XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 10 до 13 лет
Геката

Антонина Белова
Геката

Вечереет. Солнце стоит еще высоко в безоблачном, чистом, голубом небе.
До зари далеко, и, хотя давно уже за полдень, в такие часы особенно жарко, жарче, чем было три часа назад.
Для фотографа это очень удачное время суток: янтарный свет мягко рассеивается по земле, подчеркивая тонкие контуры, создавая яркие и резкие тени без дополнительного освещения. В такие часы природа бывает просто завораживающей: высокие горы различной формы с яркими контурами и светлыми каменными вершинами, деревья, растущие на этих горах чуть ниже и их тенистые подножия.
Так было и с этим местом.
Место это находится в Болгарии, в области большого болгарского города Велико Търново. Это место называют природным каньоном Хотница, Хотницким водопадом.
В мутную воду стекает быстрый поток. Маленькие перламутровые капли чистой горной воды разлетаются у самого подножия гор, того места, где поток воды разделяется надвое уступом с острой вершиной выступающей вперед, сливается с маленьким озером неизвестной глубины и утекает дальше, в речушку, через которую переброшен мостик, хотя нужды в этом особо нет, мостик помогает только не мочить ноги — речушка очень мелкая. В воде лежат камни — неизвестно, сохранились ли они с давних времен или же их положили туда совсем недавно.
С двух сторон от широкого потока возвышаются горы со скользкими камнями и яркими, светлыми вершинами, с зелеными деревьями, цепляющимися своими корнями за отвесные скалы и чуть видными дорожками туристического маршрута.
Сейчас рядом с водопадом уютно устроились палатки с холодильниками с прохладительными напитками. Рядом с ними стоят батуты, недалеко от них детская площадка. Но наверху, где громкой музыки не слышно, где шумит водопад, и видны природные красоты, там это место кажется гораздо таинственней и загадочней…
На стоянке припарковался рено, достаточно большой фургончик с пятью креслами. Из него вылезли четверо друзей из России, группа, изучающая болгарский язык: две девушки и три юноши, которые приехали в Болгарию на летний семинар и в свободный выходной попросили своего друга со старших курсов подвезти их до того водопада, о котором очень много знали. Сам водитель остался в машине, проводив студентов взглядом.
Почти сразу машину обошла собака. Она остановилась около двери и стала с интересом наблюдать за людьми.
Собака целиком была черной, но по седому носу и таким же лапам было видно, что она уже немолодая. У собаки был коротенький хвост, которым она доброжелательно виляла, и большие умные глаза.
Егор (так звали одного из студентов) не боялся собак, тем более эта показалась ему очень симпатичной, поэтому он подошел к ней и погладил ее. Собака не убегала, она продолжала вилять своим маленьким хвостиком и ходить вокруг человека, который ей понравился.
— Эй, смотрите! — окликнул друзей Егор. Собака радостно обнимала его, стоя на задних лапах.
— Не трогала бы я на твоем месте чужих псов, — пожурила Егора Полина. Она, напротив, боялась собак, а особенно больших, таких, как эта.
Егор освободился из собачьих лап и пошел за всеми. Но стоило сделать ему несколько шагов, как собака снова обняла его. Когда четверо студентов уже переходили по мостику через речку, их догнал Егор, за которым неслась разыгравшаяся собака. Она действительно не хотела ничего плохого, потому что, как только юноша остановился, собака прекратила беготню и, встав на месте, стала принюхиваться к остальным.
— Давай сюда потом, — предложила Катя, вторая девушка, заметив, что собака перешла мостик и смотрит на студентов уже с другого берега. — Я не хочу идти с ней.
Ребята не возражали. Они направились к началу подъема, но черная собака опередила их и пулей взлетела вверх по ступенькам, высеченным из камня и огражденным деревянными перилами.
— Эй, а я с ней в гору не пойду! — заявила Катя. — Она может столкнуть меня в обрыв!
— Ты предлагаешь ехать обратно?
— Нет, я хочу предложить немного подождать. Она убежит и мы начнем подъем.
Студенты вернулись назад по мосту. Собака не сразу кинулась вслед за ними. Казалось, что она, подобно человеку, испытывает разочарование.
