XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Проза на русском языке
Категория от 14 до 17 лет
Дождливым сентябрём

Склонившись над альбомом, Вика плавно вывела контур будущего яблока. Затем наметила вазу. Отложила карандаш, вышла из-за стола и критически оглядела набросок. Нет, без мольберта всё-таки жизнь не та! С ним было бы куда удобнее. Ничего, у неё через месяц день рождения и тогда она обязательно попросит у родителей мольберт…

А пока мольберта не было, Вика расположилась за столиком, где она делала уроки во время учебного года, а вазу и яблоко водрузила на тумбочку слева от двери. Может, кому-то подобный натюрморт и показался бы скучным, но Вике академизм никогда не надоедал. Это стиль, в котором можно совершенствоваться бесконечно. Впрочем, в других стилях тоже можно, но Вике всегда казалось, что её прогресс наиболее заметен именно в академизме. Поэтому бросив поиски «собственного стиля», она вновь вернулась к началу начал. И чувствовала: это её. Будучи по натуре неуверенным человеком и зная это, Вика радовалась, что нашла себя хотя бы в этом.

Вздохнув, Вика опустилась на стул. Взгляд невольно скользнул к окну. Повинуясь внезапно появившемуся желанию, она распахнула его. Ещё стола жара позднего лета, удушливая даже после захода солнца, но резкий ветер временами бросал в лицо порывы холодного воздуха. Неотвратимо приближался сентябрь. А вместе с ним и школа.

С этого года начнётся совсем другая жизнь. Средняя школа осталась позади, и теперь Вику ждёт десятый класс. К тому же, как уже сообщила классная руководительница, все три класса на их параллели объединят. При мысли о том, что в классе будет много новичков, Вика нервно закусила губу. Она никогда не общалась с ребятами с параллели, лишь знала имена некоторых. Получится ли найти с ними общий язык? Хорошо, что рядом будет Настя, её лучшая и, пожалуй, единственная подруга.

— Викусь! Подойди сюда, пожалуйста! — голос мамы, донёсшийся из соседней комнаты, вырвал Вику из раздумий.

Она быстро захлопнула окно и поспешила в комнату родителей. Голос у мамы вовсе не был взволнованным, но Вика сразу почувствовала какое-то напряжение и заранее приготовилась к серьёзному разговору.

Родители сидели на кровати, мама сложила на коленях руки. Значит, точно что-то будет. Мама всегда так делает перед серьёзными разговорами. Вика опустилась на диван напротив.

Не дожидаясь, пока дочь спросит в чём дело, мама начала:

— Пора нам определиться, куда ты будешь ходить после школьных занятий. Мы с папой всё обсудили и…

Тут мама запнулась, но папа сразу подхватил:

— Викусь, ты сама всё понимаешь, десятый класс уже, надо сделать упор на предметы, которые понадобятся тебе в будущем. Начинать готовиться к экзаменам.

Вика молча кивнула. Отец продолжил:

— Поэтому мы с мамой подыскали тебе хорошего репетитора по химии. Наталья Алексеевна. Будешь ходить к ней два раза в неделю.

— Два? Одного раза было бы вполне достаточно. Стоп, а зачем мне вообще репетитор по химии? У меня же с ней всё хорошо. — Вика удивлённо смотрела на отца.

— Тебе нужно будет сдавать ЕГЭ по химии и биологии, чтобы поступить в медицинский. Вик, ты очень способная девочка, но всё же в подготовке к экзаменам не обойтись без репетитора. Химия и биология — самые сложные экзамены.

Папин голос был твёрд, глаза за стёклами очков смотрели решительно.

Вика опешила:

— Медицинский?

Хоть папа с мамой у Вики врачи, она сама никогда не изъявляла желания пойти их тропой. Ещё два года назад Вика решила, что будет поступать на Худграф и тогда же упросила маму записать её на частные уроки к Екатерине Петровне, одной из преподавателей Худграфа.

Викин вопрос остался без ответа.

— Наталья Алексеевна очень сильный репетитор, в прошлом году её ученики отлично сдали ЕГЭ и поступили на бюджет. Она довольно много берёт за свои уроки, поэтому… — Мама говорила мягко, словно готовя к чему-то, — Пока придётся прекратить занятия у Екатерины Петровны. Они тоже довольно дорогие, поэтому…

Вика резко выдохнула. Как?.. Занятия рисованием ей гораздо важнее и нужнее, чем репетитор по химии! И вообще, какой медицинский? Она туда никогда не хотела.

