистые пути.

Мало кто отваживается бывать здесь. Но приходящие знают удивительную, дикую красоту этих мест — красоту, которой до тебя нет ни малейшего дела. Горы живут своей жизнью — надевают летом тонкое платье мхов и травы, умываются дождями весной и осенью, зимой красуются белоснежной мантией, на восходе и закате отливающей огненным золотом.

Правда, замечает пролетающий мимо ветер, вот человек, которого совершенно не волнует открывающийся вид — он бежит так, будто повстречал собственную смерть во плоти.

Ветер абсолютно уверен, что его не преследует никто. Но ветер замечает кое-что еще.

По тропинкам, со склонов гор, из узких расщелин тонкими струйками течет, как вода, туман. Солнце прячется за тучу. Дымка сгущается, постепенно окружая человека, но тот пока еще ничего не замечает.

Резкий поворот тропинки — и человек вбегает в туман.

***

Маленькая чахлая травка абсолютно уверена, что она — самое одинокое существо в мире.

А кем же еще быть, если тебя угораздило вырасти в крошечной ямке между двумя равнодушными валунами, да еще и на самом краю бездонного обрыва? Не с кем шелестом перемолвиться, некому приветливо качнуться. Лишь залетает порой бродяга-ветер, но какой из него друг? Коснется на мгновение и продолжит свое бесконечное странствие…

Впрочем, сегодня здесь нет и его. Только этот странный бездушный туман. Он не нравится травке. Туман шепчет тысячью голосов, и, хотя травка не понимает ни слова, ей становится холодно и тоскливо, как будто уже пришла зима.

В тумане появляется человек. Похоже, он ничего не видит, бредет наугад, не различая дороги.

— Нет! – кричит человек. – Пустите! На кой я вам сдался? Пропустите меня!

Правый карман его куртки слабо светится золотым.

Туман подталкивает человека в спину, ведя к обрыву. Он спотыкается об один из валунов и медленно начинает падать.

Откуда-то появляется второй человек. Яркая вспышка заставляет туман в ужасе попятиться, и новоприбывший крепко хватает горе-путешественника за шиворот.

— Ну зачем, зачем тебе понадобилось лезть в горы? – спрашивает он.

Первый, увидев, куда едва не свалился, не может вымолвить ни слова.

Второй человек уводит первого вверх по тропе.

Травка как-то слышала от ветра о расположенной там старой хижине…

***

— Что значит – вы упустили его?! А сколько у вас было попыток?! Нет, не отворачивайся, Тоу!!! Я не с них спрошу! Я с тебя спрошу! Уже спрашиваю! Почему этот Эрибор еще дышит?!

Раньше холодный, голос дрожит от бешенства.

— Ему помогают, — пытается возразить другой голос. – Это человек, который может колдовать. Его не напугаешь…

— НИКТО. НЕ. МОЖЕТ. КОЛДОВАТЬ. ТАМ.

 

Глава 6

История Айфлойха

В которой отвечают на вопросы, рассказывают старинные истории, а в конце принимают судьбоносные решения.

— Можешь спрашивать все, что хочешь, только не торопись, — прозвучало в хижине, когда дверь закрылась.

— Вопросов у меня немало, — произнес Эрибор, устало садясь на предложенную хозяином шкуру у горящего очага. — Кто ты вообще такой? Как узнал обо мне? Что происходит?

— Меня зовут Туон, — ответил человек. Что происходит? Если кратко, то конец света. Или ты имеешь в виду, происходит С ТОБОЙ? За тобой охотятся, потому что ты неразумно подобрал ЭТОТ камень. Я, кстати, узнал о тебе именно благодаря ему.

— Выходит, ты знаешь, что это такое?!

— Один из камней жизни.

— Че… Чего?

— Тебе не скучно слушать байки старого дурня?

— Знаешь, ты пока единственный, кто согласен хоть что-то рассказать… А потом — не такой уж ты и старый…

Действительно, морщины, покрывавшие лицо хозяина, в свете очага как-то сгладились, и на Эрибора внимательно смотрел человек без возраста — на первый взгляд ему можно было дать лет 45, но искрящиеся голубые глаза его странным образом могли принадлежать и юноше, и старцу.

— Тогда слушай. Вряд ли ты знаешь, но люди — не первые жители этих земель, они прибыли из-за моря. До нас, — он странно усмехнулся, — здесь жили множество существ, чьей сутью было волшебство. Дельо и Сарины — духи рек и лесов, снежные великаны, вайлори-оборотни, мары — туманные призраки, крылатые тойва… Некоторые из них живут здесь и по сей день…

— Некоторые? А остальные…

— Истреблены. Убивали в первую очередь тех, кто был не в силах дать отпор, но при этом творил чудеса. Похожих на людей и особенно сильных не трогали, но большинство из них ушли сами.