Ребята подошли к природному бассейну. В нем была очень мутная вода странного бирюзового оттенка, поэтому не было понятно, какова его глубина.
Пока студенты бросали на собаку недоверчивые взгляды, та полностью потеряла к ним интерес. Она схватила лапами и зубами палку, завалилась набок и стала кататься по земле, играя.
Заметив, что собака отвлеклась, ребята перешли на другой берег и стали подниматься вверх. Собака не обращала на них внимания, поэтому студенты успокоились.
Стоило забраться на несколько метров, как верхушки низких деревьев заслонили палатки и батуты. Глазам открылся совсем иной пейзаж.
Далеко простирались широкие поля. Слева был виден маленький лесочек, деревья также окантовывали шоссе. Небо казалось очень высоким.
Путь делился надвое: подумав, туристы выбрали правую дорожку, которая вскоре закончилась площадкой для наблюдения, откуда было видно то самое озерцо, которое сверху было больше похоже на огромную лужу с бирюзовой водой.
Девушки достали фотоаппараты, несколько раз щелкнули друг друга и природные красоты, дальше студенты развернулись и направилась обратно. Пройдя мимо лестницы вниз, ребята пошли по левой дороге. Сначала они подумали, что их желание влезть на самый верх не получится исполнить, потому что путь закончился тупиком, но потом поняли, что ошиблись: площадка для наблюдения была проходной, вверх шла другая лестница.
С этого места был гораздо лучше виден пейзаж. Туристы достали телефоны и фотоаппараты, собираясь запечатлеть разноцветные поля, но тут же отвлеклись на громкие визги.
— Ай! Помогите! Спасите! Тут собака! Она меня укусит!
Это кричала Полина, девушка с веснушками и вздернутым носом. Как некстати, она действительно очень боялась собак.
И действительно, это была та самая черная собака. Она тут же села на землю и стала терпеливо ждать, чем еще больше напугала впечатлительную девушку.
Неожиданно на лестнице появились люди. Они тоже были похожи на туристов. Они пошли направо, туда где была смотровая площадка. Собака сорвалась с места и побежала за ними.
— Вот и хорошо, что она ушла! — заявила Екатерина, рыжеволосая девушка, которая на самом деле ужасно боялась высоты. Екатерина была скрипачкой, и хотела снять клип в каком-нибудь красивом месте. — Я боюсь идти с ней в горы!
— Ты чего, тут ограждение! — попытался успокоить Катю Егор, самый сильный и высокий из всей группы.
— Это тут ограждение! — «уперла руки в боки» девушка. — А если там его нет?
Егор отвернулся и решил больше не отвечать на подобные вопросы.
Остальные ребята закончили фотосессию и пошли вверх по лестнице.
А Тимофей, самая мечтательная личность, все это время стоял в стороне. Тима, в отличии от многих, еще в школе хотел стать писателем, а не гонщиком или футболистом, как все остальные.
И тут случилось неожиданное. Расталкивая всех, шныряя по камням, к концу лестницы мчалась та самая черная собака. Желание собаки обнаружили скоро: она хотела быть проводником ребят.
Студенты перешли пропасть по узенькому настилу из досок и добрались до проходной пещерки. Ребята стали фотографироваться, а собака ходила туда-сюда, как бы нетерпеливо подгоняя людей.
Почти сразу после того, как они впятером перешли через пещеру, они увидели верхнее течение водопада. Перейдя по мостику, ребята оказались на островке. Им хотелось идти дальше, но тут Екатерина решила снимать свою игру на скрипке, поэтому студенты задержались. Сначала Полина надеялась, что звуки скрипки отпугнут собаку, но напрасно. Катя все играла и играла свое виртуозное техническое произведение, а собака все это время паслась рядом, отыскивая какую-то собачью лечебную травку, непременно влезая в кадр.
Когда вещи уже были собраны, студенты продолжили свой путь. Перед ними начиналась отвесная лестница, только не приставленная к стене, а прикрепленная к ней.
— Все, дальше она не влезет! — с явной радостью сказала Полина, залезая наверх. Собака нервно ходила вокруг лестницы.