— Значит, вы за меня уже всё решили, — тихо проговорила Вика, незаметно сглотнула ком в горле. Предательски начинали наворачиваться слёзы. Она опустила глаза вниз и увидела в себя в руке карандаш, которые случайно принесла с собой из комнаты.

Проследив за её взглядом, мама тоже заметила карандаш, а затем быстро отвела глаза в сторону, делая вид, что заправляет прядь волос за ухо.

***

Из толпы раздался задорный крик:

— Исаева! Кого я вижу!

Затем из-за спин парней показалась тёмная головка, а затем и вся Настя, нарядная и ярко накрашенная. Вика улыбнулась, и подруги обнялись.

Классная руководительница заранее предупредила, чтобы на первое сентября все девочки были в платьях и белых фартуках, но для Насти закон как всегда не писан. Сверкая белозубой улыбкой, она демонстративно покружилась перед подругой: облегающая белая блузка с вырезом и короткая кожаная юбка отлично подчёркивали её достоинства, а красная помада и длинные стрелки отлично дополняли образ. Вика показала большой палец и смущённо поправила лямку фартука.

Небо серело грозовыми тучами, накрапывал противный мелкий дождь. Осень быстро вступала в свои права. Однако, иногда из-за плотной стены облаков ещё выглядывало тёплое солнце уходящего лета.

Учителя начали выстраивать классы. Получилось, что 10 «А» стоял с правой стороны от центра. Раньше буква класса у Вики и Насти была «Б», но теперь класс на параллели остался один, поэтому ему присвоили первую букву алфавита. Но подруги шутили, что в душе всё равно останутся «бэшками».

Пока классная пыталась собрать всех в кучу и ровно поставить, Вика с Настей притулились сбоку, чтобы было удобнее разговаривать.

— Насть, ты знаешь кого-то из новеньких?

Как уже успела посчитать Вика, новеньких оказалось двенадцать человек, семь девочек и пять мальчиков. Настя округлила глаза:

— А ты что, нет? Ну даёшь, Исаева…

И откуда у Насти эта дурацкая привычка называть её по фамилии? Вика не знала, но уже давно привыкла.

Но Настя не успела рассказать ни про одного из новых одноклассников, так как началась линейка. Директор и учителя произносили речи, давали напутствия ученикам, торжественно звучал гимн России, выносили флаг школы. Потом кто-то спел песню, а ребята из средней школы устроили танцевальный флешмоб. Закончилась линейка как всегда звоном большого золотого колокольчика — Первого Звонка.

Школьный двор пришёл в движение, все стали суетливо заползать в здание школы, но классная, видимо, решив, что ребята сами уже перезнакомились, разрешила им идти домой. Проталкиваясь сквозь толпу к выходу со двора, Вика заметила высокого черноволосого парня, который попрощался с их классной, дёрнула Настю за рукав и спросила:

— А это кто?

— О-о, это Калинин Андрей из бывшего «В». Он же во всех олимпиадах участвует, как и ты. Правда не знаешь его? Вообще, я с ним лично не общалась, он мало с кем дружит. Говорят, у него даже нет девушки. Странно, а ведь такой красавчик… — Настя задержала взгляд на парне, облизнулась и хитро сверкнула глазами, — Ладно идём, дождь сильнее пошёл.

Через пару шагов Вика невольно обернулась и встретилась взглядом с серо-синими глазами Андрея. Его губы тронула лёгкая, едва заметная улыбка. Вика смущённо отвернулась и поспешила за подругой.

***

Весело прозвенел звонок, и урок наконец закончился. Ребята начали вставать из-за парт, разминая затёкшие за время урока ноги. Следующий урок должен был проходить в этом же кабинете, поэтому многие не торопились выходить в коридор. Только Вика осталась сидеть, дорабатывая рисунок, который начала ещё на прошлом уроке. Это был портрет. Чей, она сама не знала, Вика часто рисовала портреты, но не знакомых людей, а просто лица, созданные её воображением.

Настя что-то печатала в телефоне. Первый учебный день тянулся невероятно долго, уроки проходили нудно, а на переменах Вика старалась не привлекать к себе внимание и утыкалась в книжку, принесённую из дома. Всё-таки, она решила, что не готова сама с кем-то знакомиться, только если кто-то сам к ней подойдёт, она с ним поговорит. Но никто не подходил, и на этой перемене Вику полностью захватил портрет. В тот момент, когда она перешла к штриховке бровей, откуда-то сверху внезапно раздался голос:

— Кого рисуешь?