— Почему?

— Не смогли жить без магии. Люди с помощью умеющих колдовать предателей нашли способ собрать и запереть волшебство этих земель в пяти кристаллах. Смотри, — Туон указал на карту, — для Подковы они взяли розовый кварц, а обсидиан — для Черных Топей. Леса и луга у моря сравнили с малахитом; бриллиант стал олицетворением Снегодалья, сапфир — морских просторов. А потом люди спрятали камни. Ходили слухи, что их увезли за море. Правда, так же говорят, что бриллиант и обсидиан удалось вернуть.

— Но тогда получается, — непонимающе нахмурился Эри, — что это шестой?

— У того, что лежит в твоей куртке, другая цель. Когда магическое равновесие было нарушено, пришлось как-то сдерживать холода из Снегодалья. Этот камень до недавнего времени служил опорой этому заклинанию.

— До недавнего времени… Подожди, бред какой-то! По-твоему, сейчас погода испортится?

Туон вскочил и распахнул дверь. Из ночи в дом ворвался хоровод снежинок.

— Сейчас июль, — жестко сказал он. — Ты, наверно, не слышал, что устье Съеффа покрыто льдом. Этого не случалось уже много зим. Еще дней десять, и тебе останется любоваться ледяной пустыней на месте твоих виноградников.

— И что мне с этим камнем делать?

— Вернуть на место, — Туон указал на какую-то точку в Снегодалье. — Здесь находится центр закрепления всех заклинаний, сделанных людьми. — Да, ты не знаешь дорогу, но если решишься идти, я провожу тебя. Выйдем утром?

Они помолчали.

— А что мне еще остается? — обреченно вздохнул Эрибор.

 

Глава 7

Волчий вой

В которой рассказывается о флоре и фауне леса Ирмирро, а также появляется неожиданный спутник

Вышли затемно.

— К вечеру нам нужно быть в столице, — объяснил Туон. — Там мы переночуем и приобретем необходимое, потом двинемся на восток.

Эрибор не возражал. За короткую ночь он отменно выспался и был готов к приключениям.

Спуск с гор оказался на удивление легким. Всего лишь через полчаса они стояли под высоким древесным куполом.

— Пойдем по дороге, так будет удобнее, — решил Туон.

Эри кивнул.

— Ты так и не объяснил мне, как именно эта штука оказалась у меня на плантации, — окликнул он своего провожатого, когда они уже шагали по тропе, вымощенной светлым камнем.

— Хороший вопрос, — отозвался тот. — Камень — основа мощного заклинания, и его нельзя просто выковырять из… ну, скажем так, материального якоря магии. Снежным великанам — да прекрати ты так дергаться, с их реальностью придется смириться — это не под силу. Думаю, среди них нашелся вожак. Кто-то, достаточно владеющий магией, чтобы достать камень, достаточно умный, чтобы понимать: камень нельзя уничтожить, достаточно сообразительный, чтобы заключить союз с марами.

— Мары? Это те туманы? Постой, я начинаю понимать. Мары уносили его в Черные Топи?

— В южную их часть. И тут наступило утро. Солнечный свет и тепло смертельны для мар. Туман рассеялся, и камень упал прямо на…- Туон прервался. — А это еще что такое?

В зеленом полумраке по обе стороны от тропы мелькали расплывчатые серые тени. Послышался протяжный вой.

— Только этого нам не хватало, — вскричал Туон, — бежим!

Они помчались вперед, но внезапно остановились.

— Нас окружили, — хладнокровно сказал проводник. — На дерево, скорее!

Оба, цепляясь за отпадающую кору, забрались на старый вяз, росший у обочины.

Волки тут же обступили его.

Краем уха Эрибор услышал невнятный шепот спутника, и, взглянув в его сторону, увидел, как на пальцах Туона набухают светящиеся малиновые сферы. В следующее мгновение шары унеслись вниз, воспламенив кусты по сторонам дороги и шкуры нескольких волков. Те с воем унеслись прочь; остальные отступили, но уходить не собирались.

Один зверь, не страшась пламени, вышел на дорогу. Он подошел к самому вязу, оперся передними лапами о ствол. Его очертания на мгновение размылись, а потом…

— Туон, друг мой! — раздался снизу веселый женский голос. — Неужели ты еще злишься из-за той проделки с ягодами, и мне придется стряхивать тебя с дерева, как спелый каштан? Спускайся!