— Да, собачка, не лезь! Как ты обратно слезешь? Я не смогу снимать тебя на руках!
Но собака не послушала совета. Она ставила лапы на ступеньки и влезала наверх.
— Эй, псина, ты куда? — закричала Полина, которую явно не устраивали дальнейшие события. Но собака уже была наверху.
Следующим был спуск вниз. Собака понимала, что не сможет спуститься по отвесной лестнице, но она нашла выход: перелезла через ограждение, пробралась через кусты сбоку, вылезла на мостки через отверстие и побежала дальше. Студенты сильно удивились.
Собака лазила по горам, подобно их обитателю горному козлу, только один раз она с трудом вскарабкалась по камням наверх. В самом конце деревянные мостки кончились и лезть нужно было по камням.
А потом студенты вылезли на вершину.
Это произошло как-то незаметно. Сначала они долго карабкались по камням, шли, держась за камни над самым обрывом, лезли в гору, держась руками за землю, как это делали много лет назад юноши и девушки для того, что бы в одиночестве побыть на красивой вершине и, может быть, сделать любимой девушке предложение…

Давным давно, когда телефонов и электричества не было, когда вместо шоссе была дорога с брусчаткой, когда водопад был пристанищем для влюбленных, тогда в этом месте стали все чаще замечать девушку. Она не казалось бедной, но и никто не думал, что она богатая. Она все время была одета в бело-зеленое шелковое платье, на ее рыженькой голове всегда красовался венок из горных цветов, а на ногах у нее были бежевые мокасины. Девушка жила в селе, а в горы приходила так часто только для того, что бы полюбоваться горными пейзажами и излить все свои чувства в своих песнях.
А пела она действительно прекрасно. Те, кто приходил сюда, изредка слышали ее пение. Ее голос был нежный, как тюльпанный лепесток, чистый, как струя горного водопада, и очаровательный, как сами горные красоты.
Некоторым, кто приходил в эти места, казалось, что это поет сама душа горы, настолько красиво разливался ее голос эхом, и настолько благозвучно отзывались ей подголоски, что невозможно было понять, где же находится источник этого голоса. Казалось, душа горы игралась с теми, кто хотел ее обнаружить: она исчезала с нужного места в тот момент, когда любопытные прохожие заглядывали в него, настолько чудесно отзывалось эхо. Секунда — и раздался чудесный голос. Раздается он прямо из водопада. А стоит только это понять (достаточно этого, даже лезть туда не надо), как голос, кажется, раздается уже из глубокого обрыва.
А сама девушка сидела всегда на вершине горы, на своем любимом камне. И даже если некоторым людям удавалось дойти до вершины, то все равно ее никто не замечал, даже если в этот момент она пела.
Девушку все знали, ее все видели. Некоторые разговаривали с ней, и она отвечала им. Но никто не видел в ней ту, что связывалась с природой неуловимой связью, что пела по вечерам для мира, даже не для людей, не от своего лица, а от лица горы, птичьего щебета, шелеста каждого листочка на дереве и шума каждой капли потока водопада. И все эти звуки сливались в одно единое и целое вместе с ее голосом, и в такие часы казалось, что природа сама умеет играть на музыкальном инструменте, на одном, но в то же время звучал целый оркестр.
Девушка жила как и все, обычною жизнью. Но однажды случилось непоправимое, и больше никогда люди не услышали чудесного пения, но девушка после этого обрела бессмертие. Случилось это вот как.
Несколько напившихся допьяна людей гуляли по горам. В то время девушка как раз шла на свою любимую вершину. Мужики загородили всю дорогу, и, кто знает, может быть, они и отошли в сторону, и, то ли специально, то ли нет, немного толкнули девушку. Она пошатнулась… и упала в пропасть. Девушка разбилась, и никто больше не услышал ее песен, и еще долго старики в деревне, вспоминая рассказы молодежи, утверждали, что мир стал слишком грешен для этого.