Вика подняла глаза, машинально захлопнула скетчбук и тут же мысленно упрекнула себя за подобную резкость. Над её партой склонился Калинин.

— Извини, помешал, — парень слегка смутился, — Интересно стало, я тоже немного рисую. Но пока выходит не так хорошо, как у тебя.

Калинин тепло улыбнулся. Вика почувствовала на себе неприязненный взгляд Насти. Андрей продолжал:

— А мой отец тоже рисует. Он заслуженный художник России. Его картины в нашей городской галерее висят, была там?

Хоть Вика была в галерее довольно давно, она вспомнила те чудесные масляные пейзажи с белой подписью в левом нижнем углу «Калинин В.Д.» Да и Екатерина Петровна, дававшая ей частные уроки, много рассказывала про него.

— Да, конечно. Вячеслав Дмитриевич Калинин? Мне очень нравятся его картины.

Глаза Андрея радостно просияли.

— Я ему обязательно передам.

Но дальше разговора не получилось, кто-то из мальчишек окликнул Андрея, и он, извинившись, отошёл. Вика вернулась в рисунку, но тут ей на плечо легла Настина ладонь, и подруга затараторила:

— Вик, я ведь тебе говорила, что мы с Пашей расстались? И вот, я думала Андрея окрутить… Понимаешь, я не могу быть одна… А ему, похоже, ты понравилась. Не могла бы ты с ним подружиться, а затем нас как-нибудь свести? Или наоборот, вообще с ним не общаться… Тебе ведь он не нравится? Понимаешь, просто я его хотела.

Настя говорила мило, даже слегка жалобно, но за этой притворной лаской плохо скрывались злость и обида. Вике очень не понравились слова подруги.

— Уступи его мне, а? Мы же друзья. Ты ведь не против?

***

В коридоре раздался стук каблуков, дверь класса распахнулась и на пороге появилась запыхавшаяся классная.

— Извините, Павел Юрьевич, можно сделать объявление?

Историк кивнул и отошёл от доски.

— Ребята, срочно нужно кого-нибудь на конкурс рисунков. Хотя бы один человек от класса.

Большинство учеников попыталось слиться с партами, но Вика, напротив, бросила на классную заинтересованный взгляд.

— Конкурс областной, нарисовать надо до 10 сентября. Нам самим только сейчас сказали… Тема: «Мой город». Ну, кто-нибудь? Лиза, Вика? Даша?

Вика подала голос:

— Давайте я.

Лиза с Дашей облегчённо выдохнули.

— Отлично, спасибо! До 10 сентября. Всё, Павел Юрьевич, извините, продолжайте.

Дверь за классной захлопнулась.

Весь остаток урока истории Вика думала, что бы ей нарисовать на конкурс. Тема, в общем-то, даёт довольно большой простор для фантазии. Большинство участников заморачиваться не станут, просто нарисуют Смоленскую крепость, чтобы от них отстали. Ещё популярным сюжетом наверняка будет Успенский собор. Сначала Вика решила не выпендриваться и нарисовать одну из башен, Громовую, она всегда была её любимой башней. Но потом она вспомнила заброшенный костёл на Урицкого. Готическое кирпичное здание костёла, уходящее в небо серебристыми шпилями, Вика видела всего несколько раз в жизни, но собор произвёл на неё неизгладимое впечатление. Решено, она будет рисовать храм Непорочного Зачатия Девы Марии.

Времени до конца приёма работ оставалось катастрофически мало, поэтому Вика делала уроки как можно скорее и садилась рисовать. Пейзаж со старинным костёлом получался крайне сложный, целый вечер ушёл только на карандашный набросок. А дальше пошла акварель.

Некоторые уроки Вика делала на переменах или не делала вовсе, рассчитывая, что её не спросят. А более важные делала как она это мысленно называла «в скоростном режиме». С Андреем она больше пока не пересекалась, чему очень обрадовалась Настя. Дни летели сплошной чередой, всё время приходилось куда-то спешить, бежать, что-то делать… Рисовать получалось не каждый день. Как назло, на первой учебной неделе обычно устраивали вступительные контрольные работы, к которым приходилось готовиться, повторяя материал за прошлый год, иначе Вика рисковала загубить себе четвертную оценку уже в самом начале четверти. Конкурс целиком захватил её мысли, и редкие часы свободного времени полностью уходили на рисование.

