XI Международная независимая литературная Премия «Глаголица»

Елкина Екатерина Александровна
Страна: Россия
Город: Санкт-Петербург
Художественные переводы
Категория от 14 до 17 лет
«Бремя страстей человеческих» Моэм Уильям Сомерсет

«Бремя страстей человеческих»
Моэм Уильям Сомерсет

Когда они добрались до дома, где умерла Миссис Кэри-он находился на мрачной, солидной улице между Ноттинг- Хилл-гейт и Хай — стрит в Кенсингтоне, — Эмма повела Филиппа в гостиную комнату. Его дядя писал письмо со словами благодарности за отправленные венки. Один из них был доставлен слишком поздно на похороны, и остался лежать запакованным на столе в холле.
-А вот и Филипп, — сказала Эмма.
Мистер Кэри медленно поднялся и пожал руку маленького мальчика. Но затем передумал, нагнулся и поцеловал его в лоб. Он был немного ниже среднего роста, склонный к полноте, с длинными волосами, зачесанными назад так, чтобы скрыть лысину. Он был чисто выбрит. Черты лица Мистера Кэри были правильными, и можно было предположить, что в молодости он был красавцем. На его цепочке от часов он носил золотой крест.
-Теперь ты будешь жить со мной, — сказал мистер Кэри. — Ты рад этому?
Два года назад Филиппа отправили погостить в дом священника после того как он перенес ветряную оспу. У него остались воспоминания о чердаке и большом саду, но несмотря на это, дядю с тетей мальчик не помнил.
-Да, — ответил Филипп
-Теперь ты можешь считать меня и тетю Луизу своими родителями.
Детские губки немного задрожали, он покраснел, но ничего не ответил.
-Твоя дорогая мама оставила тебя на мое попечение.
Ему не составляло большого труда выразить себя. Когда дошла весть о том что невестка умирает, он немедленно отправился в Лондон, но по пути не думал ни о чем кроме беспокойства, которое возникнет в его жизни ,если смерть заставит взять на себя заботу о ее сыне. Ему было уже за 50, и его супруга, с которой они прожили в браке 30 лет, к сожалению, не могла иметь детей. Он не ждал ничего хорошего от присутствия маленького мальчика в доме, потому что тот мог быть шумным сорванцом. К тому же Мистеру Кэри никогда не нравилась жена брата.
-Я отвезу тебя в Блэкстебл завтра, – сказал он.
-С Эммой?
Ребенок вложил свои ручки в ее, и она сжала их.
-Боюсь, что Эмме придется с нами расстаться. — Сказал мистер Кэри.
-Но я хочу, чтобы она поехала со мной!
Филипп начал плакать и няня тоже не смогла удержаться от слез. Мистер Кэри посмотрел на них беспомощно.
-Я думаю, что сейчас вам следует оставить меня не на долго с Филиппом.
— Хорошо, сэр.
Хотя Филипп цеплялся за нее, она смогла аккуратно освободиться от него. Мистер Кэри взял мальчика к себе на колени и обнял.
-Ты не должен плакать,- говорил он.-Ты слишком большой, чтобы за тобой ухаживала няня. Скоро все равно придется отправить тебя в школу.
-Я хочу, чтобы Эмма поехала со мной! -Повторял ребенок.
-Это очень дорого, Филипп. Твой отец оставил не очень много, и я не знаю, что из этого получится. Ты должен следить за каждым потраченным тобой пенсом.
Мистер Кэри накануне звонил семейному адвокату. Отец Филипа был хирургом с хорошей практикой, и больница предполагала наличие стабильного дохода. После его внезапной смерти от заражения крови, для всех стал удивительным и весьма неожиданным тот факт , что он оставил вдове немного больше, чем страхование жизни и то, что можно было получить за аренду их дома на Брутон-стрит. Это случилось 6 месяцев назад и Мистер Кэри был уже в состоянии слабого здоровья, когда обнаружил ее с ребенком. Вдова потеряла голову и сразу же приняла первое предложение на сдачу дома в аренду. Она хранила свою мебель ,и за плату, которую счел возмутительной пастор, сняла дом с мебелью на год, для того чтобы не испытывать никаких неудобств перед рождением ребенка. Миссис Кэри не привыкла распоряжаться деньгами и не могла следить за своими расходами в ситуации изменившихся обстоятельств . Та малая часть ускользнула от нее так или иначе, так что теперь, когда все расходы были выплачены, осталось не более двух тысяч фунтов на содержание ребенка, до тех пор, пока он не сможет заработать себе на жизнь сам. Это было невозможно объяснить Филиппу и он все еще всхлипывал.