***

-…я и не знал, что ты сменила форму…

-…решила, что быть ТАМ волком будет более практично…

По дороге шли трое. Эрибор, идя чуть позади, прислушивался к разговору спутников. Туон представил ему девушку, назвавшуюся Сайрлорой, и вкратце объяснил, что она вайлори — Меняющая Облик. Сейчас Эри откровенно любовался ей.

Копна длинных темных волос, на свету окрашивающихся медным, светлая кожа, заостренное скуластое лицо и золотисто-зеленые глаза необычного разреза придавали девушке ореол дивной дикой красоты. Высокая, в легкой кольчуге, с мечом у пояса, она и сейчас двигалась одновременно плавно и стремительно, будто все еще была в волчьем облике.

Из обрывков разговоров, долетавших до него, Эри понял, что Туон отправлял ей весточку, но ожидал появления совы, а не волка. Лора была в курсе последних новостей, явно отправлялась с ними, и теперь они обсуждали пребывание в городе.

-…небольшой запас еды, дня на три, еще теплую одежду. И непременно — оружие. Оно понадобится нашему искателю приключений, да и тебе лишним не будет…

Лора обернулась к Эрибору.

— Ты когда-нибудь дрался на мечах?

— Нет… не приходилось, — покачал головой он. 

Девушка улыбнулась.

— Ничего, это поправимо. Боюсь, скоро у тебя появится опыт.

Она замолчала, остановившись. Эри тоже замер. Лес закончился. Здесь дорога широкими ступенями уходила с холма вниз. В долине перед путешественниками лежал Дуль.

 

Глава 8

В городе

Которую можно описать фразой: «быть героем не всегда полезно для здоровья»

Солнце клонилось к закату, когда трое путешественников ступили на городские улицы, припорошенные легким снежком. Алый закатный свет превращал город в сказочный рубин в оправе золота и черни.

Дуль лежал на трех террасах, уступами спускающихся к устью Съеффа. Именно там, на нижнем уровне, находился порт и прекрасная набережная, а напротив них на небольшом островке – Дворец Собраний. Всю следующую террасу занимали ярмарки, сады, гостиницы и мастерские, а на третьей располагались жилые дома.

В столицу съезжались люди со всех концов света. Эрибор опасался, что они будут привлекать внимание, но вскоре понял, что их компания отнюдь не самая странная. Многие из встречных носили оружие. В ответ на вопросительный взгляд Туон едва заметно пожал плечами, а Лора одними губами произнесла: «Позерство».

Они свернули на центральный рынок. Все трое нашли себе теплые плащи, подобрали оружие по руке: длинный меч Эрибору и парные кинжалы для Туона. Даже Лора обзавелась небольшим упругим луком.

— Валькирия, а тебе когда-нибудь оружия мало будет? – мрачно пошутил Туон.

Воительница беззлобно стукнула его по плечу.

— Пошли ночлег искать, умник!

Ночлег нашелся неподалеку. Договорившись с хозяином гостиницы, Туон обратился к остальным:

— Я лично собираюсь выспаться. И вам всем советую. Выходим завтра рано утром. И если кто-то, — тут он выразительно глянул на Лору, — будет зевать во весь рот, я не виноват.

Он отправился к себе в комнату.

Лора фыркнула.

— Ты на него смотришь, как на бога, — сказала она Эрибору. –А он, между прочим, может преподнести большой сюрприз. Я бы на твоем месте не стала верить ему до конца.

— Ты это о чем? Он…

— Нет, не шпион. Но, думаю, у него есть кое-что, что тоже неплохо было бы вернуть на место. Как он следил за тобой? Обращался в птицу, да? Так вот, имей в виду – он не вайлори. Как же это у него получается в стране, где никто не может колдовать?

И с ироничной улыбкой она ушла.

***

Искрящаяся морозная ночь опустилась на город. Эри тихо шел по улице. Он сам не знал, что влекло его к набережной. Холодный ветер нес по улицам прозрачную снежную пыль, и звезды казались острыми иглами.

Снизу, от ажурных решеток набережной раздался женский крик. Мужчина поспешил на звук. Меч качался у бедра, но Эри почему-то не попытался достать его.

На гранитных, присыпанных снегом плитах лежала женская фигура. Двое мужчин, стоявших над ней, рванули в разные стороны, едва увидев Эрибора. Тот подбежал к девушке и поднял ее.

— Спасибо… – шепнула та.

— Не за что.

Они стояли, полуобнявшись.

— Я Киллаин.

— Эри.

— Эри – от Эрих?

— Нет. Эрибор.

Девушка не пыталась освободиться, и ситуация становилась все более неловкой. Эри смущенно кашлянул.