Вечером Вика, справившись со всеми делами, вновь села за столик и сразу взялась за пейзаж с костёлом. Краски и кисти она даже не убирала (ведь это лишняя трата времени!), они так и лежали на столе с прошлого её захода. Оставалось наложить последний слой акварели, после прорисовать детали, в особенности окна собора, чёрной ручкой, и работа была бы готова. Сегодня Вика надеялась её закончить, однако не была уверена, что получится.

По окну барабанил дождь, и это было чудесно. Вике всегда нравилось рисовать, когда на улице идёт дождь, дома мгновенно создавалась атмосфера уюта. Там холодно, мокро, слякотно, а Вике в квартире тепло и хорошо.

Впрочем, когда загораешься идеей, чудесным кажется абсолютно всё, потому что кроме своей цели ты ничего больше не видишь. И это придаёт сил двигаться дальше.

Дверь приоткрылась, в комнату вошла мама. Вика подкрашивала ручкой тень от дерева.

— Викусь, ужинать. — позвала мама, а затем как-то обречённо спросила, — Ты всё рисуешь?

— Да, это на конкурс. Меня попросили.

Вика услышала огорчённый вздох мамы.

— Ты тратишь на это так много времени… Могла бы просто нарисовать так, чтобы отстали.

— Ты знаешь, я не могу так. К тому же, мне это нравится. Хочу, чтобы получилось действительно красиво.

— Ты домашку хотя бы успеваешь делать? Задание от репетитора по химии сделала?

А вот про завтрашний урок у Натальи Алексеевны Вика напрочь забыла.

— М-м-м, нет, я завтра его сделаю…

— Когда завтра? У тебя занятие сразу после школы! — мама явно начинала сердиться.

— Правда, я успею, мам, точно!

— Лучше бы ты сейчас химией занялась вместо этих своих каракуль!

Сердце больно кольнуло. Медленно отложив ручку, Вика обернулась. Как можно спокойнее сказала:

— Мам, это правда важно для меня. Я хочу стать художницей.

— А куда ты поступать потом будешь? Кем работать? Учителем ИЗО в школе? — мамин голос сорвался на крик, в глазах заблестели слёзы.

Тут Вика не выдержала и разревелась. На эти вопросы она сама не знала ответа.

— Это моя мечта… — она всхлипнула, — Все говорят, что нужно идти за своей мечтой… Я не хочу быть врачом…

— А кем, кем тогда? Давай выбирать! — мама разозлилась не на шутку, — Строителем хочешь? Программистом? Юристом? Ты не сможешь прокормить себя рисованием! Художник — это не профессия!

Вике хотелось заткнуть уши и не слышать этого, срочно нужно было сделать хоть что-то… Толком не понимая, что она делает, Вика вскочила со стула, вылетела в коридор, схватила кофту и выбежала в подъезд.

— Куда! Ты зачем сбегаешь!?

Ноги сами несли её вниз по ступенькам, солёные ручьи катились по щекам, а в следующую секунду Вика уже стояла под дождём посреди тёмной улицы.

***

После того дня Вика с родителями почти не общалась. За столом молча завтракали и обедали, бросали друг другу дежурные «привет-пока» или «доброе утро». Работа над рисунком не двигалась, хотя оставалось совсем немного, но продолжить сил не находилось. Погода, словно уловив настроение Вики, испортилась окончательно. Ливень не прекращался уже вторые сутки, временами раздавались раскаты грома, и небо прорезали белые стрелы молний.

Сегодня ещё и дежурить оставили после уроков. Раньше они всегда дежурили вместе с Кравцовой, но теперь перед ней в журнале появился Калинин.

Настя бросила гневный взгляд на подругу и холодно с ней распрощалась.

Андрей улыбнулся:

— Ну что, приступим?

Пока Андрей с Викой доставали веники и швабры, у них завязался разговор. Они непринуждённо болтали, смеялись, словно старые друзья. Это было так странно и замечательно, что Вику наконец оставило то гнетущее чувство, что отравляло её жизнь последние пару дней. Она понимала, что оно вернётся, но пока Вика могла забыться чудесной беседой с Андреем. Как всё-таки хорошо, что он идёт по списку сразу за ней!