“Of Human Bondage”
W. Somerset Maugham

When they reached the house Mrs. Carey had died in—it was in a dreary, respectable street between Notting Hill Gate and High Street, Kensington—Emma led Philip into the drawing-room. His uncle was writing letters of thanks for the wreaths which had been sent. One of them, which had arrived too late for the funeral, lay in its cardboard box on the hall-table.

«Here’s Master Philip,» said Emma.

Mr. Carey stood up slowly and shook hands with the little boy. Then on second thoughts he bent down and kissed his forehead. He was a man of somewhat less than average height, inclined to corpulence, with his hair, worn long, arranged over the scalp so as to conceal his baldness. He was clean-shaven. His features were regular, and it was possible to imagine that in his youth he had been good-looking. On his watch-chain he wore a gold cross.

«You’re going to live with me now, Philip,» said Mr. Carey. «Shall you like that?»

Two years before Philip had been sent down to stay at the vicarage after an attack of chicken-pox; but there remained with him a recollection of an attic and a large garden rather than of his uncle and aunt.

«Yes.»

«You must look upon me and your Aunt Louisa as your father and mother.»

The child’s mouth trembled a little, he reddened, but did not answer.

«Your dear mother left you in my charge.»

Mr. Carey had no great ease in expressing himself. When the news came that his sister-in-law was dying, he set off at once for London, but on the way thought of nothing but the disturbance in his life that would be caused if her death forced him to undertake the care of her son. He was well over fifty, and his wife, to whom he had been married for thirty years, was childless; he did not look forward with any pleasure to the presence of a small boy who might be noisy and rough. He had never much liked his sister-in-law.

«I’m going to take you down to Blackstable tomorrow,» he said.

«With Emma?»

The child put his hand in hers, and she pressed it.

«I’m afraid Emma must go away,» said Mr. Carey.

«But I want Emma to come with me.»

Philip began to cry, and the nurse could not help crying too. Mr. Carey looked at them helplessly.

«I think you’d better leave me alone with Master Philip for a moment.»

«Very good, sir.»

Though Philip clung to her, she released herself gently. Mr. Carey took the boy on his knee and put his arm round him.

«You mustn’t cry,» he said. «You’re too old to have a nurse now. We must see about sending you to school.»

«I want Emma to come with me,» the child repeated.

«It costs too much money, Philip. Your father didn’t leave very much, and I don’t know what’s become of it. You must look at every penny you spend.»

Mr. Carey had called the day before on the family solicitor. Philip’s father was a surgeon in good practice, and his hospital appointments suggested an established position; so that it was a surprise on his sudden death from blood-poisoning to find that he had left his widow little more than his life insurance and what could be got for the lease of their house in Bruton Street. This was six months ago; and Mrs. Carey, already in delicate health, finding herself with child, had lost her head and accepted for the lease the first offer that was made. She stored her furniture, and, at a rent which the parson thought outrageous, took a furnished house for a year, so that she might suffer from no inconvenience till her child was born. But she had never been used to the management of money, and was unable to adapt her expenditure to her altered circumstances. The little she had slipped through her fingers in one way and another, so that now, when all expenses were paid, not much more than two thousand pounds remained to support the boy till he was able to earn his own living. It was impossible to explain all this to Philip and he was sobbing still.