— Да – мне пора, — спохватилась девушка. – Но сначала – можно мне тебя отблагодарить?

Не дожидаясь ответа, она припала к его губам.

Поцелуй этот, казалось, длился вечно, а когда он закончился, Эри понял, что тело не слушается его. Мир мягко размылся, уплыл куда-то вправо и исчез, и последним, что слышал Эри, был холодный женский смех…

***

— А ты уверен, что она справится, а, Хоуш? Сколько твоих уже провалилось на этом задании?

— Она никогда меня не подводила. Хотя… Порой она увлекается. Но если ты сомневаешься в ней, можешь отправиться сам.

 

Глава 9

Над черной водой

о том, как сложно иногда бывает отличить сон от яви

 

Эрибор очнулся. Он лежал на кровати в небольшой комнате со светло-серыми каменными стенами и сводчатым потолком. Окон не было, свет давала дюжина свечей в массивных серебряных канделябрах. Арку дверного проема закрывала белая портьера с серебристой вышивкой.

Мужчина вскочил. Голова тут же закружилась, но Эри не обратил на это внимания и попытался восстановить в памяти прошедшие события. Путь по лесной дороге… Встреча с волками, бегство, знакомство с Сайрлорой… Дуль, оружейная лавка… Длинный прямой меч, сейчас пропавший. При дальнейшем осмотре выяснилось, что камень, лежавший в кармане куртки, пропал вместе с ней, не хватало и теплого плаща.

Гостиница… Лора предупреждает о Туоне… Дальше все вспоминалось очень плохо. Он зачем-то пошел на набережную. Девушка… Киллаин. Она поцеловала его. Дальнейшие минуты (Часы?) его жизни покрывал мрак, как и его теперешнее местоположение.

Эри прошел к выходу и откинул занавесь. За ней оказался длинный коридор, так же освещенный свечами.

Мужчина отправился вперед. Несколько раз коридор разветвлялся, от него отходили неосвещенные боковые ходы. За следующим поворотом появилась неподвижная женская фигура. Эри подбежал к ней.

— Киллаин? Что происходит? Где мы?

Девушка не отвечала, ее взгляд был направлен в пустоту. Отчаявшийся Эри тряхнул ее за плечо, и в тот же момент Киллаин исчезла, на ее месте клубилось туманное облако, из которого доносился холодный металлический смех. Руку мужчины обожгло. Он развернулся и бросился бежать, но на месте двери в комнату увидел каменную стену без единого просвета. Эрибор едва успел свернуть в один из неосвещенных ходов. Туман остановился у входа, и Эри понял, почему.

Тоннель загорелся. Пол и стены внезапно сами по себе запылали синим пламенем. Стало невозможно дышать. Мужчина что было сил помчался вперед и нырнул в первую же увиденную дыру.

Падение было долгим, скользким и противным, а потом вокруг оказалась темная ледяная вода. Течение тут же подхватило упавшего и попыталось утопить. Борясь за каждый глоток воздуха, Эри добрался до невидимого берега. Выбравшись на сыпучую гальку, споткнулся обо что-то мягкое. Мягкое, теплое, большое и, судя по раздавшемуся звуку, очень недовольное. Исполинский двухголовый пес приподнялся с земли и широко зевнул. В глазах его блеснул красный огонек.

Ноги Эрибора решили, что смогут выдержать еще один кросс, и резко рванули к широкой каменистой тропе. Собака, оценив привлекательность добычи, кинулась следом.

Дорога шла через слабо освещенный коридор. За спиной Эри слышал лязг когтей о гранит и мчался еще быстрее. Начался подъем – узкая лестница с медными перилами. Казалось, пес боится высоты – мужчине удалось немного оторваться от него.

Из последних сил Эри преодолел еще несколько ступенек и обомлел. Здесь не было выхода. Лестница заканчивалась круглой каменной площадкой, вокруг которой плыла черная пустота. Выбирать не приходилось: Эри бросился туда. Чувства исчезли.

Потом мужчина понял, что лежит на спине. Поверхность была жесткой, холодной и явно деревянной. Пахло сыростью и чем-то сладковатым. Было тихо. Эри открыл глаза. Над ним было ночное небо, затянутое темными тучами. На горизонте вставало тусклое солнце. Он лежал, связанный по рукам и ногам, в небольшом челне, идущем против течения. Вода за бортом была абсолютно черной, какой-то маслянистой. Эри вздрогнул. Он слышал об этом. Гиа, река в Черных Топях.

***

Лодка мягко причалила к берегу. Эр

Шарагина София Романовна
Возраст: 22 года
Дата рождения: 01.01.2000
Страна: Россия