Когда класс был вымыт, ребята поставили швабры на место и начали надевать рюкзаки, а Калинин всё рассказывал какую-то историю:

— Вдруг просыпаюсь, а уже ночь. И тут надо мной появляются огромные светящиеся глаза! Прямо как из «Гарри Поттера», помнишь, «два громадных жёлтых глаза»? Ну, как Миртл василиска описывала. Я как был, так чуть со страху и не умер. Выпрыгнул из кровати, лампу включил, а это Муся, кошка нашей соседки, тёти Любы! Через окно ко мне в комнату залезла!

Вика заливисто рассмеялась и вдруг ощутила острую благодарность к Андрею. Вот она, искренне веселится рядом с ним, а могла бы сейчас сидеть и грустить дома. И, изнутри исполнившись каким-то светлым чувством, без слов заглянула в синие глаза Андрея. Он ещё продолжал что-то говорить, но, заметив её пламенный взгляд, запнулся на полуслове и растерянно замолчал.

А потом что-то произошло. Андрей нетвёрдо, словно во сне, подошёл к Вике, нагнулся и, не разжимая губ, робко, по-детски поцеловал её. От неожиданности Вика оцепенела. Калинин, похоже, сам испугавшийся своего действия, лишь залился краской и пробормотал:

— Спасибо, что подежурила со мной…

Подхватил рюкзак и спешно скрылся в школьном коридоре. Вика осталась одна. Машинально надела портфель.

Первый поцелуй. С ума сойти… То есть, они с Андреем теперь вместе? Или это не так работает?

Вика приходила в себя, спускаясь по лестнице на первый этаж.

Интересно, ему понравилось? А ей?.. И вообще, что такой красивый Андрей нашёл в ней, обычной Исаевой? Волосы русые, глаза серые… Ещё и прыщ на лбу выскочил. Или она ему правда понравилась? Такая, какая есть?

Сердце радостно затрепетало, но тут Вику ухватили за руку и дёрнули куда-то в сторону. Как из-под земли перед ней возникла Настя. Подруга крепко держала Вику за запястье, губы её кривились в злобе.

— Я же тебя попросила! Ты зачем целоваться к нему полезла!? Я думала, мы подруги! Он должен был быть моим!

Вика испугалась. Она никогда ещё не видела подругу такой.

— Но ты же ушла после уроков…

— Ха, ты правда думала, что я оставлю вас наедине!? Я всё видела из коридора! Оставь его в покое! Калинин будет моим!

Настя оттолкнула Вику так, что та чуть не полетела вниз по лестнице, развернулась и зашагала прочь.

На сердце снова была глухая тоска. Похоже, с этого момента Вика осталась без подруги.

***

От мыслей об ужасной погоде Вику отвлекла замаячившая в дверях гардероба тёмная макушка. Это был Калинин. Повесив на крючок свою синюю куртку, он развернулся, чтобы выйти, и вот-вот должен был увидеть Вику.

Когда их взгляды пересеклись, Андрею сразу захотелось провалиться под землю от стыда. Он даже сделал было движение, чтобы убежать, но пересилил себя, улыбнулся и подошёл к Вике.

Пару секунд они молча смотрели друг на друга, а затем Андрей неожиданно выпалил:

— Вика… Придёшь ко мне после школы в гости? У тебя нету никаких занятий? Если есть, то после приходи, уроки вместе сделаем. В общем, если хочешь…

Дальше Андрей потерялся и замолчал, уставившись в пол. А Вика напротив совершенно перестала бояться и спокойно ответила:

— Спасибо, Андрей, я сегодня свободна. Я бы очень хотела побывать у тебя.

— Правда? — глаза Калинина радостно сверкнули, — Тогда сразу после школы пойдём! Мой папа дома будет, заодно с ним познакомишься!

Наконец уроки закончились, и Вика с Андреем отправились к нему в гости. Оказалось, Калинин живёт прямо напротив Викиного дома. Они посмеялись и решили, что теперь будут вместе ходить в школу.

Квартира Калинина оказалась просторной, с новым стильным ремонтом и множеством картин на стенах. Вика с Андреем разулись, и парень махнул рукой в сторону одной из дверей.

— Вик, там кабинет моего папы, можешь пойти с ним пока познакомиться. Я быстро, только чайник поставлю!

Вика так и поступила, резонно решив, что стоять посреди коридора будет глупо. В кабинете за мольбертом сидел высокий худощавый мужчина.

— Здравствуйте, Вячеслав Дмитриевич.

