Принято заявок
2212

IX Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Прокопенко Анна Дмитриевна
Возраст: 14 лет
Дата рождения: 11.06.2008
Место учебы: ЧОУ "Школа разговорных языков"
Страна: Россия
Регион: Санкт-Петербург и область
Город: Санкт-Петербург
Перевод с английского на русский
Категория от 14 до 17 лет
Двадцать лет спустя — О. Генри

Полицейский шел вдоль по улице с уверенным и важным видом. Он всегда ходил именно так, не думая о том, как он выглядит. Лишь несколько человек на улице видели его. Было всего около 10 вечера, но уже довольно холодно. Дул ветер и моросил дождь.

Он останавливался у каждой двери, которую проходил, проверяя, закрыта ли она на ночь. Время от времени он поворачивался и смотрел то вверх, то вниз по улице. Он выглядел как прекрасный полицейский, бдительный, на страже покоя граждан.

Люди в этой части города расходились по домам рано. То тут, то там можно было увидеть огни магазина или ресторанчика. Но большинство дверей принадлежало заведениям, которые уже несколько часов как были закрыты.

Вдруг полицейский неожиданно замедлил шаг. Перед дверью закрытого магазина стоял человек. Когда полицейский направился к нему, тот быстро заговорил: «Все в порядке, офицер! Я жду друга. Двадцать лет назад мы договорились встретиться здесь сегодня вечером. Звучит странно, не так ли? Я объясню, если Вы хотите убедиться, что все нормально. Около двадцати лет назад на месте этого магазина был ресторан Большого Джо Брэйди».

«Он был здесь еще пять лет назад», — сказал полицейский.

У человека перед дверью было бесцветное квадратное лицо с яркими глазами и маленькой белой отметиной у правого глаза. В галстуке сиял крупный драгоценный камень.

«Двадцать лет назад, вечером этого дня, — продолжил мужчина, — я ужинал здесь с Джимми Уелсом. Он был моим лучшим другом и самым лучшим парнем на земле. Мы выросли вместе здесь в Нью-Йорке, как братья. Мне было 18, а Джимми — 20. На следующее утро я должен был отправиться на Запад. Я намеревался найти работу и добиться там успеха. А Джимми было не вытащить из Нью-Йорка, он считал его единственным местом на земле.

В тот вечер мы условились, что снова встретимся здесь ровно через двадцать лет. Мы думали, что через двадцать лет мы будем знать, кто мы есть и какое будущее нас ожидает».

«Интересно, но по мне, так многовато времени между встречами, — сказал полицейский. — Вы что-нибудь слыхали от Вашего друга с тех пор как он уехал на Запад?»

«Да, какое-то время мы переписывались, — ответил человек, — но спустя год или два мы перестали. Запад — большой. Я переезжал с места на место и довольно часто. Но я знаю, что мы с Джимми сегодня встретимся, если только он сможет. Он из тех, на кого можно положиться. Он ни за что не забудет. Я проехал тысячу миль, чтобы стоять сегодня здесь. Но я буду рад по-настоящему, когда и мой друг тоже придет!»

Ожидавший достал дорогие часы, украшенные небольшими драгоценными камнями.

«Без трех минут десять, — произнес он. — Было десять, когда мы распрощались в ту ночь, здесь перед дверью ресторана».

« На Западе Вы добились успеха, не так ли?» — поинтересовался полицейский.

«Еще бы! Надеюсь, Джимми добился хотя бы половины. Он был медлительным. А мне пришлось бороться за успех. В Нью-Йорке человек не особо меняется, а на Западе ты учишься сражаться, чтобы получить свое».

Полицейский отступил на пару шагов.

«Я пойду, — сказал он. — Надеюсь, Ваш друг благополучно доберется. Если его не будет к десяти, Вы уйдете?»

«Нет, не уйду!» — ответил тот.

«Я подожду еще полчаса, не меньше. Если Джимми еще ходит по этой земле, к тому времени он будет здесь. Доброй ночи, офицер!»

«Доброй ночи», — ответил полицейский и продолжил свой путь, проверяя закрыты ли двери.

Пошел холодный дождь, и ветер усиливался. Редкие прохожие ускоряли шаг, стараясь согреться. А у дверей магазина стоял человек, преодолевший тысячу миль, чтобы встретиться с другом. Такая встреча могла и не состояться, но он ждал.

Ожидание длилось уже двадцать минут, когда высокий человек в длинном плаще поспешно пересек улицу и направился прямиком к ожидавшему.

«Ты ли это, Боб?» — спросил он с сомнением в голосе.

«Ты ли это, Джимми Уелс?!» — воскликнул человек у двери.

Подошедший мужчина взял другого за руки и произнес: «Это — Боб! Это точно он. Я был уверен, что найду тебя здесь, если ты еще жив. Двадцать лет — это очень много! Старого ресторана больше нет, Боб. Хотел бы я, чтобы он был здесь, и мы вновь смогли бы в нем поужинать. Как принял тебя Запад?»

«Он дал мне все, о чем я просил. Ты изменился, Джимми. Никогда не думал, что ты такой высокий».

«Да, я слегка подрос с тех пор, как мне было двадцать».

« Как тебе живется в Нью-Йорке, Джимми?»

«Неплохо. Я работаю на городской службе. Слушай, Боб, я тут знаю одно местечко, пойдем сходим туда и вспомним наши старые добрые времена».

Два человека двинулись по улице рука об руку. Человек с Запада начинал рассказ о своей жизни, другой же, подняв воротник до ушей, с интересом слушал.

На углу стоял магазин, ярко освещенный электрическим светом. Когда они подошли поближе, каждый повернулся, чтобы увидеть лицо другого.