В тот же день почти никто не заподозрил неладного, разве что тот юноша, который больше всех ее любил. Почему? А потому, что гора пела. Пела сама, без девушки. Только характер песни был совсем другой. Обычно с горы раздавались чистые песни, нежные, но не грустные. А теперь горы сами начали издавать звуки. Эти звуки также сливались воедино и образовывали музыку, но другую, похожую на траурный марш, оплакивающий девушку. А в конце песни без слов раздался столетний вздох, как будто гора накопила вековое горе за несколько минут. И гора замолчала. Замолчала навсегда.
А тот юноша почему-то понял, что все это время на горе пела его возлюбленная. И он понял, что с ее больше нет, что случилось большое горе. Но он не мог выдавить из себя ни слезы. Он стал грустить в душе, без слез.
И когда он попытался рассказать о том, что он слышал на горе, всей деревне, то у него ничего не получилось. Песня была другая, и нужны были другие слова, но он, всегда болтливый и разговорчивый, не смог подобрать этих слов.
И единственный, кто его понял, а точнее тот, кому юноша смог рассказать все как было, был старец, который много лет уже не слышал ни звука от гор.
Они встретились на том самом Хотницком водопаде, в тот час, когда девушка обычно пела, сидя на горе. Юноша нашел старца непрерывно сидящим на камне в речке, которая вытекает из озерца.
— Что-то горы не поют давно, — сказал он. — Ты, сынок, не знаешь, что же произошло с той музыкой?
И тут юноша, который уже давно был не юношей, вспомнил все, как будто бы слышал эту последнюю песню несколько секунд назад.
И он все рассказал старцу. Слова летели из него сами, и он чувствовал, что старик понял эту историю с двух его слов. Но он говорил и говорил.
И тот камень, который лежал на его душе все это время, растворился. И мужчина смирился с волей гор, с утратой любимой. И очень скоро он завел себе семью, жену, детей и жил долго и много. И с того момента никто, никто не мог рассказать об этом у себя на селе или дома. А вот на самом водопаде это, как ни странно, получалось само собой, только вот никто не хотел ходить больше в это место, как будто оно было проклято. Получалось, что внутри водопада веками хранилась его тайна. И каждый раз, когда ребенку становилось двенадцать лет, отец отводил детей на этот водопад и рассказывал ему правду, такую, как рассказал самому рассказчику его отец, а тому отец отца…
А правда, хоть она и была, но была такой, какой создал ее народ, с изменениями, и в этом случае очень даже сильными. Не то чтобы народная правда лгала, нет, просто истина знала иное — девушка была жива. Не в своем теле — душа переселилась из нее в собаку. И этот черный проводник с седым носом стал помогать людям ходить по водопаду, по горам, чтобы никто здесь больше не погиб…

Студенты стояли на вершине горы. Стояли, и каждый ждал чего-то своего. А Тимофей не мог понять, представил он это себе или образ чудесной девушки на самом деле на секунду возник в воздухе…
Первым молчание нарушил Егор. Ему стало как-то не по себе.
— Ну… Пойдем, что ли…
— А я хочу тут сыграть! — замахала руками Катя.
Тимофей протянул ей скрипку, достав ее из чехла.
— Ну вы как хотите, а мы пошли! — заявил Егор, полностью придя в себя. Он схватил Полину за руку и они вместе пошли за собакой.
И Катя заиграла. Почему-то она играла не то сложное и длинное произведение, а то, которое учила в втором или третьем классе. Чистое, но не грустное, нежное, как лепестки тюльпана, хрустальное, как струя водопада… Лярго…
И горы ей отозвались. Щебет птиц, шум водопада где-то там, внизу, шелест листьев увеличили свою громкость и слились вместе с нежным голосом скрипки. Горы играли вместе с Катей. И Тимофей глянул на Катю и узнал в ней ту девушку из легенды. В таком мечтательном образе она была такая же, как и та, которая пела вместе с природой.
И сам не зная зачем, Тимофей нарвал горных цветов и вспомнил, как в детстве девчонки скрывали от него, как плести венки. А он подсмотрел за ними и научился. И хотя потом над ним смеялись все мальчишки и обзывали девчонкой, он умел это делать. Помнит, как учил свою младшую сестренку их плести…
И он сплел венок для Кати. Рыженькой скрипачки, которой отозвалась природа. И в образе с венком она была гораздо больше похожа на ту девушку из легенды, которую Тимофей придумал сам.