Художник, словно выйдя из транса, радостно поприветствовал Вику:

— Ох, привет! Не заметил тебя сразу, уж извини. Вика, верно?

Андрей с кухни всё не возвращался, но беседа потекла спокойно и интересно и без него.

— Чтобы сделать зелень более живой, попробуй убрать все зелёные тона, заменив их на смеси синих и жёлтых… — тут у Вячеслава Дмитриевича зазвонил телефон, — Ага, да-да, хорошо. Извини, Вика, это по работе. Так на чём мы остановились?..

— Картину заказали? — полюбопытствовала Вика.

— Что? А, нет-нет, я работаю инженером.

У Вики внутри словно бы что-то оборвалось. Как такой талантливый художник может быть инженером?

— Но… Я думала, вы…

— Художник? — усмехнулся мужчина, — Так и есть, инженер — профессия, художник — призвание. Но ведь профессия совсем не мешает мне рисовать, верно? Тот, кто хочет, всегда найдёт возможность, как говорится. Тем более, есть один момент… Как бы тебе объяснить?

Художник помолчал, затем продолжил:

— Если бы я был художником по профессии, допустим, преподавал бы в Худграфе, я вынужден был бы рисовать почти постоянно. Сначала то, что нужно по работе, затем то, что хочу сам. И… Я думаю, это мне быстро наскучило бы. Прелесть хобби как раз в том, что с его помощью ты можешь сбежать от работы или учёбы, или ещё чего-нибудь. Не находишь?

Вячеслав Дмитриевич улыбнулся и взглянул на Вику. В комнату с чашками влетел Андрей.

— Посторонись, несу горячий чай! О, вижу вы отлично нашли общий язык!

Вечером, придя домой, Вика быстро, меньше чем за час, закончила рисунок костёла и отправила его на конкурс. Слова Вячеслава Дмитриевича сильно повлияли на Вику и ещё долго не давали ей покоя.

***

Резкий ветер чуть не вырвал лист у Вики из рук. Это был её последний пленэр в этом сезоне, всё-таки сидеть на лавочке в парке в течение пары часов было уже слишком холодно. Заморосил колючий дождь, и Вика стала собирать вещи. Очередной порыв ветра схватил и унёс её палитру. Какая-то светловолосая девчонка лет пятнадцати на вид кинулась за ней и подбежала к Вике.

— Держи. Давай собирайся быстрее, сейчас польёт. Кстати, я Кристина, — блондинка достала из сумочки зонтик и раскрыла его над Викой.

— Спасибо… Приятно познакомиться. Я Вика.

***

Неделя пролетела незаметно. На сайте конкурса наконец выложили итоги. На первом месте гордо значилось: Исаева Виктория. На радостях Вика даже рассказала об этом родителям, с которыми у неё в последнее время были натянутые отношения.

Родители странно переглянулись. Мама вопросительно, словно спрашивая разрешения, посмотрела на папу, а затем виновато сказала Вике:

— Доченька, знаешь…Ты большая молодец, что выиграла такой серьёзный конкурс. Теперь я вижу, что ты уже совсем взрослая. Если хочешь, поступай на Худграф. Это твой выбор. Мы с папой не будем тебе мешать.

Но вместо того, чтобы радостно завизжать, как она наверняка сделала бы всего лишь неделю назад, Вика спокойно ответила:

— Нет, мам, пап, знаете, я передумала. Художник — это призвание, не обязательно профессия. Мне так сказал один очень хороший человек. Я решила, что после школы пойду учиться на биолога. Буду работать в лаборатории. Не медицина, но это то, что мне интересно. А рисование от меня никуда не денется.

— Хороший выбор, дочка! — глаза папы за стёклами очков весело блеснули, и он резко сменил тему, — А ты помнишь, что у тебя совсем скоро день рождения? Кого из друзей позовёшь? Мы с мамой можем тут вам стол накрыть, посидите, повеселитесь.

И действительно, круговорот событий этого месяца закружил Вику, точно листопад, и она про день рождения совершенно забыла. Только вот кого ей позвать? Андрея… И всё? Это уже какое-то свидание получится. А с Настей она больше не общается.

Но тут перед глазами вспыхнул образ девочки из парка. Они ведь тогда обменялись номерами. А почему бы и нет? Вика достала мобильник и уверенно набрала номер Кристины.

Коробецкая Ксения Александровна
Страна: Россия
Город: Курск