Человек с Запада резко остановился и отдернул руку.

«Ты не Джимми Уелс, — воскликнул он. — Двадцать лет — это много, но не настолько, чтобы изменить человеку форму его носа!»

«Время иногда делает хорошего человека плохим, — ответил высокий мужчина.- Ты уже десять минут как арестован, Боб! Полиция Чикаго была уверена, что ты направишься в Нью-Йорк. Они попросили нас проследить за тобой. Пойдем со мной по-хорошему? Так будет лучше. Но прежде, меня попросили кое-что тебе передать. Ты можешь прочесть это здесь у витрины. Это от полицейского по фамилии Уелс.

Человек с Запада развернул клочок бумаги. Когда он читал, его рука задрожала.

«Боб! Я был на месте вовремя. Я увидел лицо человека, которого разыскивает полиция Чикаго. Я не хотел арестовывать тебя сам, поэтому пошел за другим полицейским и прислал его выполнить эту работу. Джимми»

A f t e r T w e n t y Y e a r s - O . H e n r y

The cop moved along the street, looking strong and important. This was the way he always moved. He was not thinking of how he looked. There were few people on the street to see him. It was only about ten at night, but it was cold. And there was a wind with a little rain in it. He stopped at doors as he walked along, trying each door to be sure that it was closed for the night. Now and then he turned and looked up and down the street. He was a fine-looking cop, watchful, guarding the peace.

People in this part of the city went home early. Now and then you might see the lights of a shop or of a small restaurant. But most of the doors belonged to business places that had been closed hours ago.

Then the cop suddenly slowed his walk. Near the door of a darkened shop a man was standing. As the cop walked toward him, the man spoke quickly.

“It’s all right, officer,” he said. “I’m waiting for a friend. Twenty years ago we agreed to meet here tonight. It sounds strange to you, doesn’t it? I’ll explain if you want to be sure that everything’s all right. About twenty years ago there was a restaurant where this shop stands. ‘Big Joe’ Brady’s restaurant.”

“It was here until five years ago,” said the cop.

The man near the door had a colorless square face with bright eyes, and a little white mark near his right eye. He had a large jewel in his necktie.

“Twenty years ago tonight,” said the man, “I had dinner here with Jimmy Wells. He was my best friend and the best fellow in the world. He and I grew up together here in New York, like two brothers. I was eighteen and Jimmy was twenty. The next morning I was to start for the West. I was going to find a job and make a great success. You couldn’t have pulled Jimmy out of New York. He thought it was the only place on earth.

“We agreed that night that we would meet here again in twenty years. We thought that in twenty years we would know what kind of men we were, and what future waited for us.”

“It sounds interesting,” said the cop. “A long time between meetings, it seems to me. Have you heard from your friend since you went West?”

“Yes, for a time we did write to each other,” said the man. “But after a year or two, we stopped. The West is big. I moved around everywhere, and I moved quickly. But I know that Jimmy will meet me here if he can. He was as true as any man in the world. He’ll never forget. I came a thousand miles to stand here tonight. But I’ll be glad about that, if my old friend comes too.”

The waiting man took out a fine watch, covered with small jewels.

“Three minutes before ten,” he said. “It was ten that night when we said goodbye here at the restaurant door.”

“You were successful in the West, weren’t you?” asked the cop.

“I surely was! I hope Jimmy has done half as well. He was a slow mover. I’ve had to fight for my success. In New York a man doesn’t change much. In the West you learn how to fight for what you get.”

The cop took a step or two.

“I’ll go on my way,” he said. “I hope your friend comes all right. If he isn’t here at ten, are you going to leave?”

“I am not!” said the other. “I’ll wait half an hour, at least. If Jimmy is alive on earth, he’ll be here by that time. Good night, officer.”

“Good night,” said the cop, and walked away, trying doors as he went.

There was now a cold rain falling and the wind was stronger. The few people walking along that street were hurrying, trying to keep warm. And at the door of the shop stood the man who had come a thousand miles to meet a friend. Such a meeting could not be certain. But he waited. About twenty minutes he waited, and then a tall man in a long coat came hurrying across the street. He went directly to the waiting man.

“Is that you, Bob?” he asked, doubtfully.

“Is that you, Jimmy Wells?” cried the man at the door.

The new man took the other man’s hands in his.

“It’s Bob! It surely is. I was certain I would find you here if you were still alive. Twenty years is a long time. The old restaurant is gone, Bob. I wish it were here, so that we could have another dinner in it. Has the West been good to you?”

“It gave me everything I asked for. You’ve changed, Jimmy. I never thought you were so tall.”

“Oh, I grew a little after I was twenty.”

“Are you doing well in New York, Jimmy?”

“Well enough. I work for the city. Come on, Bob, We’ll go to a place I know, and have a good long talk about old times.”

The two men started along the street, arm in arm. The man from the West was beginning to tell the story of his life. The other, with his coat up to his ears, listened with interest. At the corner stood a shop bright with electric lights. When they came near, each turned to look at the other’s face. The man from the West stopped suddenly and pulled his arm away.

“You’re not Jimmy Wells,” he said. “Twenty years is a long time, but not long enough to change the shape of a man’s nose.”

“It sometimes changes a good man into a bad one,” said the tall man. “You’ve been under arrest for ten minutes, Bob. Chicago cops thought you might be coming to New York. They told us to watch for you. Are you coming with me quietly? That’s wise. But first here is something I was asked to give you. You may read it here at the window. It’s from a cop named Wells.”

The man from the West opened the little piece of paper. His hand began to shake a little as he read.

“Bob: I was at the place on time. I saw the face of the man wanted by Chicago cops. I didn’t want to arrest you myself. So I went and got another cop and sent him to do the job. JIMMY.”