А Катя играла и играла, раз за разом, повторяя чудесное произведение не одна, а с природой, с горами. И когда Катя повторила произведение четвертый и пятый раз… А Тимофей снимал и снимал… И вдруг Катя оборвала музыку. А гора подпевала своим голосом мира. Это было что-то вроде паузы, когда мир замирает. А девушка ждала. И Тимофей понимал, что гора откликнется ей как только она заиграет.
И так и вышло. Катя доиграла последнюю фразу и долго держала последнюю ноту. И было слышно, как горы доиграли последнюю ноту вместе с ней. И когда девушка убрала скрипку, все затихло. И ребята тоже молчали. Катя неожиданно резко остановилась, сняла с головы венок и отдала его Тимофею. Тот переложил его на камень, с двух сторон который окружали тополя, а под ним росли цветы. И венок из горных цветов изящно смотрелся на камне, сзади которого рос шиповник, с двух сторон — тополя, а под ним — травка лилового оттенка. И почему-то, непонятно почему, этот камень оказался ровно таким, каким Тима себе его представлял тогда, когда у него в голове возникла эта история. А может быть все это было на самом деле, раз он так точно представил это место.
И тут Катя быстро поцеловала Тимофея и убежала. А тот остался стоять и потихоньку осознавать, что произошло.
А венок засветился. И в воздухе снова возник образ девушки, которая развернулась к нему, подмигнула и внятно и отрывисто сказала «Прислушайся к своему сердцу». А потом она пропала.
Хотя может это все ему показалось. И пение гор ему тоже показалось.
И они вместе снова пошли за собакой, как и ранее.
— Слушайте, а похоже она знает больше нас. И ей не придется лезть вниз по отвесным лестницам. Видите, мы вниз идем, — раздался чей-то голос.
— Давайте ее назовем!
— А как?
— Можно в честь богини.
— Юнона!
— Не очень, лучше Афина!
— Да какая Афина, лучше уж Афродита!
— Она же черная! Диана будет лучше!
А Тимофей знал ответ.
— Геката.
— Хм, Геката? Красиво! Все, псина, теперь ты Геката!
И Геката оказалась права. Путь шел действительно вниз. А когда они спустились с горы, то решили поинтересоваться, чья же эта собака, а поскольку она прыгала и ластилась к одному мужчине в красной футболке с надписью, то сразу возникла мысль, что это собака принадлежит ему. И Полина, набравшись смелости спросила его об этом. И он сказал, что да. И когда у него спросили, как ее зовут, тот ответил, но никто не помнит, что. Студентам захотелось вознаградить собаку, но купить ничего в магазинах не было возможности. Полина, растрогавшись, сказала, что хочет купить ей батон хлеба или колбаску. Тогда студенты оставили хозяину собаки деньги на корм и уехали.

А когда в общежитии Тимофей и Катя решили прослушать запись на компьютере, то звука гор не услышали. Природа молчала. Этот звук не поддавался ни оцифровке, ни записи. И Тимофей уже был уверен, что ему показалось, но тут Катя сказала:
— А знаешь, жалко, что звуки гор не записались. Это было так красиво, знаешь, как будто я одна, но с целым оркестром. И я слилась с ними воедино и мы играли вместе.
— Знаешь, Катя, я представил эту собаку, как он там сказал… В образе девушки…
— Гекату, — сказала Катя. И снова убежала.

А Хотницкий водопад до сих пор остается таинственным местом. И никто толком и не знает, правда, что горы умеют петь или нет. И может быть, если в какое-то определенное время сыграть чистую, нежную, прозрачную, минорную, но не грустную музыку на этой вершине, на этом красивом месте, которое на самом деле есть, то горы отзовутся голосу музыки, и вместе со скрипкой или с флейтой сыграют свою единую партию, единую, но многоголосную, под аккомпанемент птичьего щебета, далекого и глухого шума водопада, тихого шелеста листьев по отдельности и вместе, то человек свяжется с природой невидимыми и неуловимыми нитями, и сможет почувствовать все равновесие мира, все его гармонии, разногласия, различия и сходства.

Белова Антонина Алексеевна
Страна: Россия
Город